Екатерина Богданова – Последняя из Охотников (страница 3)

Я медленно сползла с кровати и, не обращая внимания на причитания подруги под дверью, медленно, контролируя каждое движение, чтобы не упасть, подошла к зеркалу. Взглянула на себя и упала.

Я буквально рухнула на пол. В груди образовался ком то ли тошноты, то ли ужаса. Я была вся в крови. Вся! Волосы, лицо, руки, одежда, я вся была пропитана кровью. В нос тут же ударил удушливый, сладковатый запах. И как я его раньше не почувствовала?!

Что случилось? На меня кто-то напал? Продолжая сидеть на полу перед зеркалом, начала ощупывать себя на предмет травм. Ничего не нашла. Это не моя кровь…

– Вэл, открой, пожалуйста, – вновь поскреблась в дверь Мали. – Я помогу… что бы ни случилось.

– Я… всё хорошо, – совладав с голосом ответила громко.

– А кровь? – не унималась соседка.

– Домашнее задание, артефакт подчинения, – ответила я. – Не справилась с птицей.

– Да что ты мне заливаешь? – ударила по двери подруга. – Я же сестра артефактора. У вас жертвоприношения только на пятом курсе. Всё, я вхожу!

– Нет! – выкрикнула я, но Малита без труда открыла зачарованный внутренний замок. Ей и не такое под силу, она на маг.контролёра учится.

– Вэлина, я всё понимаю, но это уже перебор, – врываясь в комнату, заявила подруга. Увидела меня и замерла. – Вэл…

Я беспомощно всхлипнула. А что тут скажешь? Сижу на полу, вся в неизвестно чьей крови, и ничего не помню.

– Где больно? Что помнишь? – бросившись ко мне, вопросила соседка.

Она, как и я пару минут назад, принялась ощупывать и осматривать моё тело на предмет повреждений, но тоже ничего не нашла.

– Вэл, посмотри на меня. Что произошло? – сидя передо мной на коленях и требовательно вглядываясь в лицо, потребовала ответа подруга.

– Я не помню, – беспомощно пожала плечами, не удержав очередной всхлип. – Ничего не помню…

Мне было страшно. И не без повода! У меня не настолько хорошая регенерация, чтобы надеяться, что измазана я своей кровью. Ведь даже шрамов нет! И я совершенно не помнила, что произошло.

– Рассказывай всё, с самого начала, – потребовала соседка.

От меня не укрылось, что она напряглась и немного отстранилась.

– Что?.. – спросила шёпотом.

Голос сорвался и я закашлялась.

– Этой ночью в городе объявился то ли хищник, то ли маньяк. Растерзал двух женщин, – ответила Мали. – Возможно ты… свидетель?

– Ну уж точно не маньяк, – выдавила я беспомощную улыбку.

– Конечно нет, – заверила меня подруга, брезгливо приобнимая.

Её можно было понять, я вся грязная, липкая, противная… Но соседка всё равно пыталась приободрить.

– Спасибо, – выдохнула, уткнувшись лбом в её плечо.

– И всё же постарайся вспомнить, что произошло, – попросила Мали.

Я задумалась. Так, после занятий профессор Карло ненавязчиво намекнул, что ему нужна моя помощь. Я попыталась отказаться, но мне напомнили, что не стоит ссориться с преподавателем одного из зачётных предметов и настояли. Я задержалась в школе и выполнила заказ на двадцать амулетов ограниченной связи для маг.контроля. Профессор отдал мне десять процентов от оплаты заказа, я пошла домой, заглянула в «Ларчик старины» и… И дальше ничего не помню.

Что вспомнила, то и рассказала подруге.

– Ты опять? – возмутилась она. – Сколько можно собирать эту рухлядь?!

– А сама с удовольствием одалживаешь мою рухлядь, – проворчала я.

– Вспоминай, что тебе на этот раз подсунула мадам Борненжо, – отмахнулась подруга.

– Да не помню я! – вспылила, чувствуя всё нарастающую панику.

– Спокойно, – погладила меня по плечу соседка. – Марш в ванную, и пойдём разбираться.

– Ты не будешь докладывать? – с благодарностью и неверием уточнила я.

– А о чём тут докладывать? – пожала она плечами. – Сначала разобраться нужно. Может ты палец порезала, а я сейчас шумиху устрою. Опозорюсь только.

Мали конечно лукавила, не может от пораненного пальца быть столько крови. Целителя бы сейчас знакомого, чтобы определил, чья это кровь. Но мне и без целителя что-то подсказывало, что не животного.

– Иди мойся, – повторила подруга, нарушая правила задержания подозреваемых и самолично подталкивая меня уничтожить улики.

– Спасибо, – выдохнула я, и поплелась в ванную.

Раздевалась на автомате, в голове была гулкая пустота. Даже эмоции все куда-то выветрились. Так же медленно, будто наблюдая за своими действиями со стороны, вошла в душевую кабинку, по привычке отрегулировала температуру воды и встала под тугие тёплые струи. И окончательно потеряла связь с реальностью. Ручейки красной жидкости струились по бледной коже, окрашивали молочно-белый пол в насыщенный красный цвет и исчезали в бездонном чёрном жерле стока…Горячий красный поток. Густой, живой… Струится по коже… Тонкая шея… Пустой, только что погасший взгляд, устремлённый в бесконечное звёздное небо. И пьянящий запах добычи…

Обнаружила себя забившейся в угол кабинки. Меня колотило крупной дрожью, а перед глазами застыла картинка – запрокинувшая голову к небу мёртвая женщина, и хлещущая из её разорванного горла кровь. Это я, я убила её… Нет, я не сумасшедшая, и уж точно не страдающий бешенством перевёртыш! Это проклятие, или артефакт, или ещё что-то. Но точно не я! Не могла я вот так просто, совершенно без причины выйти на улицу и начать убивать направо и налево всех без разбору. А ту женщину я точно раньше никогда не видела. Значит, кто-то решил меня подставить. Зачем? Почему меня? Чтобы оправдать себя? Не лучшая кандидатура. Слабая, недоучившаяся сомнительная специалистка, да ещё и в такой сугубо научной сфере, как артефакторское дело – разве похожа я на того, кто способен легко убить, пусть даже и женщину? Чтобы нанести такие травмы одной ловкости мало, для этого сила нечеловеческая нужна, огромная. Сила! Неужели меня выбрали из-за плохого контроля? Конечно! Всё логично, сама я ничего не помню, а от нестабильного потенциала можно ожидать чего угодно. Вот и всё объяснение, но я-то себя знаю, не могла я… сама. Проклятье, или артефакт, однозначно! Да только кто мне поверит? Даже Малита, если я расскажу ей о вспышке столь пикантного воспоминания, незамедлительно доложит куда надо. Кому, как не ей – кадету корпуса маг.контроля, безоговорочно верить в непогрешимость системы. У меня же кредит доверия к нашим бравым защитникам иссяк ещё во времена расследования маминой смерти. Так что буду помалкивать и пытаться разобраться во всём сама… по крайней мере, до тех пор, пока это будет возможно.

Домывалась я быстро, остервенело тёрла кожу и едва не лишила себя половины волос, вымывая из слипшихся прядей подсохшую кровь. Руки ещё тряслись, а где-то на задворках сознания поселился червячок сомнения – а что, если и правда я, сама? Бывает же так – сломалось что-то в человеке, и он сходит с ума. Мотнула головой, отгоняя лишние мысли и замоталась в большое мягкое полотенце. Если я сама начну сомневаться, то что о других говорить. Нельзя расслабляться, нельзя.

К соседке я выходила даже с улыбкой, которая, впрочем, тут же сползла с лица, стоило только увидеть испачканные в крови постель и пол. Нет, не настолько я сильная, чтобы делать вид, что всё замечательно.

– Ну как ты? – глядя на меня с сочувствием спросила Мали.

– Всё хорошо, правда, – вновь попыталась изобразить улыбку.

– Тогда идём к твоей старьёвщице. Уж я-то из неё признание вытрясу, – продемонстрировав кулачок, бойко заявила подруга.

Глава 3

Спустя полчаса мы стояли под дверью «Ларчика Старина», разумеется, запертой дверью.

– М-да, о времени я как-то не подумала, – задумчиво протянула Малита.

– Да причём тут время? Сегодня, между прочим, выходной, – пробурчала я, зябко кутаясь в наскоро наброшенный на плечи плащ. И без того не досохшие после помывки волосы от утреннего тумана стали совсем мокрыми и тяжёлыми. Раздражение и какая-то непривычная, зудящая злость медленно вытесняли страх и сомнения.

– Посмотри, чтобы никто не шёл, – шикнула подруга, указав взглядом на противоположный конец тупика, выходящий на широкую улицу.

– Да какой идиот в субботу утром будет по подворотням бродить, кроме на с тобой, – огрызнулась я. – А ты что вообще задумала?

– Что-что, адрес твоей Борненжо ненаглядной узнать хочу, – проворчала соседка, протягивая руку к двери, выставив вперёд раскрытую ладонь.

Я тут же перехватила её за запястье и дёрнула в сторону.

– Ты что творишь? У тебя допуска на сканирование лицензии нет! – прошептала, опасливо оглядываясь.

– А что мне теперь прикажешь делать? Контролёров раньше звать нужно было, теперь самим выкручиваться надо. И я не успокоюсь, пока не разберусь, во что ты меня втравила. Так что следи за улицей и не возмущайся, – Мали грубо одёрнула меня отповедью в стиле «сам дура» и продолжила противоправные действия. Если вскроется применение инструментов маг.контроля без допуска, подругу не только попрут из кадетов, но ещё и характеристикой такой наградят, что впредь ей только огороды охранять доверят. И речь идёт не о бумажке, которую можно выкинуть, или подделать. Контролёры характеристику на ауре оставляют. Такое не выведешь.

– Ну что там? – прошептала не оборачиваясь.

Я неотрывно следила за улицей и даже моргнуть боялась.

– Да прямо здесь твоя старьёвщица живёт, в этом же здании. Только вход с другой улицы, – спустя несколько томительных секунд ответила соседка.

– Мадам Борненжо антиквар, а не старьёвщица, – буркнула я.