Екатерина Бакулина – Купальни "Белые лилии" (страница 2)

Так, что у Ребекки тоже начинает быстрее стучать сердце.

И, склонив голову на бок, она прикусывает нижнюю губу.

— Я планировала раздеть тебя и посмотреть в деле.

— В деле? Хм… — усмехается он, но сам расстегивает рубашку, стаскивает ее, чуть качнувшись назад, бросает рядом. — И что же у тебя за интерес ко мне?

Худой, но жилистый, видно, что сильный, мышцы хорошо очерчены… жесткие. У него широкий шрам на боку, под ребрами. На руках много мелких. Еще у ключицы круглый… от стрелы? Ребекка провела по шраму пальцами, парень чуть дыхание задержал.

— У меня личный интерес, — тихо сказала Ребекка. — Я… ну, скажем, верная подруга твоей будущей жены.

— Это она тебя послала? — в его голосе недоверие. Но в глазах лишь азартная усмешка.

— Нет, — сказала Ребекка. — Не она. Но это наши с ней игры, ты прав. Наши счеты. Дело в том, что она недавно увела у меня жениха… он и ей не нужен был, но свадьба расстроилась. Несколько раз отбивала парней, на которых я положила глаз. Так что это моя маленькая месть.

— Увести меня?

— Не увести, — улыбнулась Ребекка. — У тебя, по большому счету, деловая сделка с ее отцом, так не уведешь. Не думаю, что сделку можно расстроить такой глупостью, это ни на что не влияет глобально. Я просто хочу первой отыметь тебя. Исключительно для удовлетворения собственной мстительности.

Бернардо засмеялся.

— Вы настоящие подруги.

— Ты боишься?

— Если бы боялся, то сюда бы не пришел. Дело выглядело мутным с самого начала.

Не боится, это видно. Да, чуть сомневается, чуть приглядывается. Но сбегать точно не намерен.

— Тогда раздевайся, чего ты стоишь, — сказала Ребекка.

И сама потянулась расстегивать на нем штаны.

— Подожди, — усмехнулся он, — я сапоги сниму сначала.

Теперь была возможность рассмотреть Бернардо со всех сторон. Задница у него тощая, это да, но крепкая, как орех. И вообще парень впечатление производил, что надо. Тонкий и звонкий, словно боевое копье.

И… кхм, копье у него что надо, в полной боевой готовности. Как бы он там морду кирпичом не строил, но с природой не поспоришь, совсем молодой и потребности вполне естественные. Так что осмотр можно считать удачным.

Свою тунику Ребекка тоже сбросила решительно. Хотя вот где-то тут поймала себя на мысли, что все же чуть-чуть смущается. Не настолько уж она опытна в соблазнении мужчин, как хочет показать. Конечно, опыт у нее был, но…

А вот Бернардо не смущался совсем. И не то, чтобы он в соблазнении выглядел опытным, просто не смущался. И нет, в нем и самолюбования этого не было ни на грош, он просто спокойно и отчетливо все про себя понимал, ему нечего было скрывать.

Вдруг показалось, что он и про Луиситу все понимает, его не обмануть. Но она старалась об этом не думать.

Он сам шагнул к ней ближе. Но сам не дотронулся, просто очень близко стоял, так, что Ребекка чувствовала его дыхание на своем лбу.

Разглядывал ее. И под его взглядом…

На какое-то мгновение даже усомнилась — а стоило ли вообще затевать все это?

Да ладно, она в любом случае, ничего не теряет. И лучше сейчас…

— Я тебе нравлюсь? — спросила тихо.

— Да, — он улыбнулся. Но в этом как раз никакой усмешки не было, все честно. Но только… — Если надо будет еще котлы почистить, ты только свистни, я готов.

— Подожди, — так же улыбнулась она. — Ты еще за этот раз не все получил.

Бернардо чуть дернул бровью.

— А мне можно тебя обнять?

— Можно, — согласилась Ребекка, чувствуя, как колотится сердце. И сама одним движением подалась к нему, прижимаясь всем телом, чувствуя его тепло, видя, как зрачки расширяются, как становится чуть рваным и быстрым дыхание.

Он ее обнял. Так нежно, осторожно. Руки у него крепкие, сильные, а пальцы жесткие, даже грубые… и он пальцем так вверх-вниз по ее спине водит. Чуть щекотно. Забавно.

Шея у него пахнет дешевым мылом и чуть-чуть свежим потом, все же поработать ему пришлось. И этот запах какой-то очень домашний, простой, и очень свой какой-то. Вот если зажмуриться, просто прикасаясь к нему, кажется, что Ребекка знает этого парня давным-давно, всю жизнь. Это так естественно, что он рядом. Удивительно.

Его горячий член прижимается к ее животу. И вот… это совсем иначе. Так, что хочется поторопить его даже. Давай же! Да! Сейчас.

Ребекка сама обнимает и чуть царапает Бернардо спину, ногтями впивается. Нетерпеливо. Ноздри раздуваются.

Вот что в нем? Парень как парень… Но что-то удивительно цепляет.

Короткий выдох, и она запрыгивает к нему на руки. Это легко, потому что Бернардо легко ловит это движение, подхватывает ее, поднимает. И держит уверенно и крепко. Ребекка обхватывает его ногами, и прижимается еще…

Теперь она смотрит на него сверху вниз. Ерошит его волосы, зарываясь пальцами. Он улыбается… его глаза становятся совсем темными.

И быстро крутит головой. Куда? Но тут мебели особо нет, диванчик только, но оузкий, неудобно… Буквально два шага, и Бернардо прижимает Ребекку спиной к стене, так надежнее, когда есть опора. И тут же, одним движением входит в нее, сразу, на всю длину, чуть с усилием, но Ребекка уже готова, она сама выгибается со стоном, обхватывает его ногами крепче, еще глубже вжимая в себя.

Так, что даже кружится голова.

Это почти безумно.

— Ну вот, ты первая, — шепотом говорит он ей на ухо. Смешно ему.

Вот гад.

— И это все? — удивляется она.

Он только фыркает.

Потом подается назад, и в нее снова, но чуть резче. И снова потом. Спина трется о жесткую стену, но сейчас вообще не до того. Ребекка обхватывает Бернардо крепче, держится за него, руками, ногами… и хочется даже не стонать, кричать в голос.

А он начинает двигаться все быстрее, и глубже, и это невозможно совсем, пальцы сами сжимаются, Ребекка впивается ногтями ему в спину, со стоном. И ноги почти сводит, колени… И это невозможно как хорошо. Дыхание сбивается совсем, невозможно дышать. А потом напряжение срывается и накрывает… Быстро… Еще чуть-чуть, и он тоже вздрагивает, но успевает, кончает не в нее. Смешно… Или нет? Она и сама, конечно, может позаботиться, но вот именно сейчас, что бы ни случилось — это мало что изменит.

Руки дрожат, такая слабость наваливается.

Бернардо прижимает ее к стене чуть сильнее, чуть наваливаясь на нее, тоже тяжело дышит. Но не отпускает.

Его губы касаются ее шеи, нежно… и еще… сухие, горячие… он трется о шею носом.

Потом чуть отстраняется, заглядывая Ребекке в глаза.

Что он надеется там увидеть?

Но видит что-то.

И вдруг целует в губы. Горячо, безумно, глубоко, словно ждал этого всю жизнь.

Так, что Ребекка слегка пугается.

Пугается, потому что что-то происходит. Что-то словно переворачивается в ней. Сжимается и раскрывается теплом.

И невыносимо хочется еще. И невозможно отпустить.

Он не отпускает. Держит ее.

— А еще ты можешь? — спрашивает Ребекка шепотом.

И ухмыляется, и вот эта ухмылка все-таки выходит донельзя самодовольной.

Он, конечно, все понимает. Вот то, что Ребекке нравится.

Да и ему нравится тоже. Азарт в глазах.

Его член упирается ей в бедро. Ребекка сама помогает, направляет его в себя и с таким наслаждением на него опускается. Закусив губу, глаза закрыв… чувствует его в себе снова.