Екатерина Близнина – Искатель: Проклятие Древней крови (страница 15)
Серая шляпа нужна была Игни не только для того, чтобы прятать под ней огненную шевелюру. Но он ни за что не сказал бы об этом вслух – только не в присутствии тех, кто не пропустит ни единого неосторожного слова. Игни усмехнулся в ответ на собственные мысли. Воображение услужливо нарисовало ему картину, как он садится в кресло шефа. Парень напомнил себе, что нужно быть реалистом. Фантазия немедленно исправила свою оплошность и выделила ему стол попроще – кураторский. Вот как раз в отделе расследований злоупотреблений Игни самое место. Как еще можно назвать преступную небрежность магистров в освещении всех аспектов использования кристаллов в быту, как не злоупотреблением доверия? И вот, стоит только Игни закрепиться здесь, завоевать авторитет – он им ещё покажет. Первое же дело с
Когда вода в чайнике забурлила, Игни надел плотную тряпичную варежку и снял медную пузатую посудину с подставки. Кристалл вопросительно мигнул и разочарованно погас, расплескав вокруг себя затухающую энергию с запахом раскаленного камня.
– Что ты там постоянно завариваешь, рыжий? – старший искатель Доурелл сунул нос в заварочный чайничек, приготовленный Игни. Расширил ноздри, втягивая раскрывающийся под воздействием кипятка аромат сухих трав. – Простыл, что ли? У нас эту травку детям дают пить, чтобы не кашляли. Взрослый мужчина простуду лечит чем-то покрепче – чтоб наверняка не свалиться.
С этими словами Доурелл сунул руку за полу пиджака и вытащил из внутреннего кармана узкую фляжку с винтовой крышкой. Игни накрыл заварник крышкой из стеганого войлока, чтобы отвар поскорее набрал вкус. Ну и для того, чтобы старший коллега не успел ничего плеснуть в его напиток. А Доурелл сделал вид, что собирается: наклонил фляжку с многозначительной ухмылкой. Игни поджал губы. Пить из чужой посуды его отучили раз и навсегда – и очень давно. А вот держать себя в руках в ответ на такое предложение ему приходилось учиться на ходу прямо сейчас.
«Другая культура», – опять напомнил себе Игни, стиснув челюсть так, что заныли зубы. В Акато-Риору скорее отведут в Управление за широкую улыбку в общественном месте, чем за дерзкую попытку напоить человека невесть чем из закрытого сосуда. При свидетелях!
Доурелл понимающе хмыкнул и спрятал фляжку в карман.
– Сколько тебе лет, рыжий? – снисходительным тоном поинтересовался мужчина, который прятал залысины под модной прической. Волосы его были уложены так тщательно, что носить шляпу казалось кощунством по отношению к эдакому шедевру. Ну так он и снимал её в общем зале, прикрывал ею стопку бумаг на столе.
– Двадцать два, – ровным голосом сообщил Игни, стараясь, чтобы ни один мускул на его лице не дрогнул от некстати промелькнувшей в мыслях шутки. Игни видел этого человека сегодня в кабинете Бродэка. А раз Бродэку не доверяет сам шеф, то и с людьми его отдела следует быть настороже.
– Надо же. А выглядишь так, что хочется послать тебя на угол Цветочной улицы – газеты продавать, – колко отозвался Доурелл, прозрачно намекая на то, что считает стажёра мальчишкой.
«Да хоть девчонкой», – одними глазами ответил Игни.
– Не советую меня никуда посылать, – еще учтивее проговорил стажер. Продолжать мысль не стал, хотя сразу несколько реплик разной степени наглости так и вертелись на кончике языка. Игни снял с заварочного чайника войлочную «крышку», расшитую по краю узором с красными рыбками. Взялся за ручку, намереваясь поскорее ретироваться от неприятного собеседника к своему столу, но Доурелл остановил его. Положил тяжёлую ладонь на предплечье.
– У меня есть мысль, кто поручил тебе передать сообщение Бродэку, стажёр, – вполголоса сказал Доурелл, наклонившись к уху Игни. Тот окаменел. За столь многозначительным вступлением могло последовать всё, что угодно. – И мне не нравится, что ты оказался в этом замешан. Держись подальше, если хочешь сохранить свои красные кудряшки в безопасности. Это дело для взрослых, а ты пей свои травки, малыш. Поправляйся, – старший искатель ободряюще похлопал Игни по плечу, наградил кривой ухмылкой и отвернулся. Игни проводил коллегу прожигающим взглядом в спину, удивляясь, как тот даже не почесался и плечами не повел.
Игни снял крышечку и отхлебнул отвар прямо из заварника. Мелкие солнечные цветочки, которые в Акато-Риору росли чуть ли не под каждым забором, согрели чужака мягким ароматом и утихомирили ломоту во всем теле. После третьего глотка стала потихоньку отступать и докучливая головная боль. И только вернув себе ясность мысли вместе со спокойствием, Игни догадался отойти подальше от магического кристалла. Как ещё не потянулся погладить, пока был в растрепанных чувствах и с трудом контролировал срывающиеся с поводка эмоции – загадка!
«Плевать, сколько стоит такая фляжка, мне тоже нужна. Буду носить с собой отвар повсюду», – с мрачной решимостью подумал Игни. Увидел, что Тиро издалека салютует ему чашкой в честь того, что Доурелл покидает Чайный домик, поднял заварник повыше и широко улыбнулся, делая четвертый глоток.
Доурелл был последним искателем, которому удалось уйти домой этой ночью. И то, его вполне могли встретить у входа и немедленно отправить в порт. Потому что Игни только успел сказать Тиро, что его от выигрыша отделяют всего шесть искателей, один из которых уже попрощался с выпускающим куратором и направлялся к стойке для верхней одежды, как в общий зал влетел шеф. В распахнутом черном плаще – явно не том, в котором покидал днём Чайный домик – в небрежно наброшенном длинном шарфе насыщенного винного цвета и без шляпы. От непогоды его защищал только поднятый воротник и растрёпанная ветром пышная шевелюра.
– Данно, сколько у тебя человек? – с порога крикнул шеф-искатель, на ходу наматывая шарф на кулак, чтобы в следующую минуту зло сорвать его с шеи. – Хоть одна заряженная камера у нас найдется? – это уже прозвучало в адрес искателей, подскочивших на ноги при появлении начальника.
– Пятеро, шеф. Включая вашего стажёра, – спокойно отозвался господин Данно, выходя из своего кабинета со сложенными на груди руками. – Камеры найдутся. Сколько нужно?
Тёмные глаза горца нашли среди сотрудников Игни и остановились на нём.
– Нет, стажёра не считай. Он мой, – тон шефа приобрел некую задумчивую отстраненность, пока он говорил об Игни, но быстро вернул командные нотки, стоило ему перевести взгляд на куратора. – Бери двух человек, самоходную карету и живо в порт. «Непобедимый» пришел. Что-то там нечисто, не зря принцесса так беспокоилась на его счет.
Выпускающий куратор потерял свою хваленую невозмутимость.
– Ночью? Без уведомления? Что заставило капитана нарушить правила? – он громко фыркнул. – Война?
– Я рассчитываю, что ты мне расскажешь. На первую полосу в утренний номер. Двойной оклад. Нет, тройной! Только поживее и осторожнее там. Если вас убьют – за премией можете не приходить, – горячился шеф.
Под его окриками искатели торопливо собирались на задание. Данно в числе прочих вызвал Тиро. Сердце Игни кольнула тревога, когда его сегодняшний собеседник подхватился, засуетился, достал из ящика письменного стола блокнот, привычным движением пролистал страницы, заложил закладку на чистой странице.
Почему-то Игни не хотелось, чтобы Тиро отправлялся посреди ночи разведывать причины внезапного появления одного из военных кораблей в порту. Хотя сегодня был первый день, когда они общались как приятели, а не коллеги, Игни успел проникнуться к синеглазому риорцу симпатией. Впрочем вслух озвучить дурные предчувствия он не посчитал нужным. Просто пожелал Тиро удачи. Не «удачной охоты», как было принято у искателей перед выходом на новое дело, а простой человеческой удачи. Главное, чтобы побольше. Главное, чтобы этого хватило.
Остальных Алпин Фарелл отправил выдёргивать искателей из постелей. «Труби общий сбор, – сказал он одному из старших. – Мне нужны все, кто в состоянии соображать ясно. Отдел Бродэка чтоб был в полном составе, если кого не увижу до рассвета – уволю. Вы меня знаете, мои слова ветер не уносит».
Так они и остались с Игни одни. Лампы освещали пустые письменные столы, горели через одну-две, создавая тревожное ощущение неправильности происходящего. Штаб искателей без искателей производил гнетущее впечатление, как будто что-то сломалось и уже не будет, как прежде. «Видел бы Тиро», – Игни поздравил себя с победой в пари, но чувство удовлетворения было изрядно подмочено отвратительным расположением духа стоящего рядом шефа. Фарелл холодным цепким взглядом оглядывал зал общей работы и, скорее всего, тоже думал о царившей вокруг тишине как о дурной примете.
«Не нужно быть Одарённым, чтобы читать мысли, которые пахнут, как мокрая тряпка, забытая в углу», – поморщился Игни. Он действительно умел чувствовать такие вещи, но сейчас ему приходилось использовать свои умения, чтобы наоборот оградиться от чужого Покрова: не смотреть и не касаться.
Шеф поманил Игни за собой. Они вместе вошли в кабинет Бродэка. Шеф поднял опрокинутую лампу, поправил сбитый зелёный абажур и щёлкнул выключателем.
– Как считаешь, то письмо до сих пор где-то здесь? – процедил сквозь зубы мастер Фарелл, брезгливо отодвигая мыском мокрого сапога смятые листы, испещрённые ровными столбиками цифр.