Эдуард Веркин – снарк снарк. Книга 2. Снег Энцелада (страница 105)
Аглая достала ватную палочку, приблизилась к Хазину, зачем-то опять огляделась и сунула палочку Хазину в рот.
— Надо со щеки, — посоветовал Роман. — Со слизистой оболочки…
— Сделай сам, если такой умный! — огрызнулась Аглая.
Она попыталась пошевелить палочкой и весьма нелепо упустила ее Хазину в рот.
Роман хихикнул. Аглая нахмурилась.
— Да фиг с ним, — махнул я рукой. — Плевать, пускай подавится…
— Нет, так нельзя…
Аглая достала из кармана пинцет, все предусмотрено.
Аглая с трудом протиснула пинцет между зубов Хазину и стала ловить в глубине палочку. В ответ на эти манипуляции в голове Хазина что-то щелкнуло, пинцет завяз в зубах. Аглая дернула сильнее, безрезультатно. Похоже, у Хазина стояла металлокерамика, обычные зубы такого натиска не выдержали бы.
— Ребят, помогите! Застрял пинцет…
— Надо сбоку нажать, — снова посоветовал Роман. — Челюсть и отклячится.
Аглая намотала на палец платок и нажала на щеку. Хазин не прореагировал.
— Не открывается, — пожаловалась Аглая. — Окостенел…
— Надо разжать, — посоветовал Роман.
Аглая была растеряна. И теперь я отобрал у нее плоскогубцы. Несколько поколебался, хотя, думаю, Хазин не очень сомневался бы. Я ухватил пинцет плоскогубцами, тянуть не стал, провернул. Фарфоровый треск, верхние резцы раскололись, пинцет освободился, я передал его Аглае.
Рот Хазина стал похож на черную щербатую прореху, словно он был наполнен гудроном, и этот гудрон вытекал из уголка рта.
Роман блеванул на пол.
— Палочку, — попросил я.
Аглая вручила новую палочку.
— Извините, — сказал Роман. — Мертвецы…
Он поднял резиновый шланг, открыл кран и принялся смывать свой казус.
Я сунул палочку в пасть Хазина и покрутил, стараясь попасть в щеку изнутри.
Моя бабушка была необыкновенно умна, она не хотела, чтобы я видел ее мертвой. Нет ничего отвратительнее мертвеца.
Аглая держала пробирку, я опустил в нее палочку.
Нет ничего безнадежнее мертвеца.
— В племени роанок мертвеца привязывали к коню, — сказал вдруг Роман. — То есть сажали на коня и покрепче привязывали, и труп ездил до тех пор, пока не отваливался где-нибудь подальше… в Саскачеване…
— Предлагаешь его привязать к коню? — спросил я.
— Да не, я так…
— Можно не к коню, — сказала Аглая. — Можно к рефрижератору.
Привязать Хазина к дрезине и отправить в Саскачеван. Кстати, про привязать. Я достал из кармана кусок шпагата.
— Зачем? — спросила Аглая.
— Ноги связать, — тут же пояснил Роман. — А то начнет таскаться…
Послышался скрежет двери, за скрежетом крепкий голос:
— Кто тут?
Я спрятал шпагат в карман.
Скудельник пожаловал вовремя.
Роман выразительно покосился на шкаф. Я тут же представил, как мы его откроем, а там обнаружится божедомский набор — пилы, топоры, долота и блестящая лучковая пила. Не уместимся.
— Не дергаемся, — прошептал я. — Рома, ты снимай, а ты, Аглая записывай в блокнот.
И стал громко диктовать:
— Пункт двенадцатый, обувь, протоколируем, не спим! Личная обувь, равно как и носки, отсутствует. Между тем, по показаниям свидетелей, на субъекте имелась итальянская пара, предположительно мастерской «Буратти». В данный момент на ноги покойника надеты одноразовые бумажные тапки…
Роман снимал, Аглая записывала.
— Это морг, здесь нельзя…
Голос не очень настаивал, и я понадеялся, что в морг скудельник не полезет, но попался настырный. Видимо, специалист широкого профиля, он напоминал работника пилорамы, механизатора и электрика — роба была перепачкана маслом и опилками, а на поясе болтались верхолазные кошки.
— Одноразовые тапки, — повторил я. — Пункт тринадцать. Кольцо белого металла, предположительно платина с изумрудом на безымянном пальце левой руки отсутствует. Отсутствует кольцо, сделай крупно…
Роман крупно снял палец левой руки.
— А вы кто? — спросил скудельник. — Вы почему здесь?
— Часов еще нету, — сказал Роман. — А часы были, между прочим.
— Часы точно были, — Аглая записала в блокнот.
— Где часы? — спросил я у скудельника.
— Часы, костюм, туфли, — стала перечислять Аглая. — Запонки, перстень, бумажник, телефон с инкрустацией белого золота, где все эти вещи?
Мы с дружной укоризной обратились к визитеру.
— Это не я, — судя по голосу, скудельник был не рад, что сунулся.
— Как вас зовут? — Роман перевел на скудельника телефон.
— Я тут вообще только убираюсь… А как вы сюда проникли?
Я вынул свой телефон и спросил:
— Сватова набрать?
Скудельник поспешно удалился.
— Кстати, о Сватове… — Аглая указала пинцетом. — Вот, посмотрите…
Пальцы на левой руке Хазина были слегка синими.
— На правой тоже.
Точно, и правая рука мертвеца перепачкана синим.
— Это чернила, — сказала Аглая.
— Пальцы? — спросил я.
— Похоже, Федя не удержался, — ухмыльнулся Роман. — Откатал… Кстати, напоминаю, пора валить — дэдкипер сейчас вовсю барабанит руководству больницы…
— Зачем ему отпечатки Хазина? — Аглая протирала руки бактерицидными салфетками.