Екатерина Дибривская – Личное дело майора Власовой (страница 35)
– Ты не про внуков, надеюсь? – веселится мужчина.
– Про тот свет, умник.
– Ма, ну какой тот свет? У меня жизнь только началась, можно сказать, я полон надежд и стремлений и помирать не собираюсь.
– И что же у тебя за стремления такие, сынок? Неужто жениться собрался?
В ожидании его ответа тихо переступаю с ноги на ногу и не могу сдержать улыбки. Тоже мне, жених отыскался!
– Ох, мама, и строптивица она у меня, – наконец отвечает Женя, и я усмехаюсь себе под нос. – Трудно мне будет согласия от неё добиться. Но я добьюсь. А там и с внуками тянуть не станем. Пора уже, и так долго ждал свою суженую.
Я закатываю глаза. Вот зачем, спрашивается, выливать на мать столько откровенного слюнтяйского бреда? Думаю, сейчас
– Ну, дай-то бог! Если считаешь, что она твоя половинка, то и тянуть нечего.
– Я и не собираюсь. – смеётся Женя. – С такими женщинами, как моя Ангелина, нужно ковать железо, пока горячо. Быстренько всё провернуть, чтобы очухаться не успела, как уже замужем и с моим ребёнком в пузе.
Ни дать, ни взять – стратег, мать его! От злости хочется чего-то поколотить. Или кого-то. Планы он тут строит втихую! В одном только просчитался: замуж я не собираюсь, тем более не за такого, как он.
Отхожу на несколько шагов и громко топаю, возвращаясь к двери. Разговор смолкает, и я прохожу в кухню, как ни в чём не бывало сажусь рядом с Женей, который смешивает в большой плошке мясо с луком и специями.
– Ну как ты? – спрашивает он, быстро целуя меня в щёку.
– Всё просто
– Да? Надеюсь, обо мне большинство из них? – подмигивает мне Женя.
Я усмехаюсь:
– Не сомневайся. Все они только о тебе.
– Да я чёртов везунчик, Ангелочек!
– Давай чем-нибудь помогу тебе, везунчик, – протягиваю с улыбкой.
– Отдыхай, Ангелин. Мы уже всё закончили.
Его сёстры с матерью успели настрогать три салата, средняя чистит картошку, а я снова остаюсь не у дел. Но выдыхаю с облегчением. Не хочется показаться безрукой белоручкой в глазах Светланы Александровны и молодых хозяйственных девушек.
Вечер проходит в спокойной и дружелюбной атмосфере. Я верчусь рядом с Женей, пока он жарит мясо на мангале, и не отхожу ни на шаг в доме, надеясь максимально избегать неловких разговоров с его родными.
Ночью мы долго занимаемся любовью. Я обещаю себе, что прекращу это безумие сразу, как вернусь домой. Я должна. Пока не стало слишком поздно, пока я не увязла. Но сейчас я снова и снова с отчаянием впиваюсь в его губы жадными поцелуями и беру всё, что он может мне предложить.
Возможно, Женя что-то чувствует, но никак не комментирует. Лишь только вглядывается в мои глаза, словно пытается найти там ответы. Словно вопросы уже прозвучали.
До самого рассвета мы
– Мне так хорошо с тобой, Жень.
– И мне хорошо с тобой, Ангелин. – глухо отзывается он. – Я влюбился. Я люблю…
Эхо его признания отзывается болью внутри, и я торопливо произношу, зная заранее, что мгновенно пожалею об этом:
– И я… Люблю…
Женя стискивает меня ручищами, вжимаясь до боли, будто хочет раствориться во мне, удержать, сохранить. Знает ли он, чувствует ли, что это никакое не начало чего-то большего? Понимает ли он, что это конец?..
17. Ангелина
– Ну всё, давайте, мы поехали! – громогласно объявляет Женя своим родственницам.
Долгие объятия, заверения, что больше он так надолго пропадать не будет, и вот наконец его мать подходит ко мне.
– До свидания, – говорю ей, испытывая облегчение. Наконец-то этот дурдом заканчивается! – Было очень приятно познакомиться. И спасибо за гостеприимство. Было очень вкусно, уютно… Здорово, одним словом.
– И я очень рада знакомству, Ангелина. – Женщина берёт меня за руку. – Присмотрите там, пожалуйста, за моим мальчиком. И обязательно приезжайте ещё, я всегда вам буду рада.
“Это вряд ли”, – проносится в голове, но я дежурно улыбаюсь:
– Конечно. Обязательно.
Неожиданно Светлана Александровна крепко меня обнимает. Цепенея, я неловко приобнимаю её в ответ.
– Спасибо, Ангелина, за то, что делаете Женю таким счастливым.
Я смущённо смотрю на мужчину, и он мягко смеётся:
– Всё, ма, пора нам.
Он берёт меня за руку и ведёт к машине. Я лишь машу его сёстрам на прощание рукой, и в следующее мгновение, кажется, Женя лихо выезжает за ворота, взметнув столп пыли. А ещё через мгновение, когда он закрывает ворота, покидаем территорию посёлка и съезжаем в поля.
После неожиданных признаний я боюсь оставаться с ним наедине, боюсь, что он захочет об этом поговорить. При свете дня всё ощущается иначе. И я жалею о своих словах. Нужно было держать мысли при себе. С него станется устроить мне вынос мозга, оперируя произошедшим этой ночью, когда совсем скоро я озвучу ему свою позицию.
Едва мы выезжаем на трассу, я включаю телефон, но батарея окончательно разрядилась. Нервно стучу по бесполезной железяке, и Женя накрывает рукой мою руку.
– Что такое, Ангелочек? По работе соскучилась?
– По бывшему мужу, – усмехаюсь я. – Сил нет как.
– Плохая шутка.
– Потому что не шутка?
– Потому что я ревную, – спокойно отвечает он. – Мне не очень нравится мысль, что ты с ним так близка.
– Что ж, как и с кем я
– Это так ты считаешь? – цокает он. – Понравилась тебе мысль, что Лукерья моя подруга?
– И думать не думала о ней, – говорю ему. – Потому что мне нет дела до твоей частной жизни. Ты же прекрасно знаешь, что всё закончится уже совсем скоро.
– А я не хочу, чтобы заканчивалось, Ангелин.
– Скажи ещё, что женишься на мне, – поддеваю его.
– А вот возьму и женюсь. Для меня проблемы в этом нет.
Он тормозит. Не сразу я обнаруживаю, что мы стоим где-то в центре небольшого города.
– Разве мы не собирались вернуться ко мне домой? – спрашиваю у Жени, меняя тему.
– Собирались. И сейчас собираемся. Но я задолжал тебе свидание, милая, и намерен своё слово сдержать. Если бы ты только захотела узнать меня получше, то поняла бы, что я вообще привык своё слово держать. Это и женитьбы касается, кстати.
– Какая женитьба, Жень? – устало вздыхаю я, на мгновение прикрывая глаза. – Я уже была замужем, и все эти щи-борщи меня как-то не впечатлили. Не моё это, понимаешь? Я больше не собираюсь наступать на те же грабли.
– Ты просто меня не встретила, Ангелин. Понимаю.
Я закатываю глаза и выхожу из салона, хлопая дверцей. Женя торопится присоединиться ко мне.
– Ангелин, в замужестве нет ничего предосудительного, одни лишь плюсы. Ты просто ставишь государство перед фактом, что всю последующую жизнь собираешься спать с одним и тем же конкретным человеком и рожать ему детей. Хрен с ними, с борщами, я и сам неплохо готовлю.
– Тебя заносит на поворотах, – говорю ему, поджимая губы. Всё внутри холодеет, а руки начинают мелко дрожать. – С чего взял, что я вообще собираюсь рожать? Может, я вообще не хочу рожать? Ну нет у меня пресловутого материнского инстинкта, нет, и всё тут. Давно бы родила, Власову. Мы десять лет прожили в законном браке. И он ведь не просто так ушёл, Жень. А именно из-за моего нежелания рожать ему детей. А уж если я Власову не родила, то теперь уже вообще никому рожать не стану. Ведь идеальнее моего бывшего мужа попросту не существует другого мужика.
– А раз такой идеальный, что же ты ему не родила? – скрипнув зубами, спрашивает Женя.
– Потому что не хочу иметь детей, что и пытаюсь до тебя донести.