Екатерина Борисова – Преданная истинная черного дракона (страница 34)

— А ты попробуй! — рычу я и призываю свою силу.

В горле привычно першит от зарождающегося огненного кома.

— Александр! — мне на лапу ложится ладонь Монтрана. — Не усугубляй!

Дракон рычит, я вскидываюсь, но успеваю перехватить серьёзный взгляд моего наставника.

— Успокаивайся, будем разбираться! — говорит главный королевский лекарь тоном, не терпящим возражений.

И что-то внутри меня щёлкает, что на этот раз нужно подчиниться.

Я смотрю на целый взвод королевской охраны, вскидывающих защитные амулеты, на полуголую, но практически невредимую Анну, которую фрейлины заматывают в покрывало.

Фыркаю и оборачиваюсь.

Хм, оказывается, брюки всё-таки сохранились. Частично. Камзол и плащ остались лежать клочьями на полу, как и обувь.

Сейчас я похож на раба на галерах — в разодранных брюках и с обнажённым, бугрящемся от напряжения торсом, покрытым каплями пота.

Изо рта вырывается облачко пара.

Охрана с опаской подходит ближе.

— Что здесь происходит?! — гремит сердитый голос короля за нашими спинами.

Охрана смиренно опускает голову. Монтран отходит на шаг назад, вставая рядом со мной.

— Папа! — взвизгивает Анна и, отталкивая своих фрейлин, бросается к королю. — Папа! Он хотел меня убить!

Давно ли Анна стала называть отчима «отцом»? Что-то прежде за ней не наблюдалось таких родственных чувств! Она чуть ли не ненавидела короля, посмевшего разрушить брак её родителей и затребовать её мать — свою истинную себе.

Мерзавка падает перед ним на колени, забыв придержать покрывало. Оно соскальзывает с её всклокоченной и подпалённой головы, обнажает плечи и грудь.

Мерзавка так и не натянула платье.

Оборачиваюсь к Кэлвину и замечаю, что и он не успел натянуть штаны. Его белоснежные ягодицы сверкают на весь коридор. Чудесная сцена!

Король тоже это замечает. Хмурится.

— Встань! — рявкает король падчерице.

Анна всхлипывает и пытается схватить короля за ногу.

— Приведите её в порядок! — король кивает фрейлинам.

Они толпой подлетают к Анне, поднимают её, снова кутают в покрывало и уводят под её истеричные вопли.

Напряжённый взгляд короля проходится по фигуре Кэлвина, естественно, замечает спущенные штаны и белёсые капли на его бёдрах.

Король брезгливо морщится и поворачивается к Монтрану.

— Займись им. А ты, — он впивается в меня сердитым взглядом, — за мной!

Охрана остаётся в коридоре, провожая нас заинтересованными и удивлёнными взглядами.

Конечно, кому бы ещё могло сойти с рук покушение на члена королевской семьи?

Только здесь есть два момента: Анна не пострадала и она не родная кровь короля Августуса.

Мы проходим в кабинет короля, за нами плотно прикрываются двери.

— Ты разочаровал меня, Александр, — король опускается в своё кресло и кладёт подбородок на сцепленные ладони.

— Я? — вопросительно изгибаю бровь. — И только?

— Ты же понимаешь, после всего, что произошло сегодня во дворце, тебе придётся обвенчаться с Анной! Сейчас же!

Глава 38. Неприятные гости

Жизнь в таверне с каждым днём становится всё напряжённее, живее, а оттого — веселее и радостнее.

После судьбоносной встречи с тётушкой Пипитой у нас появились надёжные поставщики отменных продуктов. А после её протекции перед начальником драконьих извозчиков — каждый рейс к «Пику» задерживается у нас. Который на час-другой, который на целую ночь. Зима. Погода портится с каждым днём.

Работы прибавилось в разы. Мы втроём с Сондрой и Ноэлем сбиваемся с ног от усталости: встаём до зари, чтобы носить снег, чистить, драить и стирать. Хвала драконьим богам, что большую часть бытовых проблем может решить моя магия. Но к сожалению, не всё.

Сондре всё равно приходится готовить само́й, а Ноэлю таскать тяжёлые вёдра со снегом.

Спать мы не ложимся — мы валимся с ног от усталости, часто прямо в одежде и вырубаемся, пока артефакт пробуждения не поднимет нас.

Вот и сегодня — все комнаты в нашей таверне заняты гостями. Кто-то решил задержаться у нас, а кто-то утром, как только успокоится метель, полетит дальше на «Пик».

Сондра уже готовит на кухне отменный завтрак — она вообще большая мастерица по части приготовления блюд. Такие шедевры из простых продуктов готовит, закачаешься.

Ноэль, замотанный в платки и шали с ног до головы, бегает за снегом.

Пока он не принёс следующую порцию, я поднимаюсь в его крохотную комнатку. Ту самую, под самой крышей, куда Сондра определила меня в первую ночь.

Я осторожно поднимаюсь по узкой, крутой лестнице. Свет от магических светлячков едва пробивается сквозь пыльный воздух.

У меня мало времени, но это не повод оставить мальчика спать на грязной постели. Я перестилаю ему постель на тюфяках — они старые, но чистые. Когда я отодвигаю один из тюфяков, чтобы подправить его, мои пальцы натыкаются на что-то твёрдое, скрытое между досками пола. Тайник.

Я, может быть, и не заметила бы его, если бы не торчавший из-под половиц кусочек грязной тряпицы.

Злость мгновенно охватывает меня.

Не может быть!

Он же обещал! Поклялся!

Неужели этот мальчишка не может жить без того, чтобы не лезть туда, куда не следует? Неужели он снова взялся за старое? За воровство?

Сердце сжимается от обиды и разочарования. Дрожащими пальцами я поддеваю половицу. Вытягиваю на свет что-то замотанное в тряпицы.

С тяжёлым вздохом разворачиваю её.

И выдыхаю.

Какая же я глупая!

Это не золото и не драгоценности постояльцев. Это свидетельство о рождении. Пожелтевший, выцветший лист бумаги, а на нём — дата рождения, имена родителей и имя самого Ноэля.

Меня накрывает такое внезапное и сильное облегчение, что подкашиваются ноги.

Какая же я мнительная!

Это всего лишь документы. Мальчик ничего не воровал.

Я аккуратно сворачиваю свидетельство и кладу его обратно, закрывая половицу. Пусть хранит, если ему так нужно.

Не успеваю вернуть тюфяк на место, как снаружи доносится хлопанье крыльев.

Драконы! Но кто?

Извозчик ещё спит у нас в одной из комнат.

А высокородные драконы, которые сами могут оборачиваться в ящериц, считают ниже своего достоинства останавливаться у нас.

Прислушиваюсь.