Екатерина Дибривская – Личное дело майора Власовой (страница 9)
О том, что это и есть тот самый клуб, я узнала, отправившись по всем известным мне городским притонам, едва Власов отчалил от моего дома. Я потратила несколько часов на опрос путан и их мамок, прежде чем нашла одну, которая не только знала название клуба, но и смогла примерно описать, где его искать.
Время поджимало. Если бы я не успела попасть сюда сегодня, то пришлось бы ждать до самой пятницы или вообще до следующей субботы. Но нетерпение насыщало кровь адреналином, и она бурлила в венах, заставляя принимать решение быстро.
Я позвонила Ритке, чтобы убедиться, что её муж всё ещё дрыхнет без задних ног. Если она и удивилась моему звонку, то виду не подала. Мило пощебетала в трубку всякой благостной чепухи, выдала интересующую меня информацию и пошла купать Соню. А я нацепила платье, каблуки… и вот я здесь, стою в уборной, разглядывая своё отражение, подкрашиваю губы ярко-алой помадой и решительно выхожу к амбалу Иннокентию.
– Я уж тебя потерял, детка, – ухмыляется он.
– Скучал? – мурлычу в ответ, мысленно закатывая глаза.
– Очень, – говорит придурок, поглаживая мой зад.
Мы проходим мимо двери, и в стеклянном окошке я замечаю лестницу, ведущую наверх.
– Ой, а там что?
– Там мужской клуб, – нехотя, но всё же выдаёт Кеша.
– Как интересно! – напускаю я туману в глаза и сиропа в тон голоса. – Там что, стриптиз?
Глупо хихикаю, прижимаясь к амбалу, и он плывёт:
– Нет, казино. Покер-шмокер… Словом, развлечения для больших дяденек. А стриптиз в другом месте.
– Покажешь? Обожаю стриптиз! – вдохновенно лепечу я.
Он ржёт как полковой конь, но обхватывает своей лапищей мою талию и снова тянет через весь танцпол.
Амбал проводит меня через неприметную дверь за баром в длинный бетонный коридор, который тянется и тянется бесконечно долго. Такое впечатление, что мы идём по туннелю в другое здание. Вероятнее всего, так и есть.
Я словно попадаю в другое измерение. Место, куда меня приводит Иннокентий, вовсе не клуб с девочками на шесте. Это настоящее логово разврата. Это самый натуральный бордель с полуголыми девицами, которые танцуют, обжимаются или даже отсасывают разносортным мужикам.
Перебарывая тошноту и брезгливость, я цепляюсь взглядом не только за людей, но и за обстановку. Где-то здесь точно есть номера для любителей привата. Сомнительно, что все поголовно довольствуются публичными потрахушками.
Амбал ведёт меня к сцене и заказывает выпивку.
– Сейчас будет шоу, – важно сообщает мне этот тип.
– Шоу? – непонимающе переспрашиваю у него.
– Стриптиз. Ты же хотела стриптиз.
Будто кто-то только и ждал его сигнала, тяжёлые кулисы разъезжаются, и я вижу перед собой девочку примерно Ликиного возраста. Она не профи, не танцовщица, не шлюха. Для того, чтобы это понять, мне не требуется эксперт. Достаточно взглянуть на ужас в её глазах, на скованность движений ухоженного тела, как становится понятно: она и сама не ожидала, что окажется сегодня здесь. А если и ожидала, то оказалась совершенно к этому не готова.
Я заставляю себя сидеть, смотреть с глупой улыбкой на девушку, попивать сладкий коктейль. Мысли в голове скачут, словно безумные таракашки. Я воображаю, как четыре дня назад на этой сцене стояла Лика с точно таким же выражением лица. Очевидно, потом её отвели в номер… и убили. Убийца здесь? Сидит в этом же зале, присматриваясь к новой жертве?
Погружённая в свои мысли, я не сразу разбираю слова амбала Иннокентия:
– Хочешь досмотреть, или сразу в номер?
– Работает ОМОН. Всем оставаться на своих местах!
– Твою мать! – резюмирует Кеша, и я с ним солидарна.
Пока я мысленно перечисляю все лестные эпитеты, которыми осчастливит меня завтра, а точнее, уже сегодня, Власов, как настучит по шапке полковник и как теперь жить дальше, кто-то невежливо хватает меня за руку.
Глаза, немного привыкшие к темноте, с трудом, но всё же различают на этой руке пижонскую клетку, но мозг не успевает сформулировать ни единого вопроса.
– Тебе же не нужны проблемы, Ангелочек? – в самое ухо шепчет мне смутно-знакомый противный голос. – Тогда самое время дать дёру!
5. Ангелина
Времени на размышления особо нет. Да и что скрывать, вот он – идеальный момент сблизиться с загадочным Юджином.
Не так, конечно, я планировала. Совсем не так.
Думала, осмотрюсь, разведаю обстановку, изучу внутрянку, так сказать, а потом уже разыщу среди гостей обладателя дурацких клетчатых костюмов. Но вот уж точно не была готова к тому, что он сам вырастет передо мной.
В первый момент, глядя на его самодовольную рожу, захотелось скрутить его в бараний рог, но вскрывать заранее карты я не собиралась. Мне было на руку и внимание интересующего меня объекта, и непринуждённое знакомство, которое я едва не провалила, а дальше вступала в ход простая психология.
Самовлюблённый мачо, коим мне представлялся портрет предполагаемого преступника, ни за что не обошёл бы своим повышенным спросом отшившую его девицу. Конечно, в большей степени, я ткнула пальцем в небо, но оказалась права. «Пиджак» наблюдал. Я чувствовала его прожигающий взгляд, пока амбал проводил для меня экскурсию по клубу.
Дело оставалось за малым: слить Иннокентия и свести более близкое знакомство с Юджином. Я была уверена, что харизматичный негодяй, которого я подозревала в убийстве Лики, не заставит себя долго ждать. И снова оказалась права.
– У нас осталось примерно тридцать секунд, чтобы успеть сделать ноги, детка, – тянет он меня на себя, и я, решившись на эту глупость, поддаюсь. Посмотрим, как он выпутается из этого светопреставления.
Размашистыми шагами уверенной походки незнакомец стремительно направляется к левой кулисе сцены, крепко держа мою руку. Я усмехаюсь, представляя, как, должно быть, мы смотримся со стороны. Хрупкая блондинка, едва поспевающая на высоких шпильках за быстрым шагом сильного мужчины. Вероятно, кто-то мог бы решить, что нам не терпится уединиться. С одной небольшой поправкой: нас никто не видит в этой кромешной темноте. По крайней мере, я очень на это рассчитываю.
Будет просто потрясающе, если мне удастся убить сразу двух зайцев: уйти от ОМОНа незамеченной и узнать поближе, что за фрукт этот тип.
От адреналина кровь бурлит, насыщая мозг, и с каждым мгновением я всё лучше различаю окружающую меня обстановку. Позади слышатся женские вопли и ругань пьяных мужиков, чёткие команды силовиков, а мы всё больше удаляемся от зрительного зала борделя, изредка сталкиваясь во тьме с одиночными посетителями.
Чем глубже Юджин заводит меня в недра огромного помещения бывших складов, тем явней я понимаю, что всё самое интересное было сокрыто слишком далеко, и амбал Иннокентий не смог бы меня сюда провести. Хочется хорошенько вырезать себе по лбу за глупость, но тут же приходит озаряющей вспышкой осознание, что, даже если бы я сразу позволила Юджину составить мне компанию, он не привёл бы меня сюда за красивые глазки. И даже за обещание райской ночи. Мне светил бы всё тот же максимум – представление в борделе и койка гостиничного номера.
А сейчас, поглядите-ка! Иду с предполагаемым преступником в самое сердце нелегальной стороны деятельности данного заведения. Чутьё кричит во всеуслышанье, что этот тип спасает меня не просто так, что ему потребуется что-то взамен, но что ему может предложить случайно запорхнувшая потусить барышня? С блондиночки взятки гладки, так ведь? Но бдительности я не теряю.
Внимательно осматриваясь по сторонам, я запоминаю не только наш маршрут, но и расположение проёмов дверей, вентиляционных люков и ответвлений нескончаемого коридора. За одним из таких поворотов меня поджидает сюрприз: в распахнутой настежь двери, подсвечивая себе фонариком в телефоне, спешно одевается какая-то парочка. В тусклом бледном свете я вижу расправленную кровать, лежащее поверх платье, сидящую на краю обнажённую девушку. Молодая, совсем девчонка. Смотрит пустыми глазами в темноту, в полной мере не осознавая происходящее здесь и сейчас. Рядом суетится грузный мужик средних лет. Его мне не удаётся рассмотреть столь же хорошо. Единственное, что я точно могу о нём сказать, так это то, что у него огромная блестящая залысина. Именно от неё отражается луч фонаря, привлекая и отвлекая моё внимание. Времени разглядеть больше у меня нет. Не могу же остановить Юджина на полном ходу и бросить что-то вроде: «Эй, дай-ка мне немного осмотреться, а то я разнюхала слишком мало!».
Благодаря то тут, то там выскакивающим в коридор из спальных комнат людям, преимущественно мужчинам, я могу сделать некоторые выводы.
Первое, мы сейчас в некоей гостиничной зоне борделя, и что-то подсказывает мне, что это самая что ни на есть вип-зона. Не могу с точностью сказать, откуда взялась эта уверенность. Возможно, по бесконечному лабиринту коридоров, тянущихся далеко от глаз обычных посетителей. Возможно по шорохам и хлопкам дверей поблизости. Возможно, по убитому состоянию одной из