Екатерина Авсянникова – Альфа Ориона. Миссия «Венера» (страница 11)

– Смотри, какие красавцы, – он резко переключался на гидропонные установки[7], показывал Мишке молодые кусты. Иногда отрывал несколько веточек мяты или укропа и просил передать на кухню.

Мишка шел с ними в первый пищеблок. Там он наконец находил себе занятие: украшал бутерброды, нанизывал на шпажки кусочки сыра и консервированных овощей… Варя, как и его мама, искренне верила, что еда хорошо усваивается только тогда, когда выглядит безупречно. Ее фантазия не знала границ. Имея в распоряжении самые обыкновенные продукты, она всегда умудрялась приготовить из них что-то новое.

После ужина космонавты, не спеша, расходились по каютам.

Глава 9. Вторая жизнь

Городской чемпионат школьных команд по футболу стартовал в первый день весенних каникул. Погода в конце марта еще не установилась. Игры в группах проводили на крытом стадионе в центре города. Правила детского чемпионата мало чем отличались от профессиональных, хотя несколько существенных упрощений все-таки было. Основное из них – небольшая продолжительность матчей. Каждая игра состояла из двух таймов по 20 минут с коротким пятиминутным перерывом. За один игровой день проводилось по семь, а то и по восемь матчей, так что порой, при неудачном стечении обстоятельств, игрокам приходилось выходить на поле дважды.

Мишка вместе с остальными тринадцатью мальчишками из своей команды сидел в раздевалке. Их матч только что закончился, тренер еще не пришел. Других игр у них на сегодня не намечалось, и потому «доблестный» капитан – низкорослый худой паренек с бледным лицом и тонкими темными волосами – обсуждение проведенной встречи решил не откладывать. Хотя их команда и победила, Оскар явно был недоволен.

– Мы весь год готовились к этому турниру, – скрипел он своим неприятно высоким голосом, – а сейчас в первом же матче оказались на волоске от провала. Пропустить такой гол! – Оскар метнул презрительный взгляд в сторону Мишки, который сегодня стоял на воротах. Мишка в свое оправдание ничего не ответил: пропущенный мяч действительно был несложным.

– Первоклассник сыграл бы лучше, – не унимался Оскар. Вратарь терпеливо молчал.

Эти двое давно не ладили, хотя публичных ссор оба старались избегать. Оскар Буйнов не любил Мишку Сорокина, потому что тот был лучшим игроком в команде. Мишка недолюбливал Оскара, потому что небезосновательно считал его капитанскую повязку своей. Большинство игроков это мнение разделяло, однако авторитет тренера, а значит, и его выбор, вслух никто не оспаривал.

Зато в кулуарах тема поднималась довольно часто. Поговаривали, будто назначение капитана связано с появлением нового спонсора у школьной секции по футболу. По крайней мере, по времени все сходилось как нельзя лучше. В сентябре игрокам выдали новую форму ядовито-зеленого цвета, тренерскую и кладовую заполнили отличным инвентарем, командам всех возрастов предложили чудесную возможность два раза в месяц тренироваться на газоне одного из городских стадионов. В это же время в школе появился Оскар. Его взяли в сборную младших классов, и сразу на столь завидную роль.

Сам Оскар слухи не подтверждал, но и не отрицал. Вместо этого он старательно подогревал интерес к собственной персоне, постоянно вспоминая об отце и намекая на его положение в обществе. Хотя кем был его отец, никто не знал. Жил Оскар вдвоем с матерью. И – самое неприятное – жил в соседнем с Мишкой Сорокиным доме. Буйновы то ли купили его, то ли арендовали. Переехали они в августе, но до сих пор ни с кем из соседей не подружились и даже не познакомились как следует.

– Нам повезло, что у них такая бездарная команда, – шумел капитан, раздраженно вышагивая вдоль скамьи. – Куда смотрела наша защита – вообще неясно. Эти неумехи то и дело проскакивали мимо вас.

Здесь Оскар, однако, ошибался, но защитники, как и вратарь, оправдываться не стали. Команда давно привыкла к нападкам с его стороны. Сам Оскар играл не бог весть как, ситуацию на поле понимал плохо. В итоге на его замечания мало кто обращал внимание. А вот спорить с ним не любили. Мнение Оскар не менял, разумных аргументов не слушал, защищаясь, переходил на пронзительный ультразвук. В конце концов его оппоненты беспомощно уходили в технический нокаут.

К счастью, сегодня терпеть бушевавшего капитана мальчишкам пришлось недолго. В раздевалке появился Семен Петрович.

– Отличный матч! – с порога заявил он. Добродушная улыбка сияла на живом, хотя и немолодом лице тренера. – Конечно, в нашей игре были огрехи, но в целом вы молодцы. Опасных моментов допустили немного, бросков в сторону ворот – и того меньше.

Семен Петрович коротко рассказал, на что стоит обратить внимание, и отпустил команду. Ребята потянулись к выходу, а он достал из шкафчика спортивную сумку и как бы невзначай бросил через плечо:

– Кто поможет собраться тренеру?

Обернувшись, Семен Петрович выразительно посмотрел на Мишку, и тот обреченно подался к нему навстречу.

Пока остальные ребята выходили из раздевалки, Семен Петрович молча перебирал вещи. Последним за дверью оказался Вовка. На прощание он ободряюще подмигнул Мишке. Оба знали: это «жжж…» неспроста.

Оставшись вдвоем, тренер и неудачливый голкипер отвлеклись от работы.

– Как ты? – спокойно начал Семен Петрович.

– Нормально, – не поднимая унылых серых глаз, отозвался Мишка. – Сегодня я сплоховал, – протянул он, рассматривая лежавшие на полу мячи.

– Есть немного. Но это мелочь. Меня больше волнует твое состояние в целом. После болезни ты ведешь себя как-то странно. Ты, кажется, ударился головой?

– Не совсем, – промычал Мишка. – Я просто упал со стула. Врачи дважды проверили мою голову. С ней все в порядке.

– В чем тогда дело?

Мишка беспомощно опустил плечи. Как мог он объяснить тренеру, чем заняты все его мысли? Как мог сказать, что каждую ночь он летает на космическом корабле и что сегодня этот корабль вплотную приблизился к первой на своем пути планете?

Мишка изо всех сил старался сосредоточиться на игре, только вместо футбольного мяча перед глазами то и дело всплывал золотистый шар Венеры.

– Я увлекся астрономией и космонавтикой…

– Правда? – морщинистое лицо Семена Петровича вытянулось в удивленной гримасе. – Редкое увлечение для современного молодого человека. Сегодня большинство ребят предпочитают компьютерные игры.

– Ну, а я вот…

– Знаешь, я в твоем возрасте тоже мечтал стать космонавтом. Правда, в мое время это было куда популярнее. Когда Гагарин летал в космос[8], я учился в четвертом классе. – Мишка недоверчиво посмотрел на тренера. – Точь-в-точь как ты сейчас, – подтвердил тот.

Мишка вздохнул.

– Я не буду говорить с тобой о чувстве долга, – продолжил Семен Петрович. – Не буду говорить и о том, что команда рассчитывает на тебя. Это и так понятно. Я задам тебе только один вопрос: ты все еще хочешь играть в футбол?

– Конечно, хочу.

– Вот и прекрасно. Тогда нужно решать, что нам с тобой делать.

Мишка снова поник.

– Я думаю об этом каждый день, – печально констатировал он. – Пока ничего толкового в голову не приходит… Просто, отправляясь в космос, я забываю обо всем на свете, а возвращаясь на Землю, не могу думать ни о чем, кроме космоса.

Тренер внимательно посмотрел на него и заговорил ровным и тихим голосом:

– Ребенком я очень любил читать. Начиная новую книгу, я бросался в нее с головой: не ел, не спал, даже прогуливал уроки. Пока однажды не заболел. Мне запретили читать. Точнее, читать было можно, но не больше двух часов в день. Для меня это было равносильно запрету. Отец выдавал книги по расписанию, а когда уносил их, я заливался слезами. От такого лечения становилось только хуже. И тогда ко мне пришел доктор. Он спросил: «Почему ты плачешь, когда у тебя забирают книги?» «Потому что моя жизнь останавливается, – ответил я. – Ведь, начиная новую книгу, я становлюсь одним из ее героев». «Значит, у тебя много жизней, – сказал доктор. – И это здорово. Только не стоит забывать, что не все они на страницах книг». Его слова удивили меня, и лишь со временем я понял, что он имел в виду.

Семен Петрович собрал мячи и пошел к выходу. В дверях он остановился.

– Знаешь, что в свое время говорил господин Циолковский[9]?

– Нет, – Мишка покачал головой и смущенно добавил: – И кто это, честно говоря, тоже…

– Ооо, – тренер недоверчиво поднял бровь. – С таким увлечением ты просто обязан с ним познакомиться, ведь Константин Эдуардович Циолковский – настоящий отец космонавтики.

– Правда? И что же он говорил?

– «Я чувствую после прогулок и плавания, что молодею, а главное, что телесными движениями промассировал и освежил свой мозг». Космос – это неплохо. Такие увлечения прекрасно развивают голову, особенно в твоем возрасте. Но время от времени освежать ее тренировками тоже не повредит, – Семен Петрович скрылся за дверью.

– Спасибо… – пробормотал Мишка, провожая тренера взглядом.

Глава 10. Встреча с Венерой

Венера, часто называемая близнецом Земли, оказалась совершенно не похожа на свою соседку. С орбиты Земли просматривались материки и океаны, моря и горы, большие города, мерцающие миллионами огней. Венера же надежно пряталась под толстым слоем облаков.

День выхода на орбиту отметился непривычно коротким завтраком. Потом Юра собрал всех на посту управления. Он напомнил, что высадка на Венеру начнется через несколько часов, утвердил экипажи спускаемых аппаратов в основном составе и велел готовиться к запуску.