Егор Капралов – Эксперименты (страница 15)

– Да откуда ты знаешь, что зря а что нет? Ты тут самый умный? Много знаешь, а, капитанчик? Взялся из ниоткуда и раздает советы, что хорошо и что плохо! – кричал я, схватив его за воротник. – Ты не хуже меня знаешь, что такое терять людей, но говоришь, что мы защищаемся зря? Они начали это, они! Не мы, не я! Они приперлись сюда и начали по всем подряд палить! Или что же нам было делать, смотреть как нас убивают, а, умник? – я оттолкнул его и пошел к выходу из бункера.

– Нужно было…

– Заткнись.

Гробовая тишина осталась за гермозатвором бункера. Как хотелось, чтобы там была обычная старая дверь на петлях, которой я мог бы хлопнуть со всей силы! Это бы меня очень сильно успокоило. Но какой же это тогда был бы бункер? А злоба и сама потихоньку улетучивалась. Пейзаж разрушений был скорее грустным, чем злящим. Некоторые бомбы все же долетали, но, к счастью, никто не пострадал. По крайней мере, если судить по предварительным отчетам. Наверное, не стоило давать волю эмоциям…

Запас ресурсов у нас большой, но не бесконечный. Со дня на день прибудут еще два крейсера, Маршал Лимановский и Маяк, которые строились в рамках проекта Целина. Та самая Целина, которая на орбите, это самый мощный и большой корабль с кучей экспериментальных технологий. К примеру, тот же Молот, или гиперпространственный тоннель. Лишь бы продержаться эти несколько дней…

Очередной бой позади, но сколько у нас времени, прежде чем начнется следующий? День? Час? Может, они больше вообще сюда не сунутся? Или подмога уже на подходе?

Эти и куча других вопросов вертелись в моей голове, пока я шел к себе в комнату. Автомат небрежно болтался в руке, иногда цепляя ремнем пол. Я так крепко задумался, что даже забыл закинуть его на плечо. Коммуникатор на руке робко запищал, словно просил откликнуться на попытку капитана Целины выйти на связь. Интересно, что он хочет?

– Командир, два корабля, прибывшие с крейсером, остались на стабильной орбите без признаков агрессии. Движутся по орбите без корректировки курса. Держим на прицеле.

– Принято, Целина. Ведите их, будем брать штурмом. Конец связи.

Идея казалась безумной, авантюрной и в некоторой степени была самоубийственной. По собственной воле залезть на территорию врага, вести на этой территории бой против численно превосходящих противников… но мне хотелось рискнуть. Хотя, наверное, именно этого они и ждут. Не просто так они болтаются над нашими головами и мозолят глаза. Разнести бы их тоже! Но заполучить такой образец в свою коллекцию тоже хочется. К тому же, когда-нибудь они опередят нас в гонке технологий и начнут сминать нас неумолимо и неизбежно. Допустить этого нельзя. У меня есть надежда, что эти корабли – наш шанс.

Я отдал распоряжения на подготовку корабля и экипажа. Беру свой отряд. Пора бы моей гвардии размяться и прогреть стволы. Когда мы грузились, ко мне подошел капитан и начал разговор.

– Это ведь ловушка.

– Я понимаю.

– Ложь. Лишь предполагаешь, но надеешься, что это не так. А это так.

– Многовато ты знаешь, мне кажется.

– Я знаю все, что знает вселенная. И она знает, что эти корабли – капканы. Для тебя. Я предупредил.

– Мне бы хотелось рискнуть.

– Что ж. Удачи.

– Спасибо. Прости, что сорвался в бункере.

– Все в порядке. Ты во многом прав, поэтому мне не за что на тебя злиться. У меня есть кое-что для тебя, сейчас.

Он достал из внутреннего кармана маленький капитанский коммуникатор. Сувенир на память о Ковчеге он таки приберег. Хотя, может, просто забыл, что он был у него с собой… Здесь эта штука бесполезна. Размерами чуть больше самой большой монеты, но квадратный по форме, он служил лишь для того, чтобы в экстренной ситуации передавать сообщения и включать или выключать тревогу. Я с недоумением вертел его в руках, не понимая, зачем он мне.

– Сможешь связаться со мной в любое время, а я буду знать, куда вас занесло. Смогу помочь в случае чего.

– И что же, правда сработает?

– Не сомневайся.

Моему недоумению уже не было предела. Как это должно сработать, и чем он сможет нам помочь, я не знаю. Но поверю на слово. Спрятав подарок так же во внутренний карман, я попрощался и пошел к уже почти готовому шаттлу.

– Не берите много патронов! Лучше приучайтесь к оружию врага!

Капитан крикнул уже издалека, махнул рукой и стал уходить, словно показывая, что теперь точно попрощались. Что-то есть в этом человеке загадочное и необъяснимое. Знаешь все, что знает вселенная, значит? Интересно. Наверное, он все же сошел с ума там, на Ковчеге, так же как и остальные. Тем не менее, на нас и правда напали, как он и говорил.

Как-то многовато загадок в последнее время.

Мне не нравится система экстренного запуска. Ужасающее устройство, превращающее космический корабль в огромный управляемый снаряд. По сути, нами выстрелили в атмосферу, разогнав нас почти до двадцати километров в секунду. Планета эта, конечно, больше, чем Земля, но не так значительно, чтобы выстреливать нас с третьей космической, еще и с запасом. Спасибо, что на этот раз мы взлетали лишь на орбиту и вышвырнули нас не на максимальной мощности. При нахождении на поверхности разница гравитаций совершенно не ощущается. Разве что, может, поначалу было заметно, уже и не помню. Точно помню, что воздух сильно отличался. Но сейчас уже привычными стали и чистота местного воздуха, и насыщенность кислородом, и даже мощные грозы. Уже и забыл, сколько я здесь нахожусь. Чуть больше чем полгода, кажется…

Очень интересно было бы знать, на какой стадии эволюции находится эта планета. Наверняка ее изучали в подобном направлении, а я никогда не задумывался об этом. Деревьев здесь много, и много среди них огромных великанов, целые исполинские леса, в которых можно почувствовать себя муравьем, жалкой букашкой, которая жалко копошится где-то внизу и делает свои жалкие дела. И ведь наверняка где-то в многочисленных водоемах существует жизнь. Но вот мы, ничтожные букашки, взмываем в небеса с огромной скоростью на гигантском куске металла, которому придали правильную и необходимую для этого форму. А вам, вековые леса, о таком остается лишь мечтать! Смотреть на нас, завидовать и мечтать. Хотя едва ли деревья способны на это, но кто знает, вселенная полна удивительных чудес. Писатели-фантасты готовы были бы расстаться с жизнью ради того, чтобы всего лишь раз увидеть закаты на Разбитом пике! Я уверен, что это так. Стоит им только однажды узнать, как там красиво. Но это безжизненная красота. Коля когда-то рассказывал мне, как эта планета стала такой. Говорил что-то про энергию удара от столкновения камня и льда, из-за которой лед растаял и потом замерзал, взлетая волнами на километры ввысь. Совершенно непригодная для жизни планета, еще и потерявшая свою орбиту после этого удара, теперь кружится вокруг планеты-гиганта как спутник. Плотная атмосфера без кислорода и низкая температура, ужасающий ландшафт, поразительное чудо природы.

Об этом я думал, пока гравитационные накопители с трудом проглатывали перегрузки, и, не имея возможности погасить их полностью, оставляли нам справляться с тем, с чем они не смогли. Без них нас бы, скорее всего, расплющило и размазало по кораблю так, что непонятно было бы даже, кто из экипажа где находится. Может, пошло оно всё к черту? Не нужен нам этот корабль, который наверняка является ловушкой. Не нужен мне этот корабль, эта война, эти планеты и чужие цивилизации. Бросил бы все и вернулся домой, спрятался бы где-то на краю мира в маленькой лесной избушке на берегу озера. Хотя, на Земле меня, скорее всего, найдут… И если я снова им понадоблюсь, придется вернуться к делам. Тогда, может, чужие планеты мне все же нужны. Точнее, нужна всего лишь одна. Тоже где-то на краю мира, только в отдалении от всех не на сотни и даже не на тысячи километров, на на десятки световых лет. Взял бы с собой свой отряд, ну или по крайней мере тех, кто захочет, а остальным не сказал бы, куда мы направились. Вырвали бы с корнем все средства коммуникации, чтобы нас не нашли… Но все это потом. Сейчас я нужен Земле. Мы все нужны.

Купол неба над головой уже давно был темным, а звезды сверкали в холодной темноте все ярче. Под нами было больше ста километров неба, над нами – бескрайняя пустота космоса и несчетное количество неизвестных звезд. Интересно, как мы попадем на борт? Вряд ли получится произвести стыковку. Можно было бы, конечно, просто выбить в нем дыру, но я все же рассчитываю получить его целым и в идеале даже доставить вниз, на поверхность. Хотя бы один.

Придется выходить наружу. В открытом космосе я не был очень давно. Когда-то этот холод и темнота меня пугали, но правильно говорят, пугает как правило неизвестность, даже умирать страшно только в первый раз… Впрочем, умирать мне пока что не хочется. Страшно ли умирать, я не знаю, и, надеюсь, узнаю еще не скоро. И вообще, мне стоит сейчас думать о куда более приземленных вещах, например, как мы попадем внутрь, ничего не повредив. Но вопрос решился сам собой.

Мы уже поравнялись с чужим кораблем, когда увидели, что шлюзы открыты. Прямо как на Ковчеге, нас приглашают войти. Но теперь я был почти уверен, что это ловушка, и ничего хорошего из этого не выйдет. Только одно непонятно, кого в эту ловушку хотят поймать. Неужели и правда меня? Может, кого-то из моего отряда, или весь отряд целиком. Только непонятно зачем. Лишить базу управления таким образом не выйдет, хотя, вероятно, им это неизвестно. Мы заменимы. Я заменяем. Вместо меня останется кто-нибудь, опытных командиров предостаточно. На худой конец, капитан есть в резерве. Он много знает и многое пережил, с этим он бы тоже справился…