Эдвард Карп – Четыре хвоста. Тайна птичьего холма (страница 3)
Впереди была уютная заводь, в которую из большой трубы бежала вода. Здесь ручей заканчивался, вернее, отсюда брал начало – из этой самой трубы. Эдвард заплыл в заводь и наконец смог расслабить плавники и хвост. Вокруг раскинулись идеально ровные лужайки с дорожками для прогулок и бега. А за деревьями возвышались небоскрёбы.
– Ух ты, – протянула капибара, запрокинув голову. – Какие они красивые!
У заводи толпилась компания розовых фламинго. У одной из них на шее висела камера, и Фламинго крылом показывала своим сородичам, как им встать, чтобы они поместились в кадр на фоне небоскрёбов.
– Смотрите! – сказал Эдвард. – У них крылья и клювы! Это не те самые птицы?
– Не думаю, они какие-то слишком… длинные, – задумался Енот. – Впрочем, было темно…
– Наверняка они что-нибудь знают, они же птицы! – сказала Оливия и направилась к той Фламинго, которая держала камеру, решив, что эта птица главная в стае. – Добрый день! Меня зовут Оливия. Птицы похитили нашу очистительную сетку, и теперь наш пруд в опасности. Вы не знаете, куда они её унесли?
– Простите? – переспросила Фламинго.
– Не надо делать вид, что вы меня не понимаете, мы все говорим на одном языке, – сказала наученная опытом капибара. Енот с интересом наблюдал за ними.
– Но я вас совершенно не понимаю! – вскричала Фламинго. – Откуда мне знать, кто взял вашу сетку?
– Но вы же птица, – сказала Оливия. – Птицы украли сетку.
– И что с того? – оскорбилась Фламинго. – Я что, должна отвечать за всех птиц? Да вы знаете, сколько птиц на свете? И все разные! Вот вы же не отвечаете за всех свиней на планете!
Оливия задохнулась от обиды.
– Но я капибара, а вовсе не свинья!
Енот подавился смехом, но сделал вид, что кашлянул. А Эдвард заметил:
– Ну, формально капибары относятся к роду водосвинок, так что…
Но Оливия так на него посмотрела, что он тут же умолк.
– Дамы, дамы, давайте начнём сначала, – примирительно сказал Енот, встав между капибарой и Фламинго. – Мы ни в коем случае не хотели вас обидеть. Просто собираем сведения: вы случайно не видели птиц с большой квадратной сеткой?
– Нет, – отрезала всё ещё сердитая Фламинго и пригладила растрепавшиеся перья. – Мы туристы, прилетели сегодня утром и ещё толком ничего не видели. А что, у вас тут высокий уровень преступности?
– О нет, мадам, это исключительно редкий случай, – успокоил её Енот. – Давайте я лучше вас всех сфотографирую!
Фламинго сбились в кучу и с удовольствием позировали – то на одной ноге, то на двух, то сели на шпагат, то выстроились пирамидой, как профессиональные акробатки. Когда фотосессия наконец завершилась (у Енота уже лапы отваливались от усталости), главная Фламинго, забирая свою камеру, сказала Еноту и капибаре:
– И что, даже всеведущий Робопёс не знает, где ваша сетка?
– Кто-кто? – хором спросили «детективы».
– Как? Вы его не знаете? Мы встретили Робопса на лужайке возле того здания. Он подсказал нам, какими будут температура воздуха, скорость ветра и осадки в ближайшие дни. И где находятся лучшие смотровые площадки и ближайший водоём. Он знает всё на свете! – воскликнула Фламинго, и её спутницы закивали. – Ну, нам пора! Пусть сетка найдётся!
И фламинго засеменили к следующей достопримечательности.
– Скажите, я что, правда похожа на свинью? – спросила Оливия. – Просто капибары – не свиньи, а грызуны!
– Ты похожа на грызуна, – заверил её Енот.
– Правда? – улыбнулась Оливия.
– Честное слово. А вот как вы думаете, этот Робопёс или как его там действительно знает всё на свете? Вот прямо-таки всё-всё?
Эдвард, казалось, его не слушал. Он печально взглянул на небоскрёб и сказал:
– Я не могу идти дальше: ручей кончается здесь.
– Но, Эдвард… Погоди, сейчас мы что-нибудь придумаем! Мы же команда, верно? – Капибара выразительно посмотрела на Енота.
– Ну, это громко сказано, – пробормотал Енот, отводя взгляд. Тут он увидел, как женщина что-то выбросила в мусорку. – Постойте, кажется, у меня есть идея!
Енот сбегал к мусорке, порылся в ней и достал оттуда прозрачный пакетик. Он зачерпнул в пакетик воды из заводи и с торжествующим видом предъявил Эдварду и Оливии.
– Как насчёт этого?
– Ну… э-э-э… – неуверенно начал Эдвард.
– Я могу его помыть! – сказал Енот и принялся полоскать пакет в заводи. – Во! Как новенький!
– Ну уж нет! Эдвард не будет сидеть в тесном пластиковом пакете, – заявила Оливия. – Это опасно для жизни!
Эдвард посмотрел на неё с благодарностью. Перспектива оказаться в завязанном маленьком пакете наводила на него ужас.
– Ну, знаете! Городские рыбы всегда путешествуют в пакетах с водой, – сказал Енот. – Постоянно вижу, как очередная рыба выезжает в пакете из зоомагазина. Смотрите, я важная рыба, у меня личный человек-носильщик!
– То есть ты знаешь, где тут находится зоомагазин? – оживился Эдвард.
– Конечно! А вы что, не знаете? Где же вы берёте вкусняшки? Я там ещё присмотрел себе блестящий комбинезон.
– Круто! А что ещё в нём есть? – спросила капибара.
– Да чего только нет! Когтеточки, плюшевые лежанки, игрушки, печеньки, всякие аксессуары, аквариумы…
– Аквариумы? Это интересно! – сказал Эдвард.
– Ага! Круглые, квадратные, да какие хочешь, – продолжал Енот. – Стой, ведь ты можешь путешествовать в аквариуме!
– Точно! – обрадовалась Оливия.
– Только чтобы купить аквариум, нужны деньги, – сказал Эдвард и приуныл.
– Ждите здесь, скоро вернусь! – выпалил Енот и побежал в сторону городской площади.
Глава 5. Битва за аквариум
При появлении Енота стеклянные двери зоомагазина любезно разошлись в стороны, приглашая его в царство вкусняшек и стильных собачьих костюмчиков. Единственный консультант, человек в фирменной кепке зоомагазина, сидел за кассой и сосредоточенно играл на телефоне.
Енот лукаво улыбнулся и побежал вглубь магазина. Ветерок из кондиционеров приятно холодил шерсть, а от умопомрачительного запаха мясных крекеров кружилась голова. На мгновение Енот даже забыл, зачем он здесь, но встряхнулся, чтобы прийти в себя, и двинулся между стеллажами на поиски аквариума.
По дороге ему попадались мягкие домики для котов и жутковатые железные клетки для птиц.
«Опасные существа эти птицы, даже люди, вон, держат их за решёткой!» – подумал Енот, и его передёрнуло: воображение живо нарисовало стаю птиц, клацающих клювами у него перед мордой.
Тут его слух уловил размеренное бульканье аквариумных фильтров, и Енот свернул в соседний отдел. Чего тут только не было! Сетки с галькой, ракушки, искусственные водоросли, маленькие подводные крепости и целый стеллаж новеньких аквариумов.
На нижних полках стояли большие прямоугольные аквариумы. Енот примерялся к ним так и сяк, но понял, что такую махину ему не поднять, не говоря уж о том, чтобы дотащить до заводи. На средних полках аквариумы были поменьше, но тоже тяжёлые на вид, а вот на самой верхней полке Енот заметил компактные круглые аквариумы – в самый раз!
Он приноровился, подпрыгнул и принялся карабкаться на верхнюю полку. Только он протянул лапу к круглому аквариуму, как сверху раздался раздирающий уши птичий крик:
– А! А!
У них тут что, птицы вместо сигнализации?! От неожиданности Енот сорвался со стеллажа и рухнул на пол. Встряхнувшись, он мстительно посмотрел вверх, выискивая глазами бешеную птицу.
Но вместо птицы увидел, что круглый аквариум пошатнулся и летит с верхней полки прямо ему на голову. БАМ! В следующую секунду Енот стал похож на космонавта в скафандре.
– А! А! – снова заорала птица. Это был большой белый попугай с жёлтым хохолком-ирокезом. Он выставил когти и спикировал на Енота.
Енот сжался и зажмурился, но птичьи когти стукнулись об аквариумное стекло и не пробили его.
– Ха-ха! – победно вскричал Енот, вскочил на задние лапы и побежал к выходу.
Попугай гнался за ним, сметая крыльями игрушки и пакеты с кормом. Енот петлял между стеллажами, чтобы запутать птицу. Сверху на него градом сыпался сухой корм – наверное, попугай разорвал пакет клювом. Енот попытался ловить корм ртом, но без толку – у него же на голове был аквариум!
– Что за шум? – Консультант отложил телефон и быстро зашагал к стеллажам.
Попугай снова спикировал на Енота и клюнул в аквариум. Енот схватил с пола пригоршню корма и запульнул в попугая. Тот увернулся, но угодил прямо в клетку. Дверца захлопнулась, и попугай заметался внутри, истошно выкрикивая своё «А! А! А!».