Екатерина Бердичева – Дороги домой. Путь шута (страница 16)
- Здравствуйте, - прошептал он по-русски. Предполагая, что его обязательно найдет кто-то из тех, кому он знаком, парень выучил целую фразу. – Извините за беспокойство…
Татьяна Александровна подняла брови, прислушиваясь к шепоту. Но разве можно поймать акцент в еле уловимых ухом словах?
- Володюшка…- женщина у постели из последних сил сдерживала слезы. – Игорь, - она посмотрела на мужчину, - еще был в аэропорту, когда упал самолет… он не поверил… мы думали…
И она все-таки разрыдалась. Мужчина, которого звали Игорь, засуетился вокруг пожилой дамы. А потом что-то приказал Татьяне. Та вышла с недовольной физиономией.
- Я многое забыл… - быстро затараторил Вальтер по-немецки. – И язык. И про себя мало что помню… она, - парень кивнул на дверь, - хочет спрятать меня, изучать… помогите…
Женщина с мужчиной переглянулись.
- I just speak English… - растерянно произнес Игорь. – Why do you speak German?
Вальтера, как высокородного дворянина, учили языкам сопредельных государств. В их числе был и английский. Но вот о России и о русских в его мире, похоже, никто не знал.
- Я забыл русский, - прошептал он на английском. – И ничего не помню. И вас помню смутно. Вы были в аэропорту?
- Он тебя вспомнил! – Дотронулась до рукава сына мать.
- Да, я слышал про такие случаи…И не волнуйся. Я – твой опекун и без моей подписи тебя никуда не заберут. Завтра принесу тебе новый телефон и внесу туда наши с матерью контакты. С мамой тоже говори по-английски. Она понимает.
- Да, мой мальчик. – Улыбнулась женщина. - Немного понимаю. Я завтра снова приду. Днем. И поговорю с твоим врачом. Мы тебя ни за что не бросим. А Лидии, как только смогу, сразу сообщу.
Она скомкала носовой платок и спрятала его в сумочку.
Тут в палату, благоухая корвалолом, влетела врач со стаканом.
- Как мальчик? – Она жадно искала в глазах Игоря и его матери хоть какой-нибудь отсвет изумления или растерянности.
Но мужчина бодро улыбнулся.
- Завтра принесем парню смартфон. Будет нам звонить и все рассказывать. Вы в курсе, что я – опекун?
- Хорошо поговорили? – Не удержалась психиатр.
- Даже не представляете, какой с души камень свалился. Наш парень – большая умница и счастливчик. Мы пойдем. До завтра, Вовка!
- Пока! – Громко ответил тот.
***
Дни медленно тянулись за днями. О мальчике, чудом выжившем при падении лайнера, знала уже вся больница. А доктор Сергей Ильич, будучи человеком разведенным и, в общем-то, одиноким, начал задерживаться на дежурствах, чтобы поговорить на забытом парнем русском языке. Ну и самому попрактиковаться в европейских языках, которых Вальтер знал несколько.
Игорь Владимирович принес ему смартфон и научил им пользоваться. Теперь юный герцог тщательно изучал историю этого мира и того государства, куда он, волей неизвестного мага, попал вместо Вовки. Ночами, когда ему не спалось, он пытался достучаться до своего потустороннего друга. Но тщетно. Может, у него просто не было для этого сил?
Одна рука, от запястья до плеча, покрылась молодой розовой кожицей. Вальтер уже садился и сам мог кушать. Но ходить ему до сих пор было рано: ведь ноги пострадали больше всего. Игорь Владимирович и его мама старались навещать его каждый день. Иногда вместе, но чаще приходила одна Инна Сергеевна, ведь работа Игоря в основном была разъездной. Однако сейчас он ездил только по необходимости. Поведав руководству историю своего подопечного, он получил не только дополнительные выходные, но и средства на покупку каких-то дорогих лекарств. Поэтому выздоровление пошло значительно быстрее. Однажды Вальтер не удержался и спросил о бабушке.
- Игорь, она меня забыла? Или калека ей теперь не интересен?
- Эх, а мы хотели сделать сюрприз! – Рассмеялся мужчина. – Приезжает она на днях. Это мы уговорили ее немного подождать, пока ты поправишься. Но разве Лидию удержишь? Накупила тебе лекарств, подарков…
- Но где она будет жить? Меня не отпустят из больницы! Да и не смогу я уйти… А вдруг я ей не понравлюсь? Лысый и со шрамами?
- Ну, положим, волосы уже начали расти, такой маленький светлый ежик. А улыбка у тебя и так замечательная.
И Вальтер начал ждать. Ведь Вовкино будущее целиком зависело от того, возьмет его с собой Лидия или нет.
Накануне ее приезда он сильно переживал. Глядя в зеркало на чужое лицо, порезанное щепками и железом, он вспоминал того Вовку, с которым познакомился в Междумирье. Красивого, решительного, уверенного в себе парня. Теперь он там, во дворце ненавистного Гюнтера, лишившего маленького герцога детства и семьи…
- Что грустишь, малыш? – Окликнул задумавшегося паренька заглянувший к нему седой дядька из соседней палаты. – Скоро уедешь отсюда и забудешь все, как страшный сон. Бабка устроит в хорошую клинику, и зарихтуют твои шрамы. Снова станешь девочкам нравиться! Вот я со своей ногой уж точно никому не нужен. Какой из меня добытчик?
Этот пожилой дядька нравился Вальтеру спокойным характером и совершенной ненавязчивостью. Он не требовал к себе внимания и мог просто сидеть и молчать неподалеку. Но это молчание не было тягостным, а наоборот, располагающим и дружелюбным. Вальтер, пытавшийся говорить на ломаном русском языке, как-то поинтересовался, что у того с ногой. Тот подумал и, отведя глаза за окно, нехотя сказал:
- Водитель я, парень. В аварию попал. Ногу по кускам собирали.
И больше не сказал ничего. Но дотошному немецкому характеру требовалось узнать всю историю до конца. И Сергей Ильич, уступив уговорам Вальтера, рассказал, что в рейсе у Анатолия Ивановича случился микроинсульт. И на какую-то долю секунды мужчина потерял контроль над собой и своей огромной машиной.
- Хорошо, просто слетел с дороги, а не отдал смерти чужие души. Но переломался. Боюсь, за руль грузовика он уже никогда не сядет.
- Как же этот мужчина будет жить?
- Не знаю, Володя. Скорее всего, оформит инвалидность. Да и на пенсию ему скоро. Может, отправят пораньше. Хотя, навряд ли. Теперь иждивенцев никто не любит: ни семья, ни государство.
- А к нему кто-то приходит? Родные, дети? Им интересовались?
- Не знаю. Ты ведь видишь, как много у нас работы. Больных много, врачей мало.
- Почему?
- Потому что сокращают персонал. Теперь так, - с какой-то горечью сказал доктор Сергей, - хочешь выздороветь – нанимай сиделок. А ты кем хочешь стать? – Перевел он разговор.
- Тоже доктором. – Решительно сказал парень.
- Вот и славно! – Поднялся Сергей Ильич. – Мне надо идти.
Следующее утро разбудило Вальтера в половине шестого пиликнувшим сообщением Игоря: «Еду в аэропорт встречать Лидию». И у парня тут же слетел весь сон. Вовка просил его! Ведь именно этой встречей надеялся изменить свою жизнь к лучшему выросший без родителей сирота. Значит, надо постараться заинтересовать фрау Энцель так, чтобы своего дальнейшего существования без внука она не мыслила.
Вальтер подумал и набрал номер доктора Сергея.
- Извините, что бужу Вас рано утром, - быстро проговорил он, услышав в трубке сонный голос, - но мне нужна консультация Татьяны Александровны.
- Зачем? – Голос в трубке сразу стал бодрым. – С тобой что-то произошло?
- Понимаете, сейчас Игорь встречает бабушку. А днем она придет в больницу. Мне обязательно надо ей понравиться!
Сергей Ильич рассмеялся.
- С добрым утром, Вовка! Хочешь, я расскажу тебе один секрет?
- Хочу.
- Она тебя уже любит. За то, что ты – ее внук. И за то, что выжил. Она увидит, как любят тебя твои опекуны, как относятся к тебе посторонние люди… А человек, он всегда старается соответствовать настроениям толпы… Понимаешь, о чем я?
- Да, понимаю… Так легче – быть, как все… Я знаю это. – Голос Вальтера стал тусклым. – Но если она меня заберет к себе и увидит, что я – просто искалеченный мальчик и полностью от нее зависим? И ореол, созданный людской заботой здесь, там улетучится?
- Вовка, ты упредил мои мысли. Я сейчас оденусь и через час буду. Нам надо серьезно поговорить.
Больные только начали просыпаться, а медсестрички – приглашать на процедуры, анализы и перевязки, когда Сергей Ильич бодрым шагом под изумленными взглядами коллег вошел в свое отделение.
- Может, тебе раскладушку в палате мальца поставить? – Дружески кивнул ему дежурный врач. – А я дома переночую…
- О да! – Со смехом отозвался тот. – Если бы за мягкие бока жены платили зарплату… Можно было бы вообще на работу не ходить.
Переодевшись в синюю униформу, он сразу пошел к Вальтеру.
- Послушай, - присел он на стул рядом с ним и внимательно посмотрел в серые мальчишечьи глаза, - я с тобой как раз хотел поговорить насчет твоего отъезда в Германию. Не спорю, там прекрасные учебные заведения и вообще, порядок во всем. Но тебе гражданство сразу не дадут. Заставят проходить курсы всякие… Да и внешность твоя не вызовет доверия. Понимаешь, на реабилитацию за деньги тебя примут с распростертыми объятиями. А вот гражданство… Ты - не такой, как все… Нет, извини, что приходится затрагивать эту тему, - заметил Сергей Ильич нахмуренные брови, - но против человеческой психики не попрешь. Тебе придется постоянно доказывать, причем, с невероятными усилиями, что ты – лучше, способней, талантливей… Ты там будешь чужаком из другой страны. Мигрантом. С обожженным телом. Понимаешь, что я пытаюсь сказать? Не обижайся. Я просто хочу, чтобы ты сделал этот шаг с открытыми глазами.