Екатерина Белецкая – Азбука для побежденных (страница 46)

— Именно поэтому вы от них убегали, ведь так? — спросила Даарти.

— Чистая правда, именно поэтому, — подтвердил Медзо. — В найденной мною записке было сказано, что если ты окажешься не на своём месте, ты обречен страдать, причем очень долго. Не сочтите меня эгоистом, но страдать я совершенно не хочу, — признался он. — Куда больше меня прельщает хотя бы частично счастливое, или, вернее, сносное существование в новом качестве. Но слуги, как мне кажется, решили, что пришел мой черед, и взялись за меня всерьез. Итог, думаю, вам не понравился точно так же, как и мне.

— Что верно, то верно, — кивнул Вар. — Расскажите нам подробно, как вообще получилось, что вы нашли эту записку?

— Охотно. Это была весьма любопытная история. Я гулял в парке, у погибшего великана, присел на лавочку, и ко мне вскоре подсел какой-то человек…

Как этот человек выглядел, Медзо понять не сумел — у него не было лица. Да, да, это звучит странно, но лицо у этого человека было словно бы смазано, черты есть, а запомнить не получается. Сперва они поговорили о жаркой погоде, а потом человек сказал Медзо более чем неожиданную вещь. Начал он с вопроса, и вопрос этот сразу же поставил Медзо в тупик.

— Вы знаете, как устроена вселенная? — спросил незнакомец без лица.

— Ну… звезды, пустота, чёрные дыры, и всё в этом роде, — ответил тогда Медзо.

— О, нет, — человек усмехнулся. — Вселенная — это огромное цветочное поле, над которым гуляет ветер. Каждый цветок живой, и каждый лепесток у каждого цветка тоже живой. Звезды? Черные дыры? Какие глупости. Вселенная — это, в первую очередь, жизнь, и только потом всякие звезды и чёрные дыры.

— Любопытно, — Медзо вежливо кивнул. — Но к чему вы это сейчас сказали?

— Просто чтобы вы знали. Вы умеете читать карты? — спросил человек без лица.

— Да, конечно. Я много раз выполнял поручения старух, — ответил Медзо.

— В таком случае, я отдам это вам, — человек протянул ему карту. — Этот дом… раньше он был моим, но теперь он ничей. Прогуляйтесь туда, если будет время, и найдите в нём одну бумагу. Это простой лист, на котором кое-что написано.

— Что написано? — не понял Медзо.

— Кое-что, — уклончиво ответил человек. — Думаю, это вам будет интересно. Сходите завтра в этот дом, не откладывайте.

— Ладно, — пожал плечами Медзо. — Раз вы так просите, я схожу.

— Вот и славно, — ответил человек без лица, и пропал. Просто пропал, словно его тут никогда и не было.

— И что же было написано на этой бумаге? — спросила Аполлинария.

— Про вселенную. Про живые цветы, каждый лепесток которых — личность. Не человек, нет, а именно личность. Про неразумные ветры, которые собирают цветы по своему усмотрению. Про то, что можно этим ветрам противостоять, но только не в одиночку. И про пыльных демонов, которые здесь, в городе, находят будущие лепестки, и делают из них живые цветы, — Медзо помедлил, а потом продолжил, впрочем, особой уверенности в его голосе не было. — Мне показалось, что это всё несколько странно. Я… не поверил в то, что там было написано. Вселенная не может быть цветочным полем, а цветы — живыми. Но…

— Но после к вам пришли пыльные демоны, верно? — спросила Даарти.

— Да, так и было, — кивнул Медзо. — Они стали преследовать меня. Я пытался откупиться, даже совершил пару выпадов, думал, они оставят меня в покое, но нет, — он развел руками. — А сегодня они собрались вместе, и потащили меня на холм, видимо, чтобы унести дальше и выше, в небо, но тут, на моё счастье, вмешалась ваша компания, и я был спасён.

— Вам очень повезло, — сказала официантка. — Всем вам, так или иначе, придется отправляться в путь. И лучше это делать всё-таки с кем-то знакомым. И по доброй воле, а не так, как это произошло с вами, Медзо.

— Значит, вы знали об этом, — тихо сказала Аполлинария. — Вы знаете, о том, что будет дальше, вы знаете о живых цветах, о пыльных демонах… о чём вы ещё знаете?

— А вот этого вам лучше не знать, — строго ответила официантка. — Кстати, заберите ваш зонтик перед тем, как идти домой. Пыльные демоны были столь любезны, что принесли его сюда. Не стоит терять эту вещь, он может вам пригодится.

— Спасибо, — только и смогла сказать Аполлинария.

— Разумеется, такой вариант развития событий давно просчитан, — представительница Метатрона, женщина средних лет с невыразительной, какой-то серой внешностью, сидевшая за столом напротив Ита, смотрела на него сейчас без всякого выражения. — И, разумеется, ответ будет отрицательным. Вы прекрасно понимаете, почему, Ит Соградо. Думаю, ничего объяснять не нужно.

— Вам действительно ничего объяснять не нужно, — согласился Ит. — Объяснять, думаю, придется мне.

— О чём вы? — спросила женщина.

— И вы, и мы думали, что просчитали все возможные комбинации и варианты, — Ит вздохнул. — Не исключено, что в тот момент так всё и было. Но мы не учли, что Стрелок тоже не стоит на месте, и что он, как мы считаем, пытается сейчас обойти комплекс ошибок, которые возникли в его системе. Сделать это невероятно сложно, но, поверьте, он будет продолжать совершать всё новые и новые попытки. Сейчас…

— Вы говорите о найденной книге? — женщина нахмурилась. — Мы пытались найти следы, но следов нет. Ит, мы уже беседовали с вами на эту тему, и сейчас я бы не хотела…

— Зато я хотел бы, — перебил её Ит. — Данная книга является подсказкой, причем именно для нас троих, как мы думаем. Подсказкой для Архэ.

— Какой подсказкой?

— Пока не знаю, — покачал головой Ит. — Но то, что она попала к нам в руки таким странным образом, говорит о многом.

— Это пустые страницы, — покачала головой женщина. — Как только вы сообщили о ней, мы всё проверили. В этой книге ничего нет. Это просто нарезанная бумага.

Скрипач засмеялся.

— А вселенная — это исключительно мёртвые звезды, и чёрные дыры, — покивал он. — Конечно, ведь истиной является только то, что может увидеть наблюдатель, причем в нужный этому наблюдателю момент. Ведь так? Вы это нам сейчас пытаетесь доказать? А как же, в таком случае, существование Сферы? Контроля? Транспортной сети? С точки зрения очень многих эти понятия — тоже не более чем резаная бумага, на которой ничего нет. И не может быть, потому что этого не может быть никогда.

— Дайте нам корабль, — попросила Лийга. — И оставьте нас в покое. Или…

— Или — что? — спросила женщина.

— Вам напомнить, кто я такая? — спокойно произнесла Лийга. — Мы ведь всё равно сделаем то, что нужно сделать, с вашим участием, или же без, но сделаем всё равно.

— Подождите, — женщина вздохнула, осуждающе посмотрела на Лийгу. — Вы можете толком объяснить, что вы там нашли, в этой книге?

— Мы пока что сами спорим о том, что читаем, — ответила Лийга. — Но… с высокой долей вероятности речь в этом тексте идёт о конструировании демиургов, от четвертого порядка, и выше. Мы пока что не прочитали всё, поэтому наверняка сказать нельзя, но то, что происходит в Городе, очень похоже на обкатку учебных этических моделей, требующихся образующим элементам. Там, конечно, много иносказаний, и с избытком всякого лишнего, но общая тенденция именно такая. Поэтому давайте поступим следующим образом. Вы, на всякий случай, подготовите корабль, который мы просим, и оставите его здесь, на высокой орбите. Если мы окажемся неправы, мы им не воспользуемся. Если худшие наши опасения подтвердятся, нам действительно лучше будет уйти.

— Но что вы будете делать? — спросила женщина.

— В том-то и дело, что мы пока сами не знаем, — ответил Ит. — И ни вы, ни мы не сумеем со стопроцентной гарантией дать ответ на ставший главным в данный момент вопрос. А именно — перешел ли в нынешней системе комплекс каскадных ошибок в общий комплекс итераций Слепого Стрелка, который он использует для создания сигнатур и цепей событий.

— И вы хотите найти ответ на эти вопросы в этой книжонке? — удивилась впервые за весь разговор женщина. — Вы не шутите?

— Такими вещами не шутят, — покачал головой Ит. — Да и слово «книжонка» я бы не стал употреблять по отношению к объекту, который находится в двух известных нам долях Сферы одновременно. У меня есть подозрения, что не только в двух, но это домыслы. Поэтому давайте всё-таки сделаем, как мы просим. Хорошо?

— Я подумаю, — женщина встала. — Мы все подумаем, и сообщим вам ответ.

— Мы будем ждать, — произнес Ит, тоже вставая. — Ждать, и надеяться на ваше благоразумие.

Глава 16

Два зеленых шарфика

— Загуляла ты, Поля, — сердито произнесла баба Нона. — Совсем нас не слушаешь, и не помогаешь. Непорядок это. А порядок, он должен быть. Поняла? Во всём должен быть порядок. Поэтому давай-ка ты сегодня займешься делом, вместо того, чтобы шляться со всякими там. Уяснила?

— Не со всякими там, а с друзьями, — обиделась Аполлинария. — Вы так говорите, словно я маленькая девочка, и не имею права проводить время с тем, с кем хочу.

— Право-то ты, предположим, имеешь, но и обязанности никто не отменял, — строго произнесла бабуля Мелания, и щёлкнула ножницами, отрезая очередную нитку. — У нас дело к тебе есть. Важное. Нужно сходить к одним тут, заказы отнести, и примирить.

— Примирить? — удивилась Аполлинария. — Кого и с кем? Кто-то из ваших знакомых поссорился?

— Они вечно ссорятся, — покачала головой тётя Мирра. — Судьба, видать, у них такая, в ссорах быть. Если очень постараться, то на время окоротить их можно, поэтому ты хотя бы попытайся. На вот, держи, — она протянула Аполлинарии два свертка. — Круглый отдашь низкой, а прямоугольный высокой, и смотри, не перепутай. Иначе они и на тебя ругаться начнут.