Екатерина Богданова – Последняя из Охотников (страница 2)

Украшений было немного, всего около десяти экземпляров, но были здесь и серьги, и кольца, и парочка браслетов. Всё действительно было не только старинным, но и выглядело весьма старым. Да, за такой раритет много не запросят. Однако меня привлекла парочка вещичек.

– Можно? – потянулась к изысканному ассортименту.

– Попробуйте, – пряча улыбку в уголках пухлых губ кивнула продавщица.

Памятуя о том, что старые, а тем более настолько древние, вещи могут хранить много неопределимых на первый взгляд сюрпризов, я сначала медленно повела раскрытой ладонью над украшениями, но не почувствовала никакой опасности. Видимо, действительно от времени потеряли большую часть свойств, а ткань с нейтрализатором блокирует остаточное поле. Осмелела и легонько коснулась гладкого металлического браслета стального цвета с более тёмными пятнами, появившимися от времени, и небольшим сколом с одной стороны. Холодный, совершенно мёртвый металл… Взгляд переместился к колечку чёрного металла с аккуратным тускло-жёлтым камушком, но потянувшись к кольцу, я вдруг почувствовала покалывание в кончиках пальцев и нервно отдёрнула руку. От жутковатого вида кулона, сработанного явно из кости и янтаря, со скорее ощутимым, чем слышимым треском отлетела слабая искорка… или показалось?

– Не стоит пугаться, – покровительственно улыбнулась необычная торговка. – Грубая ткань, трение, это природная, совершенно немагическая энергия. Статика.

Я с прищуром посмотрела на женщину. Вроде не врёт. Про статику я мало чего знаю, но слышала, что некоторые умельцы умудряются применять природную энергию для активации различных артефактов. Однако сие в стенах нашей школы считалось ересью и всячески возбранялось. Артефакт творение тонкое и не терпит грубых немагических приёмов. А природная энергия удел приверженцев нового веяния – механики, тоже, впрочем, причисляющегося к ереси. Где это видано, чтобы что-то работало да без магии?!

– Интересная вещица, – меж тем вновь взяла слово продавщица. – Янтарь удачно сочетается с вашими глазами. И сохранился кулон неплохо.

Что она несёт? Это каким образом янтарь сочетается с моими серыми глазами? Проигнорировала явное желание спихнуть мне то, на что, как говорится, глаз не упал, и потянулась к серьгам. Вот они действительно были интересными. Очистить потемневший от времени металл и может выйти довольно приличное украшение. Немного тяжеловаты на мой вкус, но камни в витиеватой, изображающей лозу оправе переливаются чёткими гранями глубокого зелёного оттенка. Неужели настоящие изумруды? Вороватым жестом прикоснулась к крупному, размером с ноготь камню и просканировала структуру. Изумруд, чистейший! Да и металл на поверку оказался древним серебром. Жаль. Такое сокровище я, не задумываясь, купила бы, но слишком дорого. Вот если бы минерал оказался не таким идеальным. А про металл и говорить нечего. Древнее серебро само по себе уже почти готовый артефакт. Бери и накладывай матрицу любого свойства, впитает всё как губка, ещё и усилит. Такое сокровище меньше, чем за тысячу золотых не отдадут. А у меня месячное содержание двести золотых. Но, а вдруг!

– Сколько? – спросила как можно более безразличным тоном, указав на серьги.

– Хороший выбор, – благосклонно кивнула женщина. – Уступлю за пятьсот.

Я поджала губы, понимая, что торговаться было бы просто наглостью. И так озвученная цена смешная.

– Могу скинуть. Мне нужны деньги, а времени нет. Утром отбываю в Малахитовую долину, – будто прочитав мои мысли предложила загадочная торговка.

– Если бы вы не спешили… я бы попросила отложить. Мадам Борненжо частенько придерживает для меня эксклюзивный товар, – намекнула я.

– К сожалению, никак, – развела руками она, от чего хламида растянулась, превращая женщину в эдакий жёлтый квадратик с головой. – Но у меня есть для вас работа! – неожиданно воскликнула продавщица.

Я даже отпрянула от прилавка, не ожидая такой экспрессии.

– Ничего предосудительного, – тут же поспешила заверить меня экзотическая женщина. – В Малахитовой долине, как я слышала, сейчас в моде аукционы, на которых принято демонстрировать товар на модели. А у меня нет ни времени, ни знакомств, чтобы найти чистоплотную девушку для демонстрации. Но я могла бы воспользоваться иллюзией. А вы молодая, привлекательная девушка. Примерьте мой товар, а я сохраню вашу иллюзию с помощью изобразительного храна.

Странная она какая-то. Изобразительный хран довольно дорогая штука, доступная далеко не каждому. Если есть средства на такой артефакт, то зачем мотаться по долинам, занимаясь торговлей? С другой стороны, может она его выменяла на одну из подобных серьгам вещиц?

– Сколько? – спросила, разумеется, имея в виду, на сколько она скинет цену на серьги.

– Отдам серьги, – тут же откликнулась торговка.

Я недоумённо уставилась на неё. Ну не может промышляющий торговлей человек не знать расценок на подобные услуги! За демонстрацию в живую больше пятидесяти золотых не дают, а тут даже идти никуда не нужно. Что-то с этой женщиной не так. Я никогда не была особо мнительной, но сейчас насторожилась.

– Время. Я тороплюсь, – поняв моё замешательство пояснила торговка.

– Хорошо, – протянула я.

Серьги манили, переливаясь в свете несгораемых свечей. Если эта странная тётка готова расстаться с таким сокровищем за столь крошечную услугу, то кто её будет отговаривать? Точно не я!

– Вот и отлично! – радостно улыбнулась смуглянка, демонстрируя крупные ровные зубы. – Начнём, пожалуй, с кулона.

И мне указали на то самое сомнительное украшение из кости и янтаря.

– А хран? – спросила я.

– Так вот же он. – Женщина продемонстрировала мне мутный овальный камень размером с яйцо на короткой цепочке, который извлекла из необъятного рукава.

Она его что, всегда на запястье носит? С другой стороны, такой ценный артефакт и я бы всячески оберегала.

– Приступим, – деловито произнесла канареечная экзотика, приглашающе поводя рукой в сторону разложенного на прилавке ассортимента.

Я сняла с плеча сумку, бросила её на пол у прилавка, следом полетел лёгкий шарфик. Мимолётно порадовалась, что сегодня надела новую чёрную сорочку с довольно откровенным декольте, которое, впрочем, прикрыла шарфиком. Вообще мой наряд не соответствовал случаю, но для демонстрации украшений достаточно запечатлеть модель только до пояса и непринятых в таких случаях облегающих штанов и ботинок, являющихся привычной одеждой для практикующих магов, видно не будет. Вообще для мага ниже достоинства и статуса подрабатывать таким образом, но кто об этом узнает? В Малахитовой долине у меня знакомых точно нет. Я и в родной-то Лазурной долине дальше пригорода Лазурита – столицы долины, никогда не выезжала.

Вздохнув поглубже и нацепив на лицо дежурную приветливую улыбку я потянулась к первой попавшейся под руку вещице. Это оказался браслет.

– Нет, давайте всё же начнём с кулона, – с улыбкой напомнила торговка.

С кулона, так с кулона. Я уже настроилась на рабочий лад и действовала не задумываясь. Перед глазами маячили серьги, я уже представляла, как сегодня же буду хвастаться обновкой в Закатной Пташке – баре, где мы с подругами обычно собираемся по пятницам. Малита, соседка по квартире, удавится от зависти!

Подхватила кулон за кожаный шнурок и подняла на уровень глаз.

– Я помогу, – выпорхнув из-за прилавка предложила канареечная женщина.

Я передала ей кулон, собрала и приподняла гриву чёрных мелко-вьющихся волос, освобождая шею.

Женщина зашла со спины, накинула на мою шею кулон, кожи коснулась прохладная костяная основа, мир подёрнулся багряной пеленой. И темнота…

Глава 2

– Вэл, что за дела?! – в дверь барабанила соседка. – Вэлина, открывай! Ты что на кухне устроила?! Сумасшедшая артефакторша! Сама убирать будешь. А если из надзора заявятся, я тебя прикрывать не стану. Открывай, кому говорю!

Я застонала и с трудом разлепила глаза.

– Вэл, ты там живая? – уже не так воинственно спросила Мали. – Надеюсь, это не твоя кровь? Вэл, может целителя позвать? Да не молчи же ты!

– Всё хорошо, – хрипло ответила я, не будучи уверенной в правдивости сего заявления.

Всё тело ныло, словно я накануне сдавала физические нормативы, а в глаза будто песка насыпали. И я ощущала неприятную тянущую липкость на коже, будто сильно вспотела, или измазалась в чём-то вязком. Взгляд на окно помог сориентироваться во времени – рассвет. Значит, Малита только вернулась с пятничного гуляния. А я? Ничего не помню. Неужели в кои-то веки мне удалось напиться? Обычно моей особенностью, и в тоже время наказанием, была абсолютная невосприимчивость к креплёным напиткам. Сколько подруги ни пытались, споить меня им никогда не удавалось. Они, с одной стороны завидовали, с другой – завидовала я им, наблюдая за неудержимым весельем девушек, выпивших парочку замысловатых коктейлей. Подруги шутили, что это мне в наказание за высокий потенциал, который, впрочем, раскрыть так и не удалось. Все маги, сканировавшие мои способности, утверждали, что потенциал у меня просто заоблачно высок, но на деле я была слаба, как младенец. Исключением стал только инцидент со спонтанным выбросом и созданием того злополучного артефакта, послуживший причиной для принудительного обучения в школе мастеров и ювелиров имени Агнессы Бражник.