Екатерина Авсянникова – Альфа Ориона. Миссия «Венера» (страница 20)

– Похоже на что? – переспросил Мишка.

– Лавовые трубы. Пещеры. Такие остаются после извержения вулканов. Лава на поверхности остывает и затвердевает, а внутри продолжает течь. Получаются длинные туннели. На старых магеллановских снимках эти подробности не видны. А у наших разрешение выше.

– Думаете, «Венера 1» попала в такую пещеру?

– Не знаю. – Юра вздохнул. – Если бы мы заметили их раньше, ребята могли бы пройти небом. А на месте при плохом освещении не сразу поймешь, что впереди: расщелина или арка, каньон или туннель. Боюсь, они не увидели ничего подозрительного и поехали по поверхности.

– Но ведь долина Анукет небольшая. Пещеры не должны быть глубокими.

– В том-то и проблема: хоть долина и небольшая, по крайней мере в масштабах планеты, лавовые трубы могут уходить на десятки и даже сотни километров под землю. Самое неприятное – в таких пещерах часто возникают запутанные лабиринты. И никакой навигации. Если ребята попали в такой лабиринт… – командир замолчал. Мишка уставился на него испуганным взглядом.

– Но я же не знал, – сломленным голосом прошептал он. – Я искал снег… А пещеры…

– Успокойся, – Юра похлопал его по плечу. – Тебя никто не винит. Я сам должен был подумать об этом. Я, и Никита, и Валик. А сейчас поздно, уже ничего не изменишь.

Мишка кивнул, но слова командира не успокоили его. Он крепко сжал зубы, несколько раз глубоко вдохнул, а потом снова начал свои нелепые, неуклюжие оправдания:

– Я должен был посмотреть внимательнее, проверить все до конца.

– Ты в любом случае ничего не увидел бы. Ты не знал, что искать. Снег – это яркие светлые пятна. А здесь другое. Совсем небольшие перепады высот. Видны только под определенным углом.

Мишка еще раз кивнул. Юра пытался его успокоить:

– Я уверен: скоро они объявятся. Никита – хороший геолог. Он найдет выход. Если это вообще понадобится. Может, я ошибаюсь, может, пещеры и ни при чем… Займись лучше делом, – командир указал на бортовой журнал.

Мишка опустился в кресло, дрожащей рукой внес свежие данные, записал в блокнот координаты «Венеры 2». Подошел к карте и долго смотрел на красную точку недалеко от входа в долину Анукет. Здравый смысл говорил ему: «Юра прав, ты ни в чем не виноват». Но глупая, надоедливая совесть скрипела: «Ты должен был это заметить. Ты вечно хвастаешься своей дотошностью. А сам так спешил, так хотел поскорее отделаться от работы, сбежать в тренажерку…».

– Миша, – окликнул его командир. Мишка обернулся. Юра смотрел ему прямо в глаза. – Не накручивай себя.

– Я… нет…

– Ты совсем не умеешь врать.

Мишка потупил взгляд.

– Вы тоже заметили? – со вздохом прошептал он.

– Сложно не заметить, – Юра ободряюще улыбнулся. – Твои глаза не были такими серыми, даже когда мы не пустили тебя на Венеру… Не придумывай всякие глупости. Вижу, как ты переживаешь. Если пытаешься в чем-то себя уличить, брось, даже не думай. Ты всего лишь ребенок. Не будь слишком требователен к себе.

От этих слов Мишке стало совсем тоскливо: он так старался заслужить доверие, а теперь Юра жалеет его, думает, что он глупый, ни на что не способный мальчишка. Да еще собственные глаза – предатели, каких поискать. «Тоже мне, хамелеоны. Мало того, родители видят меня насквозь. Теперь еще Юра. А может, и не он один…» – Мишка положил на место карандаши и поплелся в библиотеку.

«Венера 1» двенадцать часов блуждала по запутанным коридорам долины Анукет. Проходы становились все уже. Петляя и извиваясь, они то упирались в непроходимые завалы, то обрывались бездонными колодцами. Казалось, заблудившимся никогда не удастся выбраться из этого подземелья. И вдруг прямо перед посадочным модулем возник широкий столб света. Леша не сразу понял, что это. Сперва показалось, будто он видит свет собственных фар, отраженный от очередного препятствия. А присмотрелся: свет падает сверху. Леша выключил внешнее освещение, навел одну из камер на потолок. Высокий свод пещеры был расчерчен узкими трещинами.

– Мы пройдем? – с надеждой спросил Дима.

– Будем пробовать. Другого выхода можно и не найти.

Гулко зашелестели винты. «Венера 1» оторвалась от поверхности. Посадочный модуль поднялся и завис на краю небольшого прохода. Леша долго всматривался в полосу красновато-оранжевого света. Приборы говорили: слишком узко, – но он, опытный инженер, понимал: оборудование настроено с запасом.

– Может, на реактивную тягу? – предложил полушепотом Валик.

– Исключено: ударная волна. Будет обрушение. Нас завалит.

– Тогда чего медлить?

– Я не медлю, я выбираю угол. Смотри: наверху проход уже, чем здесь. Не хочу там застрять.

Еще несколько минут «Венера 1» висела неподвижно. Потом корабль вздрогнул, метнулся вверх и в считаные секунды вырвался на свободу.

Посадочный модуль пролетел несколько сотен метров и сел на поверхность. Леша обвел товарищей уставшим взглядом.

– Валик, проверь наши координаты. Похоже, мы оказались сильно южнее, чем планировали. Я попробую выйти на связь.

Валик молча принялся за работу.

Дима и Никита переглянулись. Не зная, чем заняться, они начали вполголоса обсуждать неожиданно оборвавшееся «приключение».

– Какая необычная структура, – мечтательно произнес Никита. – Жаль, не получится уделить ей немного времени. Вот бы понять, какую площадь занимают эти пещеры.

Слова геолога вывели Лешу из равновесия. Он взревел:

– Да ты нормальный вообще? Необычная структура? Уделить ей немного времени? Мы едва не потратили на эту твою структуру остаток своих никчемных жизней!

– Ладно тебе. Не преувеличивай, – отмахнулся Никита, но, поймав на себе суровый взгляд, поспешил прикусить язык.

Валик на мгновение оторвался от компьютера:

– Ты игрок, Никита, – тихо прохрипел он. – И это неплохо. Только в нашей партии на доске не шахматные фигуры, а живые люди.

– Пока еще живые, – добавил Леша.

Валик вернулся к работе. Леша включил радиоприемник.

– Говорит «Венера 1». «Альфа Ориона», ответьте.

Никита понял, что разговор окончен. Он неловко захлопнул рот. Невысказанное оправдание пришлось отложить до лучших времен. Вряд ли сейчас кто-то готов слушать о том, какое значение их открытие имеет для будущих покорителей Венеры.

Глава 18. Переплетение событий

Теплая погода пришла в середине мая. Затяжные дожди уступили место молодому весеннему солнцу. Появилась первая по-настоящему пышная зелень.

Чемпионат по футболу подходил к концу. Мишкина команда вышла в полуфинал. Их школьная секция в этом сезоне впервые за пятнадцатилетнюю историю соревнований показала хороший результат: в финальный турнир попали сборные всех возрастов.

Частые тренировки чередовались с усердной подготовкой к итоговым контрольным.

Мишка сидел на крыльце, перебирал разноцветные карточки. «Country – страна. Capital – столица. People – люди», – лениво повторял он.

– Чем занимаешься? – у калитки, широко улыбаясь, стоял Вовка.

Мишка подался ему навстречу.

– Английским, – уныло протянул он. – Пытаюсь пополнить словарный запас.

Вовка достал из рюкзака пластиковую коробку:

– Держи. Это имбирное печенье. Мама говорит, разгоняет мозг.

– О, мой и так работает на пределе возможностей.

– Не стоит его недооценивать.

– Кого: мозг или печенье? – Мишка косовато усмехнулся.

– Хватит умничать, – равнодушно ответил Вовка. – Лучше принеси что-нибудь попить. Есть разговор.

– Ну да, об уроках. Завтра словарный диктант по английскому. Не забыл? А еще сочинение и тренировка перед полуфиналом.

– Да ладно, – самоуверенно фыркнул Вовка. – Вся ночь впереди.

«У кого как», – подумал Мишка и потянулся к дому.

– Ты куда?

– Ты же хотел пить.

Через минуту Мишка вернулся с двумя стаканами облепихового морса. Ребята устроились в саду. Там, среди старых яблонь, уютно прятался небольшой деревянный столик на кованых ножках с покосившимися за зиму лавочками.

– Рассказывай, что у тебя, – рассеянно произнес Мишка, лениво разглядывая веселую имбирную елочку.