Ефим Черняк – Невидимые империи [Тайные общества старого и нового времени на Западе] (страница 44)

Из четырех пентаграмм, помещенных на картонке, — три явно сатанинские. К кому их отнести — к Ватерману или к «Лиге народов» — вот о чем мучительно размышлял присяжный борец с масонством. Фигура этого фашистского прихвостня достаточно колоритна. Мелкотравчатый журналист, подвизавшиися в дореволюционной русской печати, автор дешевых мелодрам, он в начале первой мировой войны ратовал за «выключение немцев за скобки цивилизованного мира, отречение, и полное отречение, от мира тевтонских висельников». В одном из своих сочинений Бостунич заставлял Пушкина, Байрона и Гюго обличать… Шиллера и Гёте за то, что те якобы защищали право Германии быть победительницей. Все это сопровождалось славословием по адресу Николая II. Однако после февральской революции последний русский царь в новых драматических опусах Бостунича фигурировал уже как «Гольштейн Готторп (по старому лжеименованию Романов)».

После Октября 1917 г. Бостунич «прозрел». Цель масонского ордена, утверждал он, — завоевание мира и разделение его на масонские провинции. А чтобы подчинить себе мир, надо прежде всего завоевать Россию, одну шестую мира, что масоны и сделали… вызвав революцию⁸⁹. Как разъяснял далее Бостунич, «марксистским движением» тайно руководят масонские ложи, что якобы давно доказал француз Гелло в книге «Масонство и рабочий»⁹⁰. Читатель узнавал также, что бесчинства масонов, «породивших» в России революцию, вызвали гнев божий, который проявился в землетрясении в Крыму в 1927 г., «предсказанном» в прежних трудах его, Бостунича. Но, перебравшись в Германию, бывший борец с тевтонством объявил себя учеником расистского проповедника Ланца (о нем ниже) и начал примерно с 1925 г. «работать» сначала на Розенберга, а потом на Гиммлера. «Шварц-Бостунич», как стал себя именовать проходимец, продолжал свои обличения франкмасонства теперь уже от имени «германского народного духа», не забывая пролить горькую слезу и по поводу участи последнего российского самодержца. «Победа принадлежит не масонской пентаграмме, а свастике»⁹¹,— заключал Бостунич свой очередной опус, изданный уже в гитлеровской «третьей империи».

Впрочем, белогвардейцы вроде царского генерал-майора графа А. Череп-Спиридовича продолжали именовать Бостунича «блестящим славянским автором» («знаменитый монархист сербского происхождения»⁹²—так аттестовал Череп-Спиридовича Бостунич в виде ответного комплимента). Надо сказать, что у этих «блестящих» авторов возникали некоторые мало их смущающие расхождения. Череп-Спиридович в годы первой мировой войны полагал, что все немцы — простые агенты всемирного масонского заговора. А обретаясь в эмиграции, бывший генерал, продолжавший рассматривать себя как посланца небес, напечатал в США «труд», где уверял, что все происходившее с бедным человечеством— результат заговора дьявола и его слуг — масонов, которому героически пытались противодействовать «рыцарственные» российские императоры от Павла I до Николая II, и что в случае осуществления планов сатаны «Форды, Рокфеллеры, Меллоны и другие богатые христиане должны быть убиты и ограблены»⁹³.

Именно этого Череп-Спиридовича президент «Бритиш эмпайрс пресс» Р. Дональд еще в 1919 г.⁹⁴ горячо рекомендовал как пророка, «имеющего очень определенные идеи насчет того, что нужно делать для спасения мира от большевизма». Да что там Спиридович! Ведь одновременно с ним такую «теорию» развивал не кто иной, как Уинстон Черчилль. В своей редко цитируемой ныне статье, которая была опубликована в феврале 1920 г. в еженедельнике «Лондон иллюстрейтед санди гералд», он писал: «Все более расширяется всемирный заговор с целью низвержения цивилизации и перестройки общества на основах замедленного развития, завистливой злобы и невозможного равенства». А начало этому заговору, по мнению Черчилля, положил все тот же главарь иллюминатов Вейсхаупт!

Н. Уэбстер, довольно известная «разоблачительница» масонства, в книге, вышедшей в свет в 1924 г. и потом многократно переиздававшейся, уверяла, что существует тайная оккультная сила, стремящаяся ко всемирному господству, — «настоящая сила тьмы в ее вечном конфликте с силами света»⁹⁵. В книге уточнялось, что, строго говоря, имеется пять сил, участвующих во всемирном заговоре, а именно: «масонство «Великого Востока», теософия, пангерманизм, международные финансы и социальная революция» Читателю преподносилось также, что «мировая революция не только основывалась на доктринах пронизанного иллюминатством франкмасонства, но и восприняла ту же систему организации» ⁹⁶.

Кайзеровский генерал Э. Людендорф, ставший в 20-х годах одним из главарей фашизма, писал, что масонами с помощью лозунга «Свобода, равенство и братство» были порабощены многие народы. Он уверял, что масонство стремилось по указке Англии закабалить немецкий народ, истребить в нем «зов крови и национальное чувство». По разъяснению Людендорфа, «мировое масонство еще до войны решило вести войну против Германии, а германское масонство бездействовало и не дало знать об этом немецкому народу». Масоны якобы похитили и передали Англии секреты немецкого генерального штаба, из-за чего Германия и проиграла первую мировую войну⁹⁸. Бывший кайзер Германии Вильгельм II тоже приписывал возникновение первой мировой войны козням масонских лож во Франции, Англии и Италии.

Нацистский «теоретик» Альфред Розенберг в книге «Мировая политика франкмасонов в свете критического исследования» накануне прихода гитлеровцев к власти писал: «Все немецкое масонство защищало иностранное франкмасонство и несет свою долю вины в усыплении немецкого народа… В ряде случаев выглядит доказанным факт чистейшей государственной измены»⁹⁹. Позднее эти утверждения приобрели еще более безапелляционный характер. Гиммлер, обращаясь к эсэсовцам, разъяснял, что их задача — борьба против извечной дьявольской конспирации, которая посредством «франкмасонской французской революции… толкает мир к большевизму». Члены семьи Гиммлера прямо заявляли, что он рассматривал СС как союз, соперничающий с враждебной силой франкмасонства

Нацисты переиздавали старую антимасонскую литературу, начиная от аббата Баррюэля, за исключением разве что «палладистских» произведений Таксиля. В антимасонской и фашистской пропаганде, между прочим, продолжал фигурировать и вымысел об «Атлантиде» Ф. Бэкона как выражении масонской программы. Однако нацисты не просто пересказывали старые антимасонские мифы. Они пытались приспособить их к собственным нуждам. Авторы прежних мифов были прежде всего представителями клерикально-монархических кругов, обвинявших масонов в покушении на святость престола и христианскую религию. Отсюда, например, постоянное упоминание о мнимой связи масонов с такими носителями зловредной ереси и язычества, как гностики, манихейцы или катары. Напротив, у нацистов с их скрыто враждебным отношением к христианству как религии весьма сомнительной из-за неарийского происхождения ее основателя некоторые из обличаемых прежних еретических предшественников масонства были зачислены чуть ли не в ранг хранителей нордических традиций. В частности, такой чести (довольно-таки неожиданно!) удостоились катары, наследниками которых сочли себя… Гиммлер и другие теоретики СС. Но об этом ниже.

А одновременно в Англии некий майор Дуглас опубликовал книги, в которых, развивая тему масонского заговора, разъяснял, что Гитлер — внук незаконной дочери Ротшильда и что под эгидой ордена объединились Уолл-стрит, нацисты и… коммунисты!¹⁰¹ Но даже и этот мрачный шизофренический бред был превзойден разными империалистическими «ультра», снова взявшимися за старую легенду. К этому нам еще придется вернуться.

При всех их расхождениях и различиях фашизм и масонство никак нельзя считать идеологическими антиподами. Напротив, фашизм унаследовал немало из масонского наследия, хотя усваивал его, получая из вторых и даже третьих рук. Легенды масонства (особенно его тамплиерской, оккультистской «ветви») были одним из основных источников антимасонской мифологии, из которой широко черпали свои идеи и немецкие расисты конца XIX — начала XX в., и их выученики-нацисты. Другая линия проходит через немецкий реакционный романтизм, влияние на который тамплиерского масонства совершенно бесспорно (хотя и крайне недостаточно изучено) и который, по словам Томаса Манна, выродился в «безумие расизма».

Масонскому ордену принадлежит определенное место в истории, но не то, которое ему часто приписывали. Масоны не были ни революционерами, как их рисовали монархисты и клерикалы, ни «тайной властью», стоявшей за официальными правительствами. Ими не управляли «потаенные ложи». Но это отнюдь не означает, что масоны не являлись значительной силой, что они не участвовали в закулисных политических интригах, не приложили руку к тайной дипломатии, в частности, в годы первой мировой войны[13]. Разумеется, нет ничего невероятного в том, что некоторые ложи или тем более отдельные масоны могли быть связаны с разведками воюющих государств. Действительная роль масонских лож определялась их классовым характером как организаций преимущественно буржуазии разных стран, позицией, которую она занимала в социальных битвах XIX и XX столетий. Масоны могли играть определенную прогрессивную роль, когда в центре стояла борьба против феодально-монархической реакции, за общедемократические цели, за национальное освобождение. Но даже в эти лучшие годы своей деятельности ложи являлись выразителями взглядов и интересов эксплуататорского класса.