Екатерина Дибривская – Отец подруги. Пламенный круиз (страница 11)
– Что?
– Зачем тебе так срочно понадобились деньги, что ты согласилась отдаться мне?
– Я не…
– Ну же, Крошка, не юли. Я дяденька то неглупый. Леська спрашивала для тебя бабки, но сама ты их заработать таким образом сначала отказалась. Что сегодня изменилось, Тая? Что заставило тебя постучать в мою дверь?
Я кусаю губы. Нервно спрашиваю:
– Наши прежние договорённости… они в силе? Или это зависит от моего ответа?
Он отводит взгляд, делает шедрый глоток виски.
– Рассказывай, – требует он.
– Мой братик… – говорю я и запинаюсь, когда он переводит на меня серьёзный взгляд. – Ему всего восемь. Роды были сложными, его тянули щипцами, повредили что-то. Он остался инвалидом, одна нога короче и слабее другой. Папа погиб, мать начала пить. Очень скоро её лишили родительских прав, и бабушка забрала нас с Никиткой к себе, оформила опеку. Почти все средства уходят на продукты и реабилитацию брата, я помогаю, чем могу, но этого недостаточно. Наверное, мне нужно бросить учёбу и найти работу… Но бабушка всегда была против этого. Несмотря на то, что мы едва сводим концы с концами, она считает, что без образования я не смогу потом найти нормальную работу, чтобы помогать Никите, когда она… Ну, словом, когда её не станет. Кафе, где я подрабатывала весь год, закрылось недавно, я, собственно, только поэтому зачем-то согласилась поехать с Лесей. Устала после учёбы ещё и работать остаток дня и полночи. Ненавидела себя за эту слабость, плакала от бессилия. Но эгоистично выбрала круиз вместо помощи бабушке. А сегодня она позвонила и сказала, что приходили из опеки. Квартира у нас старенькая, давно ремонта не было… Они месяц дали, чтобы привести всё в порядок, купить продуктов там, не знаю, может, какие-то вещи Никите… Я бы ни за что не воспользовалась вашим предложением, но в тот момент просто поняла, что у меня нет другого выхода, если я хочу помочь своей семье. Благодаря нашей договорённости, я смогу оплатить ремонт, купить всё необходимое… Ещё и останется, чтобы свозить брата на море и показать другим врачам. Поэтому я очень надеюсь, что договор между нами в силе, Тимур Русланович. Я готова пойти до конца, на всё готова, чего не пожелаете. Прямо сейчас можем продолжить, хоть каждый день до конца круиза, хоть целыми днями напролёт. Я буду послушной, буду делать всё, что скажете.
Смотрю на него с вызовом, удерживая всеми силами слёзы непролитыми. Никогда прежде я никому не жаловалась на свою жизнь так, как на духу выложила сейчас Азарову. И если он откажется от своих слов… Наверное, мне останется только утопиться. Иначе как жить с чувством вины, что я выбрала отдых и развлечения, вместо того, чтобы поскорее устроиться на работу и помочь бабушке, которая единственная всегда поддерживала меня и брата?
Тимур сжимает до хруста челюсть. Сжимает её ручищей. Резко выдыхает. Берёт меня за руку. Гладит большим пальцем мою ладонь.
– К чёрту договорённости, Тай. Я не буду платить тебе за секс, тем более ждать какой-то полной отработки. Дам нужную сумму, покрою все расходы, если ещё что-то нужно сделать – скажешь, и я помогу. Я, конечно, тот ещё мудак, но не до такой степени, чтобы пользоваться твоей безвыходной ситуацией.
Слёзы облегчения срываются из глаз, и я шепчу ему:
– Спасибо!
Вместе ответа он притягивает меня к себе, и я утыкаюсь в его грудь, не в силах удерживать больше рыдания. Я плачу, а он гладит меня по спине, утешает, поддерживает, так, как не делал никто в целом мире. Затихая, чувствую, как он с шумом выдыхает в мою макушку и целует её.
Поднимаю зарёванное лицо. Азаров смотрит на меня внимательным взглядом, словно проверяет, успокоилась я или нет. Его взгляд медленно опускается на мои губы, возвращается обратно к глазам. На его хмуром лице на мгновение вспыхивает удивление. А уже в следующее мгновение я быстро прижимаюсь губами к его губам. Сама толком не знаю зачем.
Мужчина издаёт какой-то неясный рык и полностью перехватывает бразды правления. Бескомпромиссно вторгается в мой рот, буквально трахает его языком, точно так же, как вдалбливался туда своим членом. Его руки с силой стискивают мою талию, и слишком быстро я оказываюсь у него на коленях, сидящей в непотребной позе. Его ладони скользят под подол платья, накрывают ягодицы, гладят и сжимают их. Я не думаю, что, вполне возможно, сама провоцирую то, что ещё совсем недавно не захотела бы продолжать.
Но Азаров постепенно сводит пылкий поцелуй на нет. Тяжело дышит, упираясь в мой лоб. Заглядывает горящим взглядом в мои глаза.
– Беги, Крошка, пока я могу тебя отпустить, – говорит он, но выглядит так, словно сам себе сейчас не доверяет. – Беги, но помни: ты теперь моя, и я добьюсь тебя и заберу твою девственность очень скоро.
Легонько подталкивает меня, удерживая, чтобы я не свалилась на гладкие доски палубы с его колен. А когда понимает, что я крепко стою на ногах, отпускает, повторяя:
– Беги, Тая.
Я не рискую. Уношу от него поскорее ноги. Прячусь в каюте. Прижимаю руки к груди, в которой быстро и часто трепещет моё глупое влюблённое сердце.
Глава 11
Утром я беру рюкзак и крадучись добираюсь до каюты Леси. С каким-то затаённым чувством – поместью страха и надежды – жду, что господин Азаров спалит меня и затащит к себе, снова прижмёт к двери и набросится с поцелуями, но этого не происходит.
Сейчас я не думаю, что сказала бы потом ожидающей меня Леське. Не думаю, чем окончилось бы это приключение – хотя тут всё довольно-таки очевидно.
Тихо стучу, и подруга тут же открывает дверь.
– Принесла? – одними губами спрашивает она, и я киваю. – Заходи.
Запирает за мной дверь, пока я достаю три теста на беременность разных фирм. Нервно выхватывает их из моих рук и скрывается в уборной. Я стою под дверью, пока она производит необходимые манипуляции, и тут же вхожу к ней, когда Леся приоткрывает дверь.
Мы склоняемся над тумбой, на которой на полотенце лежат все три теста в один ряд, и ждём результат. Сначала на одном из них появляется вторая блёклая полоска. Потом на втором. Чем больше мы стоим, практически не дыша, тем ярче они становятся. Но мы с упорством ждём, что покажется в окошке третьего теста.
Кусая губы, Леся начинает плакать и бесконечно повторять:
– Блин-блин-блин!
– Не нервничай, – говорю ей. – Тебе вредно.
– Тась, – всхлипывает она. – Ну зачем ты ещё дразнишь?
– Я не дразню, а забочусь о тебе. – поправляю её. Заглядываю в окошко теста и читаю: – Беременна. 3+.
Перевожу взгляд в глаза подруги и вижу там панику. Слёзы катятся градом по её щекам, и я порывисто обнимаю её, глажу по голове и говорю:
– Ну, всё, всё, не плачь. Это было ожидаемо. Ничего смертельного не произошло. Всё будет хорошо, Лесь.
– Нет, не будет! – рыдает она. – Мне конец, Таська. Отец меня прибьёт. И Егора… Просто скинет за борт, вот увидишь.
– Ну что ты, глупая, – улыбаюсь я. – Твой папа никогда тебя не обидит. Уверена, он обозлится, конечно, но, когда вы всё ему объясните, он обязательно поймёт. Всё будет хорошо. Вот увидишь.
Кое-как мне удаётся успокоить подругу. Она одевается, и мы собираемся идти на завтрак. Неожиданно Леся протягивает мне тесты.
– Спрячь пока у себя, плиз! – просит она. Я киваю, убирая их обратно в рюкзак.
– Когда собираешься рассказать Егору и отцу? – спрашиваю между делом.
– С мыслями соберусь и расскажу.
– Не затягивай, Лесь, – качаю головой.
– Хорошо, не буду, – отвечает, поджимая губы. Шестым чувством понимаю, что обманывает. Но надеюсь на благоразумность подруги.
За столиком уже сидят Азаров с Дружининым, и Леся с понурым видом идёт к ним. А мне не остаётся ничего, кроме как последовать за ней. Тимур встречает меня горящим взглядом, улыбается:
– Доброе утро, Тая. Доброе утро, Леся.
Если бы Олеся не думала о своём, уверена, она бы непременно заметила, что он первой поприветствовал меня. Боже, что же творит этот несносный тип!
– Доброе, – просто говорит Леся, плюхаясь на стул.
– Доброе утро, – сдержанно улыбаюсь я.
За завтраком подруга слишком тиха, что, конечно, непременно не осталось бы без внимания её отца, если бы не одно “но”. Он слишком поглощён тем, что пожирает меня своими бесстыжими глазами. От его взглядов меня бросает в жар. Зато Егор задумчиво смотрит на Леську, и это внушает мне надежду, что он мужественно возьмёт на себя ответственность за судьбу Леси и ребёнка. И сам поговорит с её отцом. Главное, чтобы подруга не тупила и поскорее рассказала ему о беременности.
После завтрака мы отправляемся на прогулку по очередному приморскому городу, но меня слишком занимают собственные мысли и волнения, поэтому я не могу наслаждаться отдыхом.
В какой-то момент, когда Леся уходит в туалет, ко мне подкрадывается Азаров и накидывает что-то мне на шею. Я вздрагиваю, хочу вскрикнуть, но он шепчет мне в макушку:
– Не бойся. Маленький подарок.
Не сразу до меня доходит, что он неуклюже застёгивает цепочку. Нащупываю пальцами небольшой круглый кулончик и поднимаю выше, до уровня глаз. Это ни бриллианты, ни драгоценности. Простая безделушка. Но трогает меня до глубины души.
Маленькая морская звезда в эпоксидной смоле голубого цвета, имитирующей воду, какие-то вкрапления песчинок, разводы, брызги, создающие полное впечатление, словно я держу в руках кусочек моря.