Екатерина Боброва – Лисий переполох 2 (страница 4)

Меня что, банально соблазняют? Только на этот раз, кажется, в постель. Падаю, н-да…

Но сомнений почти не осталось – передо мной лис. Неужели они есть и у нас? Выжили как-то и даже смогли скрыть свое существование…

— Я обязан исправить эту несправедливость.

Его пальцы с нежностью нарисовали узор на моем запястье, тот самом, которое хранило отметины от ритуала, заставляя кожу запылать.

— Вы же позволите вам помочь?

Он наклонился, горячий шепот ожег шею.

— Моя машина рядом. Соглашайтесь. Я заставлю вас забыть обо всем.

И мне мучительно захотелось позволить себя соблазнить. Отдаться — и на одну ночь забыть о Хайлине. Перестать цепляться за прошлое. Устроить себе сексотерапию.

А что потом? Утренний стыд и раскаяние? И чувство мерзости к себе за допущенную слабость?

— Нет! – выдернула ладонь из его руки.

Мужчина с недовольным лицом отстранился.

— С характером? – хмыкнул он и добавил, расплываясь в улыбке: — Люблю таких.

— Только все равно пойдешь со мной, — проговорил он, наклоняясь. Янтарь полыхнул в его глазах, и я с ужасом поняла, что не могу отвести от них взгляд. Тону, не в силах выплыть. Раньше со мной была жемчужина, а сейчас я была простым человеком и, похоже, себя переоценила. Тело мне больше не подчинялось. Мир вокруг исчез. Осталось лишь золото лисьих глаз…

Так, соберись! Ты тоже лиса, пусть и бывшая. А этот… старикашка с пятью хвостами тебя не получит! Древний пень, чтоб у него там все отсохло.

— Нет! – дернулась, ударяя рукой по стойке.

— Госпожа сказала «Нет», — жестко произнесли надо мной, и господина Яна снесло вместе со стулом.

Кто-то завизжал. Кто-то торопливо достал мобильник.

Твою же… Только вот скандала и разборок в полиции мне не хватает.

— Бежим, — не глядя, ухватила своего спасителя за руку и потащила к выходу, а за напиток пусть соблазнитель хренов расплачивается.

Улица встретила холодным ветром, снова пошел снег, заставив прохожих ускорить шаг.

Я неслась вперед с упорством газели, удирающей от хищника. Хорошо, что рюкзак не забыла в суматохе, и сейчас он неприятно хлопал по плечу.

— Госпожа, — меня дернули за руку, заставляя остановиться. – Мы уже далеко от бара, да и моя машина тут рядом.

Угу. Машина. Я выдохнула – сердце билось, как сумасшедшее. Срастающиеся ребра заныли, напомнив о том, что им такие нагрузки противопоказаны. Ледяной ветер пробрался под куртку, и я торопливо потянулась застегнуть ее. Взглянула на своего спасителя и застыла с молнией в руках.

Хайлин был так же хорош, как и в прошлом. На черных волосах белели крупинки снежинок. Ворот темного пальто был поднят, добавляя мужчине аристократизма. На дорогих туфлях беспардонно налипла уличная грязь.

Я дернулась было – обнять и… осталась стоять на месте. Это был чужой Хайлин. Не мой. Он точно так же, как и лис, не помнил меня.

— Спасибо вам, — поблагодарила поклоном, — вы меня спасли.

Мужчина кивнул, принимая мою благодарность. Нахмурился:

— Вам следует быть осторожнее с подобными людьми.

— Обязательно буду, — согласилась я, не отрывая горячего взгляда от его лица, вбирая каждую черточку и страдая от того, что не могу дотронуться. Подняться на цыпочки, вдохнуть такой родной запах.

— С вами все в порядке? – занервничал мой спаситель. – Хотите, я вызову вам такси?

Кивнула и тут же замотала головой. Такси – это расставание. А я не готова. Мы же только встретились. Сердце рвалось из груди, падающий снег сделался обжигающе-горячим. Мир сузился до нас двоих: до моей любви и его отстраненности.

Если я предложу купить ему кофе – это будет наглостью? Или попрошу телефон, чтобы угостить ужином в благодарность за спасение? Я не могу отпустить его просто так без надежды встретиться еще раз.

Видимо нечто отчаянно-маньячное прочиталось в моем взгляде, потому как выражение лица мужчины сделалось подозрительным.

— Лучше будет, если я вас отвезу, — решил он, предположив, что я все еще в шоке.

— Вам, наверное, неудобно будет, — нашла я в себе крохи воспитания отказаться.

Хайлин уточнил мой район.

— Крюк небольшой, мы вас завезем, — принял он решение и пояснил, чтоб я не волновалась: — Я с водителем. Встретился с другом пропустить кружечку пива, за руль сесть не могу. Я первый раз в этом баре – они недавно открылись. Не знал, что они пускают к себе таких типов, — с неодобрением заметил он.

Я шла с ним к машине, с наслаждением вслушиваясь в его голос. До сих пор не верилось, что мы встретились. Чудо какое-то или безумие. Может, и правда безумие? Может, мне только кажется, что он похож на Хайлина?

— Прошу, — мужчина распахнул передо мной дверцу. Сам сел с другой стороны. Назвал водителю мой адрес. Автомобиль мягко тронулся, в окне замелькали огни фонарей. Потом мы вывернули на автостраду, влились в поток.

Я сидела, вдыхая запах прижаренной на солнце хвои, жухлой листвой с нотками спелого яблока и понимала, что схожу с ума. Память подкидывала сцены нашей близости. Его признание в любви.

Не знаю, кто назвал тот напиток «Второй шанс», я бы назвала его «Гибель приличий».

— Хайлин, — выдохнула, не в силах бороться с собой.

— Откуда… — начал было он, но я не дала закончить. Бесстыдно забралась на мужские колени. Обвила руками шею. С наслаждением припала к сухим мужским губам горячим поцелуем. Как же я невероятно скучала по нему!

И в следующий миг меня грубо отодрали от себя.

— Кто ты? – требовательно спросил мужчина, глядя на меня с ледяной яростью. – Откуда тебе известно мое имя? Собирала информацию? Следила? Решила пошантажировать? Думаешь, я любую пускаю в свою постель? Особенно ту, кто зарабатывает телом?

— Ван, останови машину, — приказал он водителю.

— Выметайся, — потребовал с презрением, когда автомобиль замер.

Я словно ледяной коркой покрылась от его слов, не в силах пошевелиться.

Мужчина не стал ждать. Открыл дверцу и, ухватив за плечо, грубо вытолкнул меня на тротуар. Следом вышвырнул рюкзак.

— На такси, — сто юаней закружилось в воздухе, могильной плитой ложась на мой позор.

Хлопнула дверца. Машина сорвалась с места, вильнула, встраиваясь в поток и через минуту пропала из виду.

Я проследила, как купюра ложится в грязь и даже не дернулась ее подобрать.

Щеки пылали от стыда. Джинсы медленно, но верно промокали, ныл ушибленный об асфальт бок. Рядом, товарищем по несчастью, валялся испачканный рюкзак.

Снег повалил мокрыми хлопьями, добавляя слякоти на дорогу.

Какая же я дура! Нет, не дура. Дурища. Дурнее не придумаешь. Взяла – и все испортила.

Судьба подарила мне шанс встретить любимого человека, завоевать его сердце, а я…

Теперь он считает меня проституткой или охотницей за легкими деньгами и на пушечный выстрел к себе не подпустит.

Я подняла лицо к темному небу, ловя кожей обжигающие холодом снежинки. Летящий в глаза снег расплывался, смешиваясь с горячими слезами.

Так погано я себя давно не чувствовала и так… глупо.

Сижу, переживаю о том, чего и быть не могло. Тот, Хайлин, остался в прошлом. Этот, современный, совершенно мне незнаком. В дорогом пальто, с личным водителем. Явно из богатой семьи, а такие здесь лишь на деньгах женятся. Вывернись я наизнанку – максимум была бы любовницей.

Истерично рассмеялась. Мы вновь на разных ступенях иерархии. Он снова богаче меня и снова зависим от мнения старших семьи. Что-то не меняется в Китае, несмотря на прогресс.

Задница окончательно заледенела сидеть на мокром асфальте.

Ну чего я так расстраиваюсь? Я же уже похоронила наши отношения. И это незапланированное воскрешение — к добру ли? Нужно ли оно мне?

Рассердилась: ну и пусть! Не очень-то и любил, раз не вспомнил! Поцелуй ему мой не понравился. Цаца, какая! Врут, что мужика только помани – тут же побежит. Нет, мужики бегают за теми, на кого сами охоту открывают. А к тем, кто им на шею вешаются, относятся крайне насторожено. На такую отреагирует лишь тот, кому лениво охотиться.

И да, я не умею целоваться. Практики мало было.