Егор Копелев – Загадка Демиурга (страница 5)
– Именно так, Виктор! – король ещё раз кивнул, – Град из их ядер нам придется выдержать, и направлен он будет именно на вас. Если потери будут слишком значительны, мы выделим редутам подкрепление с фланговых резервов. Это я буду решать лично, уже по ходу сражения. Главная наша задача: дать им максимально увязнуть в нашей обороне и держаться до тех пор, пока регулярные полки замкнут манёвр окружения. – Король сделал многозначительную паузу, давая время офицерам осознать и принять план. – Всегда что‑то может пойти не так, в этом случае я рассчитываю на вашу тактическую выучку. Если вопросов больше нет, предлагаю всем пойти и хорошенько отдохнуть перед завтрашней баталией.
Офицеры отвлеклись от карты и пребывали в глубокой задумчивости, каждый о своей роли. Король подождал ещё немного, внимательно смотря на своих командиров. Хлопнул ладонью по столу:
– Да прибудет с нами завтра удача, господа, – произнёс он на прощание. – Я никогда не проигрывал ни одного сражения Екатеринодару. Во всех битвах с ныне покойным отцом этих трёх сестричек мне сопутствовал успех. Завтра мы выиграем и эту. Делайте то, что должно, и всё случится в нашу пользу. Путь Екатерина думает, что если мы встали в оборону, то испугались её и дрожим. Мы её не боимся, завтра мы намерены связать боем, окружить и разгромить её армию.
_______________
После короткого разведывательного набега конницы противника, залпа из всех орудий и последовавшего затем отбоя тревоги, на южный редут, где находился Денис, снова вернулась рутина. Впрочем, такая рутина уже не казалась скучной. Впервые все увидели противника вживую, успели обрадоваться, испугаться, потом снова обрадоваться. Если до этого момента вой на была чем‑то воображаемым, существовала в виде баек и рассказов, а реальность состояла из маршей, караулов, строительных работ и бытовых забот, то теперь, после первых выстрелов, все осознали, что она уже близко. Хоть солдаты всячески и отгоняли мысли о сражении. Это ещё не точно: возможно, оно начнётся завтра, а может, и вовсе не состоится. Ведь противник исчез, ускакав обратно в степь. Но все понимали: он уже где‑то тут, совсем рядом, и вовсе не безобиден.
Кто‑то был уверен, что короли в последний момент договорятся. Так всегда бывает. Кто‑то надеялся, что екатеринодарцы, посмотрев на них, испугаются и отступят. Но надежд на то, что сражение не состоится, оставалось всё меньше, а скептицизма и тревоги прибавлялось. Драться, по всей видимости, придётся, а драться не очень‑то хотелось. Конечно, были и такие, кто, наоборот, с нетерпением ждал сражения, но они составляли меньшинство или просто хорохорились.
Умом все понимали: не просто так король Михаил Храбрый сначала объявил в городе мобилизацию, потом они совершили марш и построили здесь эти редуты. Видимо, у короля были для этого весьма весомые причины. Но и умирать почём зря из-за разногласий монархов никому не хотелось. Армия Екатеринодара тоже пришла к Гнилому лесу не для того, чтобы короли двух больших городов могли попить чайку и мило поболтать друг с другом. Скорее всего, они пришли сюда именно, чтобы подраться, а значит, на опушке Гнилого леса прольётся много солдатской крови.
И всё‑таки в глубине души солдаты верили, что разум победит и высокие особы в последний момент договорятся. Наверняка придётся сперва чуть-чуть пострелять для порядка. Пушки и ружья должны стрелять – именно для этого их и создали. Но мысль о том, что кто‑то из них, возможно, уже завтра будет мёртв, а кто‑то ранен или, ещё хуже, искалечен, старались гнать прочь. Во всяком случае, вслух их никто не высказывал. Но они всё равно были, словно назойливые мухи, вертелись в головах и улетать никуда не собирались.
На словах все подбадривали друг друга, крепились, уверяли в неминуемой победе. А как же иначе? Про поражение точно никто не думал. Ведь их привёл сюда сам Михаил Храбрый – король, который ни разу не проигрывал Екатеринодару в сражениях. Вслух опасались разве что ведьминой магии. И хотя никто наверняка не знал, как именно работает колдовство, сплетен о нём ходило довольно много.
– Екатерина может запросто превратить человека в камень, – рассказывал один из солдат. – Вот просто взглянет на тебя, и всё.
– Брехня, – отмахивался от его слов второй, – ты всё выдумаешь.
– А правду говорят, что ведьму пули не берут? – спрашивал третий.
– Вот завтра и увидим, что их берёт, а что нет, – рассмеялся кто‑то, – поймаешь ведьму, забирай, пока другие не отняли. Сказывают, они все красавицы.
Очередь караулить на редуте у Дениса закончилась, теперь он, наконец, мог идти отдыхать, ужинать и хорошенько выспаться. Чем продолжать слушать глупые солдатские байки, он немедля так и поступил. Быстро преодолев, ставший уже знакомым, путь от редута к своей палатке, он привычно обнаружил там свою младшую сестру Варвару. Она явно ждала брата с дежурства и готовила на костре кашу из раздобытой где‑то пшеницы.
Совсем не так давно они вместе с сестрой бежали из Екатеринодара, когда королева арестовала, а потом казнила их родителей. После этого дом, в котором они родились и выросли, конфисковали в пользу короны. Они нашли пристанище в Миргороде. Но вскоре там объявили мобилизацию: надвигалась война. Денис, понимая, что драться придётся с королевой Екатериной, одним из первых записался в добровольцы. Желание отомстить в нём было велико. Узнав о его решении, Варвара категорически отказалась оставаться в безопасности в городе. Женские умения в военном походе нужны не меньше, чем мужская доблесть. Кто‑то же должен готовить еду, стирать бельё, ухаживать за ранеными и больными. Варвару взяли, несмотря на её юный возраст: ей было всего шестнадцать, на восемь лет меньше, чем Денису.
Варвара действительно оказалась очень полезна. Она не чуралась никакой работы, всегда напрашивалась добровольцем на самые неприятные задания: то отхожую яму почистить, то в лес за дровами сходить. Приказывать ей было не нужно – только объяви задание, и она уже готова. Заодно и их личный быт в лагере Варвара устроила как нельзя лучше. Где‑то договорилась, выбила и раздобыла хоть небольшую, но отдельную палатку. И вообще обладала уникальной способностью: где бы и в какой ситуации ни оказывалась, тут же обзаводилась кучей полезного по хозяйству скарба: кастрюли, кружки, ложки, полотенца, мыло… Вот ведь кому‑то хорошая жена достанется. Денис даже позавидовал её будущему мужу.
– Ну что у нас на ужин? – улыбнулся он.
При виде сестры невозможно было не улыбаться: худенькая, маленькая, чистое и открытое лицо, вечно растрёпанные волосы, при этом она источала энергию и позитив в любой ситуации. И взгляд, ох уж этот Варварин взгляд. Полностью открытые наивные голубые глаза. Она смотрела на всех так искренне, с такой надеждой. Единственное, что в ней могло раздражать, это её неуёмное любопытство, граничащее порой с занудством.
– Опять каша, – Варвара шмыгнула носом и сложила губки, изображая виноватую. – Мяса сегодня достать не удалось.
– Ну каша – так каша, – без всякого сожаления в голосе ответил Денис и уселся возле костра. Тут же получив свою миску.
– Скоро и Василиса должна прийти, – сообщила сестра. – Их тоже обещали отпустить на ночь, чтоб выспались. Все только и говорят, о том, что завтра будет сражение.
Василиса, ровесница Дениса, была их самой близкой знакомой. Они общались с раннего детства. Их дома располагались по соседству, на одной улице. Свою мать Василиса не помнила, она умерла вскоре после родов. Растил и воспитывал её в одиночку отец. Но его тоже постигла участь быть обвинённым в инакомыслии. Арест, публичная казнь и конфискация имущества. Случилось это буквально за месяц до ареста родителей Дениса с Варварой. Оставшейся сиротой Василисе удалось бежать из города. Позже она прислала им весточку, что обосновалась в Миргороде. Когда подобное несчастье постигло уже и семью Дениса, первая мысль, что пришла ему в голову – это бежать по её пути. Так они и попали в Миргород. А сейчас тоже все вместе оказались тут, в армии, которой предстоит сражение с их бывшими землянками. Василиса получила хорошее образование, знала науки и врачевание. Сразу после мобилизации, куда она тоже пришла добровольно, её определили на работу в военный госпиталь.
– Ты – жёлтый земляной червяк, а мы – две прекрасные феи, – услышал Денис сзади голос Василисы.
– Привет фее-целителю от земляного червяка, – ответил Денис, оценив шутку.
Он обернулся, Василиса стояла за его спиной и смотрела на когда‑то белый мундир, который от пота, грязи и дыма, теперь приобрёл отчётливый жёлтый оттенок.
– Ну хоть в речах ты не такой хмурый, как выглядишь внешне, – рассмеялась Василиса. – Интересно бы узнать, кому пришло в голову пошить для солдат форму белого цвета?
Она примостилась рядом у костра, тут же получив от Варвары свою миску каши. Даже в этом дурацком медицинском переднике выглядела Василиса чисто и опрятно. У неё были длинные чёрные, вьющиеся волосы, стройная прямая осанка, светло-коричневого цвета раскосые глаза и густые брови. Закатанные рукава халата обнажали её мускулистые руки. Взгляд умный, немного хладнокровный. Обычно опущенные вниз уголки рта придавали немного печали и серьёзности её лицу.