Екатерина Бриар – Некромантка дракону не по зубам (страница 2)
– Но ты же ему не позволишь, верно? – Лина спрыгнула с кровати и, следуя примеру подруги, принялась наполнять чемоданы вещами.
– Не позволю, если ты отдашь мне свой билет, – хмыкнула Эмма.
– Я уже смирилась с тем, что он мне не понадобится, – вздохнула Лина, а глянув на метлу, сказала: – Спускайся, и так много времени из-за тебя потеряли.
Метла свою вину признавать не спешила. Однако ради разнообразия решила проявить покладистость и спикировала на недавно покинутую Линой кровать.
Со сборами подруги покончили быстро. Момент расставания, как они не пытались его отсрочить, всё равно наступил.
– Обещай писать мне каждую неделю, – потребовала Лина.
– Уже дважды пообещала, – закатила глаза Эмма и принялась торопить подругу: – Мне, в отличие от тебя, придется топать до портальной станции пешком. Так что давай-ка вылетай, если не передумала.
Лина собралась возмутиться, однако ее транспортное средство полностью разделяло мнение некромантки и легонько стукнуло ведьму по бедру. Эмма обняла подругу, помогла прикрепить чемоданы к метле и позволила себе слезы, только когда Лина вылетела в распахнутое окно.
Впрочем, как позволила, так и утерла.
Времени на сантименты не осталось. Убедившись, что на заднем дворе общежития по-прежнему безлюдно, некромантка сбросила в кусты саквояж. Закрепив веревку, которую они с подругой накануне соорудили из простыней, она перемахнула через подоконник и начала спуск. Лина благоразумно отказалась от идеи покинуть их комнату, расположенную на втором этаже студенческого общежития, прошествовав мимо поста бдительной комендантши. Никакая предвыпускная суета не помогла бы ей остаться незамеченной госпожой Коррас. Остановит, задержит, известит сначала ректора, а потом и мачеху. Эмма тоже не рискнула показаться на глаза комендантше. И не пропадать же веревке…
Не прошло и минуты, как некромантка изменила свое мнение. Веревке стоило пропасть. Лучше сразу за Грань! Потому что ткань начала трещать, когда Эмма преодолела лишь половину пути. Некромантка посмотрела вниз, осознала неизбежность падения в куст жасмина и прыгнула.
Глава 2. Судьбоносная встреча
Эмма сделала последний глоток остывшего кофе, откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Прошел ровно год с тех пор, как она покинула академию. Девушка обосновалась в провинциальном Биркенде. Она открыла кабинет некромантских услуг на первом этаже старого здания ратуши. Ее соседями оказались контора нотариуса и бюро ритуальных услуг, что вполне обеспечивало респектабельность. Увы, этим плюсы помещения и ограничивались.
Бургомистр обосновался в новом просторном здании с белоснежной побелкой и мраморными полами. А Эмме, нотариусу и гробовщикам приходилось мириться с протекающей крышей и сквозняками.
"Зато в центре города", – напомнила себе Эмма, услышав мышиную возню позади кресла.
Расположением кабинета и яркой вывеской над дверью некромантка очень гордилась. Увы, клиенты к Эмме в очередь не выстраивались. Главным образом из-за того, что в Биркенде по прошествии года она продолжала считаться столичной штучкой и дилетанткой. Девушке было доподлинно известно, что слухи об отсутствии у нее необходимых умений старательно распускает коллега-некромант, живущий на окраине города. Когда Эмме случалось возвращаться с местного погоста, она вынуждена была проходить мимо его покосившегося дома. Некромант каждый раз выходил на крыльцо и одаривал ее едким замечанием.
"Вы сегодня так бледны, госпожа Норвуд, призраки примут вас за свою".
"С вашего прошлого визита на кладбище все покойнички присмирели. Можете так часто сюда не ходить, госпожа Норвуд".
"Поднимите умертвие, госпожа Норвуд, а то совсем зачахли без работы".
Эмма поморщилась, вспомнив, что как раз сегодня противный коллега вновь указал ей на отсутствие заказов. Их не то чтобы не было совсем, но… Полагаясь на многолетний опыт Гарольда Хишема, горожане охотнее шли к нему, чем к вчерашней выпускнице столичной академии. В связи с этим каждый месяц перед Эммой остро вставал вопрос оплаты аренды и остальных платежей, без которых немыслима взрослая самостоятельная жизнь.
Располагавшей весьма скромной суммой, девушке на первых порах в Биркенде пришлось нелегко. Впрочем, оглядываясь назад, она ни о чем не жалела. Как и собиралась, дождалась собственного двадцатилетия, прежде чем написать родителям. В ответ получила одно-единственное письмо, в котором в весьма сдержанных выражениях ей предлагали вернуться домой. Предложение Эмма предпочла проигнорировать, а налаживание взаимоотношений с родителями отложила на неопределенный срок.
Из-за постоянной сосредоточенности на заработке друзьями Эмма в Биркенде до сих пор не обзавелась. Зато с Линой у нее завязалась оживленная переписка. Ведьма обосновалась в одном из крупных городов на севере королевства. Она вела довольно веселую жизнь – посещала шабаши, обзавелась парочкой поклонников и вполне преуспевающей лавкой. Профессиональный успех подруги не вызывал у Эммы зависти. Однако червячок сомнения в собственных силах время от времени все же подтачивал ее уверенность в себе. В такие моменты она старалась припомнить все свои успехи. На этой неделе ей довелось избавить одно почтенное семейство от полтергейста. А в прошлый вторник ее наняли, чтобы обновить охранные заклятия вокруг склепа темного магистра, покоившегося на местном кладбище. Говорят, Гарольд Хишем был лично с ним знаком. Эмма довольно улыбнулась, во всех красках представив досаду конкурента, когда он узнал, что заказ уплыл к молоденькой дилетантке.
– Кхе-кхе, – внезапно, но вполне отчетливо раздалось в кабинете. Некромантка от неожиданности подпрыгнула в кресле.
– Полагаю, ты не слишком занята, чтобы принять меня, дорогуша? – произнесла дама, стоявшая в центре кабинета Эммы.
Некромантка могла бы обругать себя за то, что не услышала шагов, но относительно этой посетительницы требовалось проявить предупредительность совсем иного толка. Нащупав в кармане платья бумажный сверток с кладбищенской землей, Эмма запустила им в призрака. Затем она проворно вскочила с места и сотворила защитное заклятие, сияющим куполом отделившее ее от полупрозрачной дамы.
– У тебя ужасные манеры, дорогуша! Кидаться в клиентов землей средь бела дня! – возмутился призрак. – Где тут жалобная книга? Я хочу оставить отзыв.
Оказавшись под впечатлением от столь эмоциональной отповеди, Эмма снизила силу защитного заклятия. Когда сияние ослабло, она осторожно обошла стол, чтобы как следует рассмотреть необычную посетительницу. Низенькая, весьма корпулентная пожилая особа с прической по моде вдовствующей королевы делала вид, что стряхивает со своего клетчатого платья комья земли. Хотя было совершенно очевидно, что содержимое самораскрывающегося магического свертка ей не повредило. Некромантка на секунду зажмурилась, но когда открыла глаза, ничего не изменилось. Женщина по-прежнему была полупрозрачной и по-прежнему выражала недовольство оказанным ей приемом.
– Видите ли, госпожа… Вы не сможете написать отзыв. Вы в некоторой степени утратили материальность, – обратилась к незнакомке Эмма.
Случаи, когда призраки не сознавали своей природы, встречались довольно редко. Все призраки, с которыми до сегодняшнего дня приходилось иметь дело Эмме, вообще не обладали разумностью и не вели бесед. Они нападали и пугали, подпитывая столь нехитрым образом свою бестелесную оболочку. Так что эта дамочка – крайне редкий с точки зрения классификации призраков экземпляр.
– Я напрочь утратила материальность, дорогуша. И я вполне сознаю это, потому что не страдаю слабоумием, – заявил "экземпляр". – Кстати, ты ошибаешься, если думаешь, будто об оказанном мне здесь холодном приеме я не смогу написать. Чернила имеют свойства проливаться на пол с каллиграфической точностью. Палая листва на мостовой может сложиться в не самые приятные слова. А пыль… Как же увлекательно рисовать на ней, дорогуша! Могу изобразить твое перепуганное лицо вот на этом окне. Хочешь?
Призрак подлетел к стрельчатому окну, выходящему на центральную площадь Биркенда. Заметив, что стекло действительно покрывает толстый слой пыли, Эмма пожалела об отсутствии артефактов. Уж антипыльник-то она могла себе купить.
– Думаю, мы не с того начали. Ваше появление стало для меня неожиданностью. Так что я прошу прощения за свою реакцию. Профдеформация, знаете ли… Обычно приходится работать с менее разговорчивыми призраками, – натянуто улыбнулась некромантка.
– Я и при жизни была великодушна к бестолковым личностям вроде тебя, так что на первый раз прощаю.
Эмма едва не поперхнулась от негодования. Эта дамочка просто невыносима! И что значит "на первый раз"? Неужели она воображает, будто некромантка станет вести с ней задушевные беседы?! Развеять ее, и дело с концом!
Призрачная незнакомка тем временем подлетела к ближайшему стулу для посетителей и опустилась на него с грацией, доступной не всем живым. Под хмурым взглядом Эммы она принялась расправлять складки на своем клетчатом платье.
– Что ж… Полагаю, мне стоит представиться, – произнесла Эмма, неосознанно потеребив кулон, который носила на шее. Они с Линой два года назад обменялись одинаковыми украшениями в знак дружбы. С тех пор Эмма с этой янтарной подвеской не расставалась. Со временем у некромантки появилась привычка теребить ее при волнении.