Эдвард Сиборн – Маяк (страница 5)

— Возможно. Но не только. — Нэш убрал символ. — Алекс. Восемнадцать смертей на Сфере за три года. Это требовало ресурсов. Связей. Возможности действовать незаметно в закрытой среде. — Пауза. — Это не маленькая группа людей.

— Организация.

— Старая организация. Очень старая — если они знают о протоколе маяка и охраняют его тайну. — Нэш посмотрел на маленькую Еву. — Они убили твоих родителей чтобы протокол не вышел наружу. Когда узнают что он передан тебе — придут за тобой.

— Я понимаю, — сказала маленькая Ева спокойно.

— Это не пугает тебя?

Она подумала секунду. По-настоящему подумала — не для вида.

— Пугает, — сказала она честно. — Но не так как должно бы. — Пауза. — Мой отец знал что его убьют. И всё равно сделал. Значит считал что это важнее страха. — Она посмотрела на Алекса. — Папа. Что в протоколе? Что такого важного что за ним охотятся восемь тысяч лет?

— Это следующий вопрос, — сказал Алекс. — И у меня есть идея где искать ответ.

— Где?

— Там откуда всё началось, — сказал он. — На Сфере. — Пауза. — Там есть Дин. Он знал твоего отца. И там есть большая Ева — она помнит каждого кто жил на Сфере. — Он посмотрел на дочь. — И там есть ты сама — через сны. Всё что нам нужно знать — уже внутри тебя. Просто нужно научиться читать.

Маленькая Ева смотрела на него. Потом кивнула — медленно, серьёзно.

— Тогда нам нужен «Маргарис», — сказала она.

— Нам нужен «Маргарис», — согласился Алекс.

— Она в доке?

— В доке. Станция «Гермес», ярус семь.

— Давно стоит?

— Три года.

— Герри знает что мы забираем корабль?

— Ещё нет.

Маленькая Ева чуть улыбнулась.

— Он обрадуется.

— Герри никогда не радуется, — сказал Нэш.

— Он обрадуется, — повторила она. — Он три года скучает по двигателям.

Нэш посмотрел на Алекса. Алекс пожал плечами.

— Она права, — сказал он.

Герри Сатердей ответил на звонок после первого гудка.

Это само по себе было показательно — Герри не отвечал быстро никогда. Обычно три-четыре гудка, иногда пять. Если занят в машинном — мог не ответить вообще. Один гудок означал что он ждал.

— Алекс, — сказал он. Голос — ровный. Но что-то в нём было.

— Герри. Как ты?

— Нормально.

— Как Зара?

— Хорошо. Кормит всю Сферу. — Пауза. — Алекс.

— Что?

— Зачем звонишь.

— Нам нужен «Маргарис».

Молчание. Долгое — для Герри это было как монолог.

— Когда? — спросил он наконец.

— Как можно скорее.

— Я на Сфере.

— Знаю.

— До станции «Гермес» — трое суток варп-ходом.

— Знаю.

— Алекс.

— Что?

— «Маргарис» три года в доке. Ему нужна профилактика. Минимум двое суток на месте.

— Пять суток итого.

— Да.

— Хорошо. Вылетай сейчас.

Снова молчание.

— Серьёзно? — спросил Герри. И в его голосе — под слоем ворчания — было что-то тёплое. Живое.

— Серьёзно, — сказал Алекс. — Герри. Ты скучал по двигателям?

Долгая пауза.

— Нормально скучал, — сказал Герри.

— Это «да»?

— Это «нормально скучал». — Пауза. — Вылетаю через час. Скажи Рэй чтобы подготовила запрос на техническое обслуживание — мне нужен доступ к складу запчастей на «Гермесе».

— Скажу.

— И Алекс.

— Что?

— Маленькая Ева летит?

— Летит.

— Хорошо, — сказал Герри. И отключился.

Алекс убрал коммуникатор. Посмотрел на дочь которая слышала весь разговор.

— Я же говорила, — сказала маленькая Ева.

— Говорила, — согласился Алекс.

Большая Ева узнала последней.