Егор Волоский – «Голубая вена. Крепость» (страница 10)

Она кивнула.

Мы стреляли, пока не кончились патроны в магазине. Я пересчитал попадания.

— Восемь из десяти в цель, — сказал я. — Неплохо для начинающей.

— Я не начинающая, — ответила она. — Я мать.

— Это не делает тебя снайпером.

— Но это даёт мне мотивацию.

Я улыбнулся.

— Ладно. Согласен.

В лесу темнело.

— Пойдём, — сказал я. — Завтра продолжим.

Она взяла меня за руку.

— Егор, я боюсь.

— Я знаю.

— Не за себя — за Вику.

— Я тоже.

Она прижалась ко мне, положила голову на плечо.

— Ты сильный.

— Нет. Просто у меня нет выбора.

— У всех есть выбор.

— У меня — нет. Я должен защищать вас. Это не выбор. Это долг.

Она помолчала.

— Пойдём в дом. Холодно.

— Пойдём.

Мы вернулись в казарму.

Часть 8. Затишье и тревога

Прошло три дня.

«Армия» не появлялась. Разведчики не приходили. Лес молчал.

Мы укрепляли базу, тренировались, ждали. Я каждый вечер поднимался на вышку, закрывал глаза и прислушивался к пульсации камня. Ничего. Тишина. Но это была не та тишина, которая приносит покой. Это была тишина перед бурей — тягучая, тревожная, давящая.

Люди нервничали. Светлана срывалась на детях, потом плакала, извинялась. Надя стала ещё тише, почти не выходила из подвала. Сергей и Михаил молчали, сидели у оружия, проверяли его по десять раз на дню.

Вера тоже была не в своей тарелке.

— Долго они, — сказала она, когда мы сидели в штабе и смотрели на карту.

— Ждут, — ответил я.

— Чего?

— Пока мы расслабимся.

— Мы не расслабляемся.

— Знаю. Но они думают иначе.

Вера отложила карандаш.

— Егор, а что, если они ушли?

— Не ушли.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я знаю Странника, — сказал я. — Он не уходит. Он ждёт. Он собирает информацию. Изучает слабые места. И когда поймёт, что готов — ударит.

— А если он уже готов?

— Тогда он уже в пути.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказал я.

Вошел Лёша. Он был бледен, и я сразу понял — что-то случилось.

— Егор, — сказал он. — Я был на вышке. Слышал шум. Со стороны леса.

— Какой шум?

— Моторы. Грузовики. Много.

Я встал.

— Сколько?

— Не знаю. Но много. И они приближаются.

Я посмотрел на Веру.

— Начинается, — сказал я.

— Начинается, — повторила она.

Мы вышли на улицу.

Часть 9. Они идут

С вышки открывался вид на лес и старую дорогу, которая вела к нашему городку. Обычно там было пусто, только ветер и птицы. Но сейчас оттуда доносился звук — ровный, тяжёлый, нарастающий.

Гул моторов.

Я прильнул к биноклю. В оптике было видно, как из-за поворота выезжают грузовики. Серые, армейские, с брезентовыми тентами. Четыре, пять, шесть. За ними — люди. Много. Шеренгами, как на параде, с автоматами наперевес.

— «Армия», — сказала Вера.

— Да, — ответил я.

Олег спросил, напряжённо вглядываясь:

— Сколько их?

— Не сосчитать. Но много. Сотни.