Эдвин Хилл – На Диком Западе. Том 3 (страница 10)
Вдруг позади них, на довольно большом расстоянии послышался залп, как будто враз выстрелили из пяти или шести винтовок. Вслед за этим раздался громкий крик, и вскоре донесся лошадиный топот, и одинокий всадник подскакал поспешно к Роланду, который озабоченно вглядывался в тропу. Незнакомец был без шляпы, волосы его развевались по ветру, и вся его наружность выражала испуг и смущение. Тем не менее он был хорошо вооружен: при нем была длинноствольная винтовка, охотничий нож и топор. Он оглядывался назад, как будто его преследовали враги, и находился в таком смятении, что заметил на своем пути всадников только тогда, когда приблизился к ним вплотную и Роланд окликнул его. Тогда незнакомец так сильно натянул поводья, что лошадь высоко поднялась на дыбы, а седок испугался еще больше, чем прежде.
— Адские существа! — воскликнул он в отчаянии, схватив свою винтовку и бросаясь с высоко поднятым оружием на Роланда. — Если вы причините мне хоть малейший вред, то вы узнаете, чем пахнет моя винтовка! Подходи, ядовитый червяк!
— Вы что, спятили, милейший, что принимаете нас за индейцев? — крикнул ему Роланд.
— Великий Бог, да вы христиане! — воскликнул незнакомец, и его ярость перешла в радостное ликование. — Положительно христиане, и один из вас негр. Вы капитан Роланд Форрестер? Я уже слышал о вас. О, святая Пасха, я думал, что в лесу только индейцы, и потому так ошибся! Но, капитан, ради Бога, зачем вы здесь остановились? Пришпорьте лошадь и скачите как можно скорее, как только могут бежать ваши лошади. Эти негодяи преследуют меня. Их шестеро… Нет, пятеро, потому что я застрелил одного. Они преследовали меня и, обогнав, преградили мне дорогу; тогда ничто не могло помочь, я должен был отправить одну из этих тварей на тот свет. Он свалился, а я ускакал.
— Послушайте! — воскликнул капитан. — Серьезно вы это говорите? Действительно индейцы позади нас?
— Это так же верно, как то, что я еще жив! Их пятеро! — повторил незнакомец. — Когда я застрелил одного, остальные подняли дикий вой, затем раздался их залп, так что я благодарю Бога, что унес в целости свою шкуру! Они преследовали меня, и если мы промедлим еще четверть минуты, то воющие черти окажутся здесь! Но где мы укроемся в этом лесу? Позади нас — пятеро индейцев, а впереди — брод, где индейцев как муравьев в муравейнике!
— Как, около брода? — воскликнул в испуге Роланд. — Не встретили ли вы там отряд переселенцев?
— Я совсем не там видел их! Они месили грязь на половине пути от Джексона. Они мне солгали, что в лесу нет индейцев, а теперь, святая Пасха, их тут полным-полно!
— Да правду ли вы на самом-то деле говорите? — спросил Роланд, который все еще, казалось, сомневался в справедливости слов незнакомого человека.
— Конечно, он говорит правду, — вмешалась Телия Доэ, решительный тон которой во всякое другое время возбудил бы удивление. — Мы не должны мешкать, потому что краснокожие с каждой минутой приближаются к нам. Вперед! Вперед! Лес перед нами свободен и, без сомнения, нижний брод еще свободен.
— Если ты можешь проводить нас туда, то не все еще потеряно, — согласился поспешно Роланд. — Будь нашим проводником, и торопись, потому что я вижу, что мы скоро окажемся окружены со всех сторон.
Эти слова, сказанные быстро и озабоченно, показали Эдит, что ее брат начал смотреть на истинное положение вещей, как на нечто серьезное. И в самом деле, Роланд опасался не столько за себя, сколько за своих слабых спутниц, которые были не в состоянии противостоять нападению индейцев.
— Я проведу вас, — сказала Телия, — и надеюсь, что вы никогда не раскаетесь в том, что последовали за мною. Дикарям, наверное, не придет в голову подкарауливать нас около нижнего брода.
Маленький отряд тотчас же углубился в лес; вместе со всеми другими поехал и незнакомец, представившийся как Парден Фертиг. Вскоре Телия уклонилась на довольно большое расстояние от дороги, по которой они до сих пор ехали.
Пока они быстро скакали вперед, Парден Фертиг рассказывал капитану, на сей раз обстоятельно и подробно, о встрече с индейцами. Вслед за этим стал он рассказывать о других своих приключениях: как он вел торговлю в верховьях Огайо, как дикие еще раньше чуть не отняли у него все его имущество, и сетовал на свою злую судьбу, которая не раз сводила его с этой кровожадной породой людей. Роланд слушал его не безучастно, хотя изо всего того, что он слышал, он вынес впечатление, что Парден Фертиг чересчур боялся дикарей и что, в случае встречи с ними, мало можно рассчитывать на его помощь. Между тем внимание его было вскоре отвлечено совсем в другую сторону, так как Телия, которая до сих пор с большой уверенностью вела путешественников, вдруг начала колебаться и проявлять явные признаки замешательства.
И на самом деле, были достаточно серьезные причины для колебания.
Широкие и открытые поляны, через которые путешественники ехали, сузились, и все чаще прерывались кустарником; лес становился все гуще и мрачнее; местами стали попадаться обрывы и топкие болота, через которые трудно было найти себе дорогу.
— Телия, — спросил Роланд встревоженно, — неужели ты потеряла дорогу?
— Я совершенно смущена и напугана, — ответила Телия удрученно. — Мы давно уже должны были бы выехать на настоящую дорогу, которая мне в точности известна, но болота и овраги сбили меня с толку, так что я не представляю, где мы теперь находимся.
Этот ответ наполнил тревогой сердце Роланда, который слишком положился на знакомство Телии с местностью. Теперь ему приходилось снова самому вести отряд, что было особенно трудно в виду того, что солнце почти уже зашло, и день быстро склонялся к вечеру. Капитан поехал наудачу, полагаясь на счастье, и надеялся, что инстинкт его лошади доведет его до брода, который, как ему казалось, находился недалеко от них. Телия, которая в это время тоже оправилась от растерянности, ехала чуть впереди и зорко следила глазами, не выведет ли их какой-либо старый след на прежнюю дорогу.
В то время, как она, оглядываясь кругом, медленно подвигалась вперед, ее старый клеппер вдруг начал фыркать, становился на дыбы и выказывал другие признаки нетерпения. Обеспокоенный взгляд испуганной девушки перебегал с куста на куст, как будто она ежеминутно опасалась увидеть врага.
— Что случилось? — спросил Роланд, поспешив к ней. — Мы точно в заколдованном лесу, где наши кони пугаются, как и мы сами.
— Я боюсь, что вблизи индейцы, — сказала Телия дрожащим голосом.
— Пустяки! — воскликнул Роланд, поспешно оглядываясь и ничего не видя кругом, кроме открытого леса, который, казалось, не представлял защиты для подкарауливающего врага. Но в эту минуту Эдит схватила его за руку, и на ее лице появилось выражение отчаяния, причем она так испугалась, что ее дрожащие губы не в состоянии были произнести ни звука. Она пальцем указала на какой-то темный предмет, и Роланд содрогнулся, увидев индейца, который лежал растянувшись под деревом, наполовину прикрытый зеленой веткой, которая, вероятно, была наложена посторонней рукой, потому что когда Роланд пристальнее посмотрел на него, то он, к удивлению своему, увидал, что краснокожий мертв.
— Палач до нас побывал здесь, — воскликнул он. — Человек этот уже скальпирован!
Он подъехал ближе к дереву. Остальные следовали за ним. С содроганием увидали они труп рослого индейца, уткнувшегося лицом в древесные корни. Кровь еще струилась с его раздробленного и оскальпированного черепа. На земле валялись разбросанные обломки ружья, сломанная пороховница, расщепленный нож, рукоятка томагавка и некоторые другие испорченные принадлежности, которые, без сомнения, были разломаны неизвестным победителем. Убитый воин, по-видимому, пал после жестокой схватки. Земля, на которой он лежал, была взрыта и притоптана, а руки его, судорожно захватывавшие землю, были обагрены или собственной его кровью или кровью его противника.
В то время как Роланд с отвращением созерцал жуткое зрелище и раздумывал о том, каким образом погиб несчастный, он заметил с отчаянием, что дрожь пробежала по телу, бывшему, по-видимому, безжизненным. Судорожно сжатые руки раскрылись, раздался глухой стон, и индеец, опираясь на руки, поднялся во весь рост и показал изуродованное, обагренное кровью, лицо. Это было последним его движением. Он упал навзничь, вытянулся и испустил со стоном последний вздох. Теперь зрители увидели то, чего они раньше не могли видеть: два кровавых разреза на груди мертвеца. Они имели форму креста. Роланд невольно содрогнулся с суеверным ужасом, а Телия в отчаянии воскликнула:
— Знак Дшиббенёнозе. Лесной дух снова бродит по лесу!
Глава VI
Преследователи
Капитан Форрестер, в сущности, был всего менее склонен к суеверию и сумел поэтому побороть свой первый испуг при виде знаков Дшиббенёнозе. Он соскочил с лошади и внимательно осмотрел мертвеца, причем ему было совершенно непонятно, как мог быть убит человек так близко от него, и до слуха его не донесся шум борьбы. На правом плече убитого он нашел рану от пули, которая, по индейскому обычаю, была заткнута листьями и травами; но вид этой раны доказывал, что дикарь получил ее в одном из прежних сражений. Смерть его произошла, несомненно, от удара топором по затылку, и это объяснило Роланду, почему он и его спутники не слыхали, что так близко от них был убит человек, и почему не слышно было выстрелов. Но тем непонятнее для него было то обстоятельство, как мог враг подойти к убитому так близко, чтобы ружье не понадобилось ему для того, чтобы расправиться с краснокожим. Он так много слышал о хитрости и осторожности диких, что считал бы совершенно невозможным такое событие, если бы у него перед глазами не было доказательства истинности происшедшего.