Эдвард Ли – Адский Ангел (страница 11)

- Эй, приятель! Как насчет того, чтобы пойти и снять пару шлюх?

Райан отступил назад. "Почему здесь два Купера?" - прямо спросил он себя. Затем еще немного отступил.

Купер, казалось, из ниоткуда достал мясницкий тесак внушительных размеров и, не теряя времени, бросился к своему напарнику, размахивая тесаком взад-вперед так быстро, что лезвие превратилось в размытое пятно.

- Надо свинью порезать!

Когда Райан разрядил свой револьвер в грудь Купера, тот просто продолжал приближаться. Странно, однако, то, что выходило из смертельной раны в груди. Не кровь, как можно было бы ожидать, а какое-то странное органическое пюре, похожее на рыхлый мясной фарш. Но это не очень... хорошо пахло. Теперь Купер гонялся за Райаном вокруг патрульной машины, бешено размахивая тесаком, но когда из его груди вытекло достаточно этого пюре, он начал колебаться, а затем рухнул. То, что преследовало Райана около машины, явно было не настоящим Купером, а каким-то мешком ожившего мяса, похожим на Купера. Теперь, конечно, после всего, что он видел здесь, Райан был в шоке, и он в любом случае не сможет понять объяснение: злой двойник Купера был чем-то известным как гекс-клон.

Райан не был уверен, что это было, что в конечном итоге преследовало его или что это вообще могло быть, но он знал: в одно мгновение он стоял там физически невредимым, в следующее мгновение был парализован на земле, как и старик, схватившись за живот. Вокруг него суетились приземистые фигуры. Что-то вспороло ему живот, и теперь те же самые фигуры жадно вытаскивали его внутренности из раны, препираясь.

- Дай мне селезенку, дай мне селезенку! - настаивал один.

- Чур, мне кишечник, - объявил другой. Еще больше злых голосов затрепетало вокруг, когда Райан просто вздрогнул на месте. Они с ликованием разбирали его, добывая человеческие кишки, как ненасытные сборщики хлопка. Двое дрались за то, что, должно быть, было его тонким кишечником: "Отпусти, отпусти! Он мой!" и "Нет, не твой! Отдай его мне, ублюдок!" Это было перетягивание каната.

- Эй, приятель, - прошептал ему еще один нечеловеческий голос. - Мы продадим твои кишки Антропоманту. Они хорошо платят за человеческие кишки. Они используют их, чтобы читать будущее, а затем посылают гонцов, чтобы сообщить о результатах Люциферу. Спасибо за сотрудничество, приятель...

Несмотря на непонимание, для офицера Райана это было почти все. Выпотрошенный, он лежал, умирая, кровь свободно сочилась из его ужасной раны. Неужели в крови копошатся клещи? Все произошло так быстро, что он даже не успел ничего подумать. Когтистая рука вытащила из кармана пачку денег - за крэк, которые он получил от Датча, но тут он услышал гортанное шипение. "Это не адские твари! Черт! Что мне делать с этим дерьмом? Подтереть им задницу?" Шаги затихли вдали.

Затем Райана утащил кто-то... ну, не совсем понятно кто. На самом деле это была женщина-Гуль, гладкая в своей мускатного цвета коже, нежная и даже сладострастная, с дерзкой грудью, похожей на твердый фрукт на ребристой груди. Она посмотрела на него сверкающими, размером с бильярдный шар, турмалиновыми глазами и нахмурилась.

- Я бы съела тебя сама, но за твое мясо я получу больше денег на мясокомбинате.

Райан все еще не понимал. В реальном мире да и в этом жутком кошмаре, казалось, никого не волнует ничего, кроме денег.

С залива налетел порыв ветра, выдувая огромные дыры в ядовитом дыму, и последним, что осталось в памяти Райана, был вид центра Даннеллтона: городская площадь, городская ратуша, причудливые кафе и бистро, магазин "Шелл" и немецкий бар, где он выпил не одну кружку Битбургера. Теперь он весь тлел, а за ним стояли мрачные серые небоскребы, которые, казалось, наклонялись то в одну, то в другую сторону под самыми странными углами.

Это была большая проблема.

В центре Даннеллтона не было небоскребов.

Уолтер вынул маленькие миндально-коричневые таблетки. Нет, он не совершал самоубийство - для этого он купил дробовик, красивый новенький помповый Ремингтон-870. Таблетки представляли собой фумарат железа - обычную добавку к железу - потому что Уолтер, по словам врача, к которому его направил Колин, страдал легкой анемией. Это можно было понять, просто взглянув на него. Его рыжие волосы и без того светлый цвет лица, казалось, резко подчеркивали его стереотипную бледность студента-задрота, никогда не выходящего на солнце, даже живя в гребаной Флориде. Восемнадцатилетний и тощий, как Икабод Крейн. Веснушки. И ноль самооценки. Не имело значения, что у него был самый высокий IQ среди всех, включая старших профессоров, в Университете Южной Флориды. Его любовь была единственным, что имело значение, и именно поэтому он собирался убить себя.

Уолтеру Грею не нужно было жить в общежитии в Моракис-холле; его брат Колин поселил бы его в роскошной квартире прямо на берегу, если бы он этого хотел, но Уолтер знал, что ему нужно лучше приспособиться к обществу. Он хотел встречаться с людьми, быть частью "тусовки", заводить друзей и тусоваться. Поначалу ничего из этого не получалось; Уолтер был чудаком во всех смыслах этого слова и, следовательно, объектом всех розыгрышей, какие только могли придумать студенты колледжа. Собачье дерьмо в кроссовках, ящерицы-анолы на чизбургерах в столовой, острый соус в спортивном ремне, шарики с водой, полные патокой, упавшие ему на голову из окон общежития, когда он возвращался с занятий. Однажды ночью кто-то из парней на его этаже заклеил его учебники по физике, как раз когда Колин вошел посмотреть, как идут дела. Колин выглядел слабаком точно так же, как и Уолтер, но Колину было на это наплевать. Когда ты мультимиллионер, тебя это не волнует.

- Эй, придурки, - сказал Колин виновникам мучений Уолтера той ночью. - Любой, кто свяжется с моим братом, получит пинок под зад.

Один из студентов бросил вызов хрупкому телосложению Колина:

- От кого? От тебя?

- Нет, не от меня, - ответил Колин. - От них. - Затем Колин жестом указал на других джентльменов, которые только что вошли в комнату вслед за ним: четыре внушительно выглядящих байкеров из местной мотоциклетной банды под названием "Декапитаторы Сент-Пита". Один из них быстро пробил дыру в стене, как по команде. Затем другой с треском открыл десятидюймовый клинок. На лезвии ножа была ржавчина или засохшая кровь?

- Уолтер - наш друг, - сказал он умудренному опытом студенту голосом, опаленным многолетним пьянством. - Если ты когда-нибудь причинишь ему неприятности, - байкер усмехнулся сквозь черные зубы, - я отрежу тебе член и заставлю твою мамашу отсосать его.

Видите ли, Колин просто нанял байкеров, чтобы доказать свою точку зрения - заплатил им довольно хорошо - и он нанял бы их снова, если бы потребовались более серьезные услуги. Хотя они еще ни разу не требовались.

Но к тому времени, когда Уолтер понял, что его вряд ли кто-нибудь примет в обществе, он встретил Кэндис.

"Девушка всех моих давних мечтаний", - с тоской подумал он сейчас, с любовью в сердце и ружьем 12-го калибра в руке.

Да, Кэндис.

Адриатически-голубые глаза, длинные светлые волосы ниже талии, рост пять футов с половиной. Красивая, как одна из тех моделей бикини в журнале Hot rod. Кэндис изучала общие науки и в свои двадцать шесть лет могла похвастаться тем, что была самой старшей второкурсницей в настоящее время. Родители отправили ее в университет, чтобы помочь ей найти свои истинные способности и не допустить ее развращения - ее физического тела - из своего особняка в Норт-Хэмптоне, штат Нью-Йорк, на пляже. По правде говоря, ее таланты были скорее гуманитарными, чем академическими, что мог подтвердить практически любой спортсмен-мужчина в университете и, черт возьми, почти каждый инструктор-мужчина. На самом деле она знала, что если бы действительно приложила усилия, то, вероятно, смогла бы добиться более быстрого окончания школы, но ее мнение было таково: к чему такая спешка? Несмотря на то, что Кэндис существовала как воплощение всех сексистских клише, она была вполне довольна этим. Ей это нравилось.

И Уолтер любил ее. Он искренне верил в любовь с первого взгляда, потому что чем еще могут быть эти чувства, как не любовью? Он понял, что любит ее, с того самого момента, как впервые увидел в студенческом холле, где она смотрела повторы "Голливудских квадратов", вместо того чтобы делать домашнее задание. Уолтер пил Маунтин Дью и пролистывал главу о молекулярном владении цезием и его связи с низкоионизационными энергетическими полями. Это было проще простого. Когда он поднял глаза, то увидел, что самая красивая девушка, которую он когда-либо видел в свои восемнадцать лет, сидит за тем же столом, прямо напротив него. Она улыбнулась ему - это была грустная улыбка, но все же улыбка - а потом откинула со лба прядь блестящих светлых волос и сказала:

- Привет.

У Уолтера чуть не случился припадок, когда она сказала ему это единственное простое слово. Он мгновенно вспотел, его даже затрясло, и когда он открыл рот, чтобы ответить на ее приветствие, из него вырвалось что-то вроде:

- Э-э-э...

- Меня зовут Кэндис, - сказала она потом. - А тебя как?

- У-у-у-у... - наконец выдавил он. - Уолтер.

Она почесала в затылке и вытащила блокнот на спирали.