Екатерина Чёткина – Подари мне шанс (страница 10)
Агата вздрогнула, потом несмело улыбнулась и сказала:
– Ты станешь злиться.
Он вопросительно поднял одну бровь.
– Ладно, ты прав, что тянуть кота за хвост… Артемидий ты должен поклясться на крови, что ничего не расскажешь об этом месте.
– Ты совсем спятила, человечка! – разъярено прошипел вампир, и его рука сомкнулась на девичьей шее.
Её жизнь висела на волоске. Артемидий чудом справился с кровавой пеленой бешенства, затмившего разум, и отпустил девушку. Агата повалилась, как скошенная, и закашлялась. Из её глаз лились слёзы. Первый раз он почувствовал стыд перед человеком.
– Я не хотела обидеть, – еле слышно просипела Агата.
Артемидий мотнул головой. Необычное для него чувство усилилось и теперь противно горчило во рту.
– Клятва невозможна. Это слишком… сакральное для вампиров. Но тебе не стоит переживать. Я сохраню тайну, даю слово!
Больше они не говорили. Агата поднялась и стала опять что-то варить. Видимо, намереваясь убрать последствия его несдержанности. Артемидий отошёл к печи и следил за зельем Силы. Серая жидкость противно хлюпала в глиняной чашке и приторно воняла чем-то сладковато-кислым.
«Агата больше никогда не станет доверять тебе как раньше, – усмехнулся его внутренний голос. – Ты перестал быть красивым мужчиной и превратился в чудовище. Сомневаюсь, что тебе удастся завоевать её сердце, показав истинное лицо». Артемидий поморщился. Он хотел бы сказать, что ему наплевать…
Цвет зелья неожиданно перетёк в фиолетовый, а запах стал еле уловимым и даже приятным.
– Кажется, готово, – сказал Артемидий и посмотрел на суетившуюся около стола девушку.
Агата оторвалась от приготовления нового состава, сняла прихваткой глиняную посуду с зельем силы, разбавила холодной водой и подала ему.
Артемидий держал в руках плошку. Врождённая подозрительность вопила не следовать совету человека. Тем более, покалеченного и затаившего обиду. Вдруг, девушка решила отомстить? Двуличность в людской природе.
– Знаешь, у меня очень быстрая регенерация и сопротивляемость ядам. В случае чего, успею тебя прикончить. Точно не хочешь ничего сказать? – уточнил Артемидий, пристально наблюдая за девушкой.
Агата тряхнула головой и повторила жест – пей. Он не стал спорить и залпом проглотил тёплый напиток. Лёгкая горечь и мятное послевкусие. Чуть заледенел кончик языка, по телу прошла дрожь, а в следующую секунду в венах запылал огонь, а в голову ударила эйфория.
– Не обманула, ведьма, – мурлыкнул Артемидий и подхватил Агату на руки.
Он кружил её по комнате и улыбался. Девушка хмурилась и постукивала кулачками по плечам, требуя опустить. Глупая человечка, совсем не ценит своего счастья. Артемидий поставил её и выскочил на улицу. Сила бурлила в нём и требовала выхода. С наслаждением он бежал по поляне на предельной скорости. Всё внутри вибрировало от жажды жизни. Сильный состав у зелья. Всех бы вампиров от депрессии вылечил.
«Вперёд, вверх, давай полетаем», – нашёптывала сила. Артемидий уже готовился вызвать крылья…
– Остановись! – крикнула Агата, появляясь на пороге избы.
– Почему? – полюбопытствовал он, мгновенно оказываясь рядом и отмечая, что её восстанавливающий состав оказался не хуже предыдущего. Шея девушки выглядела как прежде, да и голос вернулся.
– Защита сработает и опять выпьет резерв, а нам надо торопиться, – сказала Агата и, взяв его за руку, потянула.
– А может, я хочу познакомиться с твоей бабушкой? – Артемидию хотелось дурачиться.
– Не стоит. Она вампиров не любит.
– А нас никто не любит и что обращать на это внимание? Или она собачек больше уважает?
– Оборотни проще и честнее.
Артемидию вновь захотелось придушить несносную девчонку, но вместо этого он впился в её рот жёстким поцелуем. Он подчинял, заявлял свои права. Агата не сопротивлялась и даже несмело ответила. Её робость вызвала у вампира странный прилив нежности, и его поцелуй изменился, стал обещающим, манящим. «Она моё чудо, мой свет», – забилось в его сердце. Это настолько ошеломило Артемидия, что он отскочил от девушки. Агата удивлённо смотрела на него затуманенными страстью глазами, а ему хотелось сбежать. Если бы она была вампиром, то всё понятно. А так? Человечка не может являться избранной для вампира. Это какое-то изощрённое издевательство. Эйфория неумолимо развеивалась.
– Выводи. Мне давно пора быть в замке, – соврал Артемидий.
Агата поспешно кивнула, отвернулась от вампира и пошла к каменной стене. Он понимал, что обидел её. Его это расстраивало, а не должно! «Она человек. Забавное, интересное существо, но, в целом, никчёмное, – твердил он себе. – Мне надо просто держаться от неё подальше и наваждение схлынет».
Артемидий действительно не видел прохода в скале. Агата певуче прочитала заклинание на незнакомом языке и уколола палец об острый выступ. Тропинка в каменной толще появилась словно из ниоткуда, но ему было всё равно. Запах её крови затмил весь мир. Необыкновенный, странный, притягательный. Артемидий не смог справиться с желанием и, быстро перехватив руку девушки, слизал каплю крови. Вампир чуть не заурчал от удовольствия. Ему хотелось впиться в пульсирующую вену на шее Агаты, и пить, пить этот волшебный нектар.
– Артемидий, что с тобой?! Твои глаза… Отпусти меня.
Страх в голосе Агаты отрезвил его, и кровавое безумие отступило.
– Уходи… пожалуйста.
– Хорошо. Если захочешь меня видеть, приходи на плато и позови, – тихо сказал Артемидий.
Он понимал, что стоит искоренить неправильные чувства к девушке, вырезать с корнем, но почему-то надеялся на следующую встречу.
– Пока, – сказала Агата ему вслед.
Каждый шаг разделял их не только расстоянием, но и волшебством. Артемидий ощущал, как за спиной зарастает проход. Вскоре каменная стена вновь надёжно скрыла их друг от друга.
Глава 3
– Боже, – выдохнула Ирина, резко отгоняя сон и поднимаясь с дивана.
Голова закружилась, и ей пришлось снова лечь. Она была абсолютно дезориентирована, не понимала, где она и что тут делает. События прошедших суток медленно проявлялись в памяти, заставляя всё больше мрачнеть.
В комнате продолжала стоять ночь, но из-под тяжелых штор пробивались лучи солнца. Ни слабости, ни боли она не чувствовала, хотя должна. Ирина ощупала пострадавшую шею, но вместо раны лишь две крохотные коросты: «А ведь было столько крови… Или мне привиделось? Вдруг, он и вправду вампир? По легендам он должен сейчас спать. Ерунда! Вот возьму и проверю. Брось! Надо убираться отсюда, а не играть в исследователя. Хватит с меня приключений и психа с замашками маньяка, верящего в потусторонние штучки. – Ирина прислушалась. – Тихо. Значит, или спит или ушёл куда-то. Надо отыскать одежду и по-тихому смыться».
– Вот, зараза! – раздосадовано прошипела Ирина, дёргая закрытую входную дверь.
«Урод! Гад! – обзывала она чересчур гостеприимного хозяина. – Я тут осторожно одевалась, надеялась вырваться, а он спокойно дрыхнет, предварительно заперев мне пути отступления. Зачем? Что ему нужно? Нет, я так легко не сдамся. Проверю окна, обшарю весь дом, но выберусь!».
Ирина раздёрнула в гостиной тяжёлые портьеры, пуская в комнату солнечный свет, и с тоской обнаружила кованые резные решётки. Обследование окон в кухне, объединённой со столовой, и небольшой комнате дали те же неутешительные выводы. Хотя последнее помещение вызвало у неё интерес. Длинный кожаный диван, по обе стороны от которого одинаковые торшеры с бархатными синими абажурами, во всю противоположную стену стеллажи, заставленные книгами, коробками, банками с чем-то непонятным и разными фигурками животных и людей, вырезанными из дерева и камня. «Как интересно! Обожаю такое рассматривать… но не в данном случае. Сейчас мне стоит сконцентрироваться на побеге. С другой стороны, Артём производит впечатление расчётливого и умного мужика, если он не хотел, чтобы я выбралась, то у меня и не получится. Может, не стоит с ним ссориться и без спросу бродить по дому? – подумала Ирина. – Или всё же пойти на второй этаж и осмотреться? Хотя, что мне это даст? Первый этаж и то стоит достаточно высоко из-за цокольного помещения, а второй и подавно. Оттуда прыгать – себе дороже. Переломаю ноги и буду покорно лежать на его лужайке».
Женское любопытство – крайне сильное и губительное чувство. Неудивительно, что так часто именно оно побеждает в битвах с разумом и приводит к печальным последствиям. В общем, Ирина, крадучись, пробиралась вверх по лестнице. Несколько раз массивные деревянные ступени издавали страдальческие вздохи, она замирала, но гневного окрика хозяина так и не услышала. Лестница вывела её в длинный коридор, по обе стороны закрытые двери, напротив большое окно из цветных стёкол, пропускающих солнечные лучи в причудливой трансформации. Странный дом, под стать хозяину.