Екатерина Боброва – Лунный свет среди деревьев 1 (страница 12)

Тяжелый вздох. Борьба с собой.

– Хорошо, барышня, – сдалась она, – только недолго.

И снова эта противоречивость… Я вроде ее хозяйка, но должна отпрашиваться.

По тропинке я шагала на взводе и нужный мне участок пролетела, злясь на себя – глупую, и на упрямую служанку.

Вернулась, внимательно смотря по сторонам. Ночью все выглядело иначе, но я точно помнила, что путь до выхода из леса занял минут десять.

Остановилась, оглядываясь. Где-то здесь, за густыми зарослями, пряталась волшебная полянка. Прислушалась – и точно вдалеке послышался мелодичный перезвон.

Заявляться в гости без приглашения не хотелось, так что я позвала:

– Птиц!

Гм. Не вежливо как-то.

– Многоуважаемый дух, – поправилась. – Уважаемый. Много. Мне очень надо с вами поговорить. Покажитесь, пожалуйста.

Время утекало. Солнце сильнее клонилось к горизонту, вытягивая сизые тени поперек дорожки. Из-за деревьев выползали темные пятна, обещая скорое наступление сумерек. Птицы и те притихли, укладываясь спать, так что вокруг меня царила тишина, вызывая глухое раздражение. У меня там обиженная пренебрежением к правилам служанка мается. Устанет скоро плохо обо мне думать. А некоторые пернатые, видимо, считают, что можно просто так игнорировать приглашение на разговор.

– Я не гордая, – разговаривать с собой было странно, надеюсь, меня никто не подслушивает, – могу и прогуляться до полянки. Цветочки понюхать. На травке поваляться.

И медленно сделала шаг с тропинки…

– И чего заявилась? – разозлено вопросили над ухом. – Я тебе даже желание подарил. Неужели мало показалось? – с издевкой добавил дух.

Я повернулась. Птиц сидел на ветке позади меня и, судя по встопорщенным синим перьям, был не рад моему визиту. Неужели я его оторвала от кормления травы улыбками?

– Извини, если не вовремя, – примиряюще улыбнулась, – и еще раз спасибо за желание и за память. Если бы не ты… я бы слепой ходила.

– А сейчас что? Зрячая? – ехидно вопросил птиц. Провел клювом по хвостовому перу, тряхнул рожками. – Смотрю, вместо просветления тьмой обросла, – неодобрительно заметил он.

Что значит тьмой? Это заразно? Что-то вроде местного гриппа? Или побочный эффект от моих приступов?

– Почему? – спросила.

– Мне откуда знать? – зло нахохлился дух. – Твоя жизнь – тебе разбираться. В теле хоть закрепиться смогла. Теперь ветром не выдует.

Хоть одна приятная новость на сегодня. Стать призраком без тела не входило в мои планы.

– А Линь Юэ? Что с ней?

Это тот самый вопрос, ради которого я посмела беспокоить духа.

На меня посмотрели с откровенной насмешкой.

– Боишься, что вернется и выселит тебя?

– Дурак! – я тоже разозлилась, забыв о только что данном себе обещание быть самой сдержанностью. – А если она все еще внутри? И я ее тут убиваю своим присутствием?

Пусть я была порядочной сволочью в прошлой жизни, но до убийства не дошла. И машину не побоялась разбить, отворачивая от выбежавшей на дорогу собаки.

Дух растопырил перья. Выдохнул шипяще так. То ли злился, то ли извинялся…

– Успокойся, нет ее, – проговорил он после паузы. – Ушла сразу, как… А потом ты появилась. От нее лишь слепок памяти остался, да и тот… слабый такой. Но проступок ее все равно тебе отрабатывать. Такова плата.

Ушла …

Я искренне пожелала Линь Юэ хорошего пути. Наверное, и её ждёт наказание, но если я разберусь, что толкнуло её на самоубийство, может, это поможет и ей.

Что до меня … Будем верить, что несмотря на строгого отца, дурные нравы в школе и все прочее, это не худший вариант для второго шанса. Как говорится, что заработала – то и получила. И я сейчас не про работу. Я даже за внешность не в обиде – про замужество думать не хотелось. Да и договорное оно здесь, замужество это. Так что бегать в поисках мужа мне не придется.

– Спасибо, – поблагодарила.

Дух беззлобно фыркнул, намекая, что пора и честь знать.

– Про тьму расскажешь?

На меня посмотрели с оскорбленной усталостью. Недовольно переступили лапками на ветке.

– Откуда я знаю, – проворчал птиц, разворачиваясь ко мне спиной. Я подавила желание подойти и дернуть за провокационно свешивающийся с ветки хвост. – Тьма твоя, тебе и разбираться.

И исчез. А через секунду до меня донеслось беспокойное:

– Барышня, вы где?

«Съели меня», – хотела мрачно пошутить, но поняла, что шутку не оценят.

– Уже иду, – откликнулась.

Подстава – это обнаружить в покоях мужчину, развалившегося на твоей постели. Фривольная поза, расстегнутый ворот, рука, подставленная под голову и самодовольная ухмылка не оставляли сомнений в намерениях гостя. Двойная подстава – мы были знакомы. Из того, что я успела узнать о кровопийце, ему было плевать на мою репутацию, как и на то, что благородная барышня не имеет права принимать у себя мужчину, кроме кровного родственника. Тройная подстава – мой отец в свое время прославился истреблениями ему подобных и меч, подозреваю, обнажит с особым удовольствием.

Кто-то откровенно нарывался. Но позволять отцу убить такого красавчика, мне совесть не позволит. Краснокнижный, небось.

Я резко развернулась на пятках, практически столкнувшись с верно следовавшей за мной служанкой и заставив ее отшатнуться.

– Сунь Лан, дальше я сама, – голос мой был мягким, даже заботливым. – Иди отдыхай. Я и так тебя загоняла сегодня.

Что было в принципе правдой, но в глазах служанки мелькнула тень подозрения. Она вцепилась взглядом в мое лицо, однако, не обнаружив подвоха, успокоилась. И даже благодарно улыбнулась в ответ.

– Спасибо, барышня. Приятного вам сна, – поклонилась.

– И тебе, – кивнула. Неприятное чувство обмана колючками прошлось по совести, но за спиной у меня не аргумент – аргументище, чтоб ему облысеть и покрыться желтыми пятнами!

Я сдвинула створки двери. Не оборачиваясь, принялась расплетать косу.

Замка не было. Даже маленькой задвижки. Запор можно было повесить лишь снаружи. Это чтоб непослушную девицу в темнице заточить, наверное. Об уединении – закрыться ото всех – можно было лишь мечтать.

Так что я замотала голубой шелковой лентой ручки. Впрочем, мечом ее легко будет перерезать, просунув лезвие, но, надеюсь, до этого не дойдет.

– Жить надоело? – остановилась в паре шагов от постели.

Его высочество Обаяние проказливо улыбнулся. Пропустил пальцами прядь шелковистых волос – не жест, а сплошное соблазнение. Взглянул так – я себя единственной в его глазах увидела.

Если бы не злость и страх за придурка – я слишком хорошо представляла, что с ним сделает отец – не осталась бы равнодушной. А так… сжала кулаки, ощущая стойкое желание – придушить. Сердце поддержало – в нем единственным жил темный князь.

– Злая ты, – проворчал дух, оценив гневный прищур моих глаз, демонстративно сложенные у груди руки.

Вздохнул. Сел. Тряхнул призывно шевелюрой, изогнулся – чисто наложница у султана, но не найдя отклика, поскучнел. Недовольно поджал идеальные губы.

– Я к тебе, между прочим, с подарком.

Он щелкнул пальцами и толкнул ко мне по воздуху появившуюся рукопись.

– Слышал, ты учиться хотела, а старик тебе отказал. Так я для тебя у него книгу украл, – небрежно пояснил он, явно гордясь своим подвигом. Требовательно посмотрел на меня, ожидая восхищения и одобрения.

Я в замешательстве коснулась поверхности книги, и на ней золочеными буквами вспыхнула надпись «Магические классики», серебром проявился выпуклый кристалл. То есть что-то основополагающее. Для «чайников». Полезная вещь, безусловно, но украдена. Причем для меня. И я уже соучастник.

Недобро посмотрела на духа.

– Ну что еще? – капризно протянул тот, начиная нервничать. – Не запрошу я слишком много. Капель десять в день. Тебе лишь на пользу обновления крови будет.

Угу, как и ожидалось. Товарищ нашел кормушку. И даже принес оплату. Честный какой…

– Рожа не треснет? – поинтересовалась я. – Да и не пригодится мне твой подарок, – не сдержала тяжелого вздоха. Говорить о собственной ущербности было неприятно, как и признавать того, что правы были наставники… С моей нестабильностью невозможно нормально учиться.

– Что такое, сестренка? – обеспокоился дух. Поднялся одним слитым движением, обошел меня по кругу, ткнул в плечо. Подцепил когтистым пальцем за подбородок, поднял голову, вгляделся в лицо.