Егор Медведев – Annuit Coeptis или Драконий интенсив (страница 3)

Ещё бы раз… хоть раз увидеть её лицо – вблизи. Не на фотографии. Без стекла…

И тут – тень. Мгновенная, как лунное затмение.

Капитан почувствовал удар. Самолёт несколько раз перевернулся и пошёл вниз. Он успел надеть парашют. Потоком воздуха его вырвало из кабины. Над ним раскрылось белое облако. За него-то и вцепился дракон – и потащил капитана, как безвольную куклу, в сторону леса.

Глава 3

Ветер меняет направление

Листья лежали под ногами пёстрым ковром. Хрустели, шуршали. Ворчливые дворники уже сметали их с дорожек парка, но налетал озорной ветер и снова разбрасывал их обратно. Дворники от этого только больше хмурились и ворчали.

А Влад шёл, никого не замечая. Даже дворников, раздражённых тем, что он тут ходит, мешает, помогает ветру расшвыривать листву.

В голове крутилась одна-единственная мелодия – вынырнула из детства, некстати… или кстати:

«Падают, падают листья в нашем саду…»

Дальше слов он не помнил, но эта строка застряла в памяти, как заноза, и вертелась на языке.

«Падают, падают листья…»

Чтобы отвлечься, Влад попытался сменить ход мыслей. Интересно, где сейчас их старый проигрыватель? Наверное, валяется у отца в гараже, пылится на верхней полке. А раньше стоял в зале – гордость семьи. Вечерами его включали, слушали, спорили, кто лучше поёт. Хорошо бы снова завести. Только иглы теперь не найдёшь…

Мысли неожиданно перескочили на Артёма.

Действительно, странный он. Влад попытался вспомнить, что знает о нём. Когда он учился на первом курсе, Артёма в университете не было. Появился внезапно – сразу на третьем. Говорят, перевёлся из Москвы. Отличник, любимец преподов. Ясно, что без плотных связей – не обошлось.

Что ещё?

Не пьёт. Не курит. Почти ни с кем не общается. Мяса не ест. С девушками не водится. Ботан, вроде бы. Только здоровый. Пятерых четвёрокурсников уложил, когда те до него докопались. С тех пор – ни один к нему не лез. Влад подумал: если бы он кого-нибудь так поколотил – его бы уже давно выкинули из универа. А тут – тишина. Всё гладко. Несправедливо.

И вообще – что он делал возле школы? Тоже брат есть?..

– Влад, почему опаздываешь? Пара уже идёт! – раздался резкий голос. – Теперь без серьёзных причин я тебя на занятие не пущу!

«Больно надо…» – лицо Влада непроизвольно скривилось. Антибиотик. Ну как так? Собирался же прогулять. Задумался, а ноги сами привели прямо в университет. Разгребай теперь.

«Пара уже идёт…» – мысленно передразнил он Виктора Эдуардовича. «А ты сам почему не там, а здесь?»

Конечно, вслух ничего не сказал. Стоял, уткнув взгляд в пол, и молча сносил поток привычных обвинений.

– С начала учебного года ты не был ни на одном моём занятии. Как ты собираешься сдавать экзамены? На собрании я подниму вопрос об отчислении! Ты отсюда вылетишь – вопрос времени. Я тебе это обещаю!

– Извините, Виктор Эдуардович! – раздался незнакомо спокойный, уверенный голос.

Артём.

Взгляд Антиботика метнулся к нему. Влад тоже удивился – откуда он тут взялся?

– Влад задействован в постановке и помогал мне с декорациями, – сказал Артём спокойно.

– И, скажите, с самого утра нужно было этим заниматься? – прищурился Антибиотик.

– Конечно. Спектакль уже через неделю, а работы – хоть отбавляй. Хорошо ещё, что Влад согласился помочь.

– Вы бы на него не слишком полагались, Артём, – ответил доцент, неожиданно перешедший на «вы». Он всегда ко всем обращался на «вы». Кроме Влада.

– В самый ответственный момент он вас подведёт. Он даже к собственной судьбе не может относиться серьёзно. И вам, Артём, следовало бы поставить меня в известность, прежде чем забирать Влада с пары. Я бы не ставил ему “н”. Хотя… если он не подтянет сопромат – это уже и так не имеет значения.

С этими словами Антибиотик развернулся, сунул журнал под мышку и, не прощаясь, ушёл по лестнице вверх.

От сердца отлегло. Влад, конечно, был рад вмешательству Артёма, но зачем было вписывать его в какой-то спектакль? Это он ему сразу и высказал, как только Антибиотик исчез с поля зрения. Но Артём лишь спокойно улыбнулся.

– Не хочешь участвовать – не участвуй. У меня и так хватает людей. На самом деле, от тебя нужна совсем другая помощь.

Ты говорил, у тебя в той школе брат учится? А труды у него кто ведёт?

– Регин. Александр Александрович, – не понимая, к чему всё идёт, ответил Влад. – Он ещё на кружок авиамоделирования ходит.

– Отлично, – Артём расплылся в довольной улыбке. – А ты сам его хорошо знаешь?

– Ну да, нормальный мужик. Помешанный только на авиации. Говорят, где-то на даче настоящий самолёт строит, хочет полететь на нём. Не знаю, насколько правда, но модели у него – высший класс. Славка от него без ума.

– А занятия у них по каким дням?

– Что, тоже хочешь к нему? – усмехнулся Влад. – Опоздал. Он работает только со школьниками. Я в девятом был, когда он у нас начал вести. Пока мы на трудах напильником круглые болванки в прямоугольники превращали, те клеили планеры и резали по дереву. Как мы им завидовали! Просили поменять учителя, но без толку. К нему и тогда ребята постарше хотели попасть, но он никого не брал. А занятия… да нет у него расписания. Как договорятся. Вот сегодня, например.

– Жаль, что взрослых не берёт, – Артём слегка помрачнел. – Ладно. Слушай, приходи вечером с братом ко мне на тренировку. Я со Славиком поговорю, может, что и выйдет. Вдруг можно будет попасть к Регину. По-другому.

– Хорошо, – почему-то ответил Влад. Наверное, потому что чувствовал себя обязанным за отмазку. – А что у тебя за тренировки?

– Да так… что-то вроде исторического фехтования. Клуб по интересам. Придёшь – сам увидишь. В пять, в Екатерингофе, возле стадиона. Знаешь?

– Знаю, был там пару раз.

– Отлично. Тогда до вечера!

Влад только махнул рукой. Далековато тащиться… скажу, что не получилось. А пока – надо подумать, где провести этот час: теперь-то его официально отпустили.

***

Влад забирал Славку с кружка. Тот был в хорошем настроении, хотя и немного расстроен – их самолёт так и не взлетел.

– Как ты узнал, что он не полетит? – допытывался он. – Сан Саныч сказал, он слишком тяжёлый. Но он же бомбардировщик, он и должен быть таким! Он ещё сказал, что не всё потеряно – посмотрит, что можно переделать. Тогда мы к нему мотор прицепим и будем с пульта управлять!

Славка мог говорить без остановки, часами. Влад понимал, как брат расстроен – столько сил вложено в этот С-22, – но выслушивать длинный монолог после тяжёлого учебного дня… не было ни сил, ни желания. Чтобы хоть немного притормозить поток, он спросил:

– Музыку будешь?

– Ага, – послушно кивнул Славка. – А какую?

Влад уже распутал наушники и вставил одно «ухо» брату, другое – себе.

– Какая выпадет.

Чтобы амбушюры не выскакивали от шагов, он приобнял Славку за плечи. Так и пошли, обнявшись. А в наушниках заиграла «Ария»:

Война гонит ветер ужаса, пепел веков и дней.

Судьба вещей птицей кружится над головой моей.

Время, как змей, вьётся вокруг себя,

В книге смертей будет глава моя.

Дух оставил плоть, но покоя нет,

Я хочу сберечь заповедный свет.

Я – хранитель свеч на границе Тьмы,

Свет ковал мой меч для своей войны.

Меченый злом, мёртвым огнём,

Лоб твой горит, и не скроешь клейма,

Меченый злом, в сердце пустом

Спрятался страх, тени сводят с ума…