Екатерина Дибривская – Будь моей нежностью (страница 31)

К сожалению, это всё не то: кроме общих описаний происшествия в доме Богдана в июле 2002 года, практически того же, что мне и так уже было известно, в статьях не содержится какой-либо полезной информации. Сухой текст лишь ещё больше расстраивает меня, и я стискиваю руки в кулаки, признавая поражение.

Максим усмехается:

— Ну ты же не рассчитывала всерьёз найти нечто познавательное в газетах?!

— Я думала, что узнаю, куда больше, чем тут значится, — признаюсь ему.

Максим склоняется ближе ко мне, вчитываясь в статью, которая лежит передо мной на столе.

— Давай посмотрим. — говорит мне. — Что нам известно? Пятеро неизвестных ворвались в частный дом Тагоевых по улице Солнечной, жестоко убили мужчин: Тагоева Д., 52 лет, Ильясова Д., 32 года, Ильясова Р., 4 года, избили женщин — хозяйку и её дочь, изнасиловали двух девушек из обслуги, учинили пожар и скрылись с места преступления. Позднее ответственность за содеянное взяла на себя объединённая бандитская группировка «Заречная», пояснив, что Тагоевы отказались сотрудничать на выгодных условиях и перестали оплачивать услуги «крышевания», очевидно, решив уйти в легальный бизнес. Ну, пока, вроде, всё понятно. Почему тебя заинтересовало это дело?

— Потому что я уверена, что никакая ОПГ этого не делала, — вырывается у меня, и я прикусываю себе язык.

Давай, Ася, ещё скажи, что подозреваешь собственного папочку в таких зверствах!

— Я не буду тебе ничего обещать, но постараюсь пробить через знакомых в МВД про это дело, раз тебе так это интересно. Но только, — Максим лихо прищуривается, — мне потребуется плата.

— Какая ещё плата? — с подозрением уточняю у него.

— Если получится разгромная статья, я — твой соавтор!

Он тихо смеётся, и я не могу сдержать улыбки, окончательно расслабляясь. Он вовсе не собирается ко мне подкатывать!

В хорошем расположении духа я вызваниваю водителя, еду домой, поглаживая гладкие лепестки и шершавые серединки ромашек. Даже не обращаю внимание на выразительный взгляд, которым Элеонора провожает меня с букетиком в руках, когда мы встречаемся в коридоре второго этажа. Плевать мне на эту грымзу, просто плевать!

Следующие пару дней мы с Максимом изредка созваниваемся или списываемся и часто шушукаемся между парами, обсуждая статью и всё, что он по крупицам узнаёт то там, то тут. И больше всего мы ждём, когда его дядя вышлет счёт за препарат для бабушки и пересылку.

В очередной день, когда я уже привычно сбегаю после окончания занятий, Максим неожиданно окликает меня уже на улице.

— Ася! Счёт пришёл.

Я испуганно озираюсь по сторонам, но не вижу машину Алима и резко отвожу Макса в сторону, хватая за рукав.

— Ты чего? — улыбается парень.

— Ничего, — шиплю в ответ. — Просто отойдём подальше от центрального входа.

— Ладно.

Когда мне кажется, что мы уже достаточно далеко и скрыты выступом здания, я торможу, и Макс врезается мне в спину.

— Ну что там? — спрашиваю у него нетерпеливо.

— Дорого, Ася, выходит, — предупреждает он, открывая электронный документ.

— Это за целый курс? — От семизначной цифры мои глаза лезут на лоб.

— Да, — вздыхает знакомый, — и, Ася, в случае положительной динамики, может понадобиться и второй, третий, пятый… Иначе это всё не имеет смысла.

— Хорошо, — киваю я, мысленно выстраивая план убеждения Богдана. — Когда нужно перевести деньги?

— Чем раньше, тем быстрее…

— Я поняла. Спасибо, я постараюсь оплатить сегодня-завтра, максимум, в течение трёх-пяти дней. Перешли мне, пожалуйста, этот счёт.

— Мне приятно тебе помочь, Ася. Всегда. Что бы это ни было. Ты можешь рассчитывать на мою помощь.

— Спасибо, Максим. Ты хороший друг.

Парень улыбается и вдруг наклоняется к моему лицу, резко выдыхая:

— У тебя карандаш на щеке.

— Где? — хмурюсь я.

Рука взмывает вверх, и я тру пальцами кожу. Максим отрицательно качает головой, поднимает руку и кладёт поверх моей, направляя и указывая на нужные места.

— Здесь, Ася, и тут…

Он так стремительно накрывает мои губы поцелуем, что я даже не успеваю понять, как именно это произошло. Лишь чувствую какую-то беспомощную слабость, пока стою, стиснув зубы, и дожидаюсь, когда это безобразие закончится.

Максим, осознав, что я не собираюсь отвечать взаимностью, отстраняется от меня. Возможно, он собирается извиниться или сказать какую-то колкость, я не знаю. И не дожидаюсь.

Луплю его по лицу и отчётливо произношу каждое слово стальным тоном:

— Никогда больше не смей так делать! Я не ищу приключений, Максим, не собираюсь ни с кем флиртовать, да и поводов думать иначе тебе не давала! Мы могли бы общаться, дружить, но вижу, что я ошибалась на твой счёт. И ты ошибся, меня не интересуют романы!

— Да что здесь такого, Ась, симпатичный парень поцеловал понравившуюся ему девушку? Это не конец света! — кричит он в ответ.

— Для меня это важно, представь! — говорю ему с обидой. — Ты не думал, что для кого-то это и может быть конец света? Просто неприятно?

— Так уж и неприятно? — усмехается парень. — Ты просто слишком неопытная, это сразу видно. Может, ты и целоваться попросту не умеешь?

— Я умею целоваться, — возражаю в ответ. — Просто не делаю это с кем попало.

— Ещё скажи, что у тебя есть парень, — Макс закатывает глаза, потешаясь надо мной.

— Нет у меня парня, придурок…

— Ну вот, я так и знал! — не желает он меня слышать. — Тебя просто смущает твоя неопытность? Я сразу понял, что ты милая, домашняя девочка. Не зря тебя выбрал, значит.

— У меня нет парня, Максим, — перекрикиваю я поток его слов, — потому что я замужем.

И в этот самый момент, подчиняясь зудящей внутри интуиции, я поворачиваю голову влево и натыкаюсь взглядом прямо на разъярённого Богдана.

23. Богдан

Если бы паршивый период в моей жизни мог стать ещё более паршивым, уверен, это случилось бы сегодня.

Словно мне мало было проблем с проверками на складах, куда успели сунуться Хасанов с Самойловым, так по завершении всё пошло хуже некуда! Для начала чёрт меня дёрнул отправиться в аэропорт на такси, и у этого кретина пробило колесо. Мы едва не влетели в отбойник на полном ходу, мысленно я успел попрощаться с жизнью, пожалеть, что не позаботился о завещании, нарисовать в воображении лицо Аси… Но водитель справился с управлением, и всё обошлось.

Пока ждал новую тачку, едва не опоздал на самолёт, но по прибытии в аэропорт узнал, что по техническим причинам рейс задерживается на неопределённый срок.

На стойке регистрации сказали, что время ожидания не превысит двух часов, и я отправился в ресторан глотнуть кофе. Пустоголовая официантка была слишком увлечена своим неумелым флиртом и перепутала мой заказ, а потом я еле сдержался от ругани из-за потока её извинений и неподобающе распахнутой в области декольте форменной рубашки.

Не то что бы меня это взволновало, даже, скорее, напротив. Ведь видела прекрасно и новенькое блестящее кольцо на безымянном пальце моей правой руки, и то, что интереса особого не проявляю, но всё равно вертела своими сиськами у меня перед носом.

А у меня не то, что не дрогнуло, но и вызвало обратные мысли. Об Асе. О том, что я гнал из головы все эти дни. О том, что чёртовым зудом свербело в мозгу и вызывало чувство тяжести в мошонке.

Я хочу её до одури, хочу вколачиваться в узкое лоно своей жены, хочу доводить её до полного исступления, хочу слышать её стоны, хочу, чтобы, обезумев от страсти, она шептала это своё «Богдан-Богдан-Богдан».

Хреновые новости, друзья. Меня интересует только одна женщина. И хотел бы, чтобы было иначе, но всё во мне физически и морально сопротивляется даже при намёке на малейшую случайную мысль о ком-то другом в моей постели.

И хотел бы, чтобы было проще, лучше, не создавало грёбанного геморроя в и так непростой ситуации, но отказаться от этого — отказаться от неё — мне не под силу.

Поэтому в нетерпении ждал, когда наконец объявят посадку; прошёл регистрацию в числе первых пассажиров; еле дождался высадки; нырнул на заднее сиденье к ожидающему Данияру и вскоре очутился дома.

Сразу с порога мне сообщили, что Ася Сергеевна ещё не отучилась. Что ж, я так долго ждал нашей встречи, что уже из принципа не сдохну от ещё пары-тройки часов!

Закрылся в кабинете, совершив несколько звонков. Ко мне без стука вошла Элеонора.

— Богдан, вернулся и даже не навестил? — женщина смотрит в упор, вызывая лишь раздражение.

В этом доме с появлением Аси бабы ополоумели и напрочь забыли своё место.

— Не наглей, Эля. Тебе лучше сбавить обороты.

— Я не узнаю тебя, Богдан. Раньше ты вызванивал ещё по дороге, чтобы я встретила тебя особым образом, а теперь…