Эдуард Сероусов – VIP-зона (страница 6)

– Послушайте, Игорь Николаич, – Максим перешел на более официальный тон, – я ценю ваше мнение, правда. Но решения о стратегическом развитии ресторана принимаю я. И я считаю, что нам нужно двигаться вперед. Если вы не готовы к изменениям…

– То что? – Ветров прищурился. – Уволишь меня? Заменишь каким-нибудь модным шефом, который будет готовить то, что хотят твои новые друзья?

– Я не это имел в виду, – Максим почувствовал укол совести. – Просто мир не стоит на месте. Мы должны развиваться, чтобы оставаться на вершине.

– Знаешь, в чем проблема, Максим? – Ветров встал, собираясь уходить. – Ты путаешь развитие и приспособленчество. Развитие – это когда ты становишься лучше, оставаясь верным себе. А приспособленчество – это когда ты меняешься, чтобы угодить другим. И судя по всему, – он кивнул на новые швейцарские часы на запястье Максима, – ты выбрал второй путь.

С этими словами он вышел, оставив Максима одного на пустой кухне. Слова шефа задели за живое, но Максим быстро подавил чувство вины. Ветров просто не понимал. Не понимал, какие возможности открывались сейчас перед ними, какие перспективы. Иногда приходится идти на компромиссы, чтобы двигаться вперед. Это просто бизнес, ничего личного.

Максим еще раз просмотрел новое меню. Может быть, Ветров и прав насчет молекулярной кухни – это действительно не стиль "Истока". Но некоторые изменения все же стоило внести. Барский упоминал, что хотел бы видеть в меню больше деликатесов – икры, трюфелей, фуа-гра. "Люди моего круга готовы платить за эксклюзивность," – говорил он. И Максим был готов им это предоставить.

– Поздравляю с первой публикацией в "Эксклюзиве", – Барский поднял бокал. – Марина сделала отличный материал. Ты выглядишь на фотографиях как настоящая звезда.

Они сидели в VIP-ложе стадиона "Лужники", наблюдая за футбольным матчем между сборными России и Бразилии. Барский арендовал всю ложу для своих гостей – около двадцати человек, включая нескольких министров, пару известных актеров и, конечно, Максима, который теперь был постоянным членом этой компании.

– Спасибо, – Максим улыбнулся, чокаясь с Барским. – Хотя должен признать, я не узнал себя в некоторых цитатах.

Интервью для журнала "Эксклюзив" было организовано Анжелой. Марина Соколова, главный редактор, лично приехала в "Исток", чтобы побеседовать с Максимом о его пути к успеху. Результатом стала шестистраничная статья с профессиональными фотографиями и громким заголовком: "Максим Краснов: Русская мечта в действии". История детдомовца, ставшего одним из самых успешных рестораторов страны, была подана именно так, как хотел Барский – как доказательство того, что в России каждый может добиться успеха, если будет достаточно трудолюбив и талантлив.

– Журналисты всегда немного приукрашивают, – отмахнулся Барский. – Важен общий посыл. И он отличный.

Максим кивнул, хотя внутренне его все еще беспокоили некоторые моменты. Например, в статье утверждалось, что он "благодарен государству за поддержку молодых предпринимателей", хотя на самом деле ни о какой государственной поддержке речи никогда не шло – всё, чего он добился, было результатом его собственного труда и нескольких частных инвестиций от знакомых. Но Барский настоял, чтобы эта деталь была включена в материал.

– Кстати, – Барский понизил голос, хотя в шуме стадиона их всё равно никто не мог услышать, – я говорил с Сергеем Викторовичем о твоем новом проекте. Он заинтересовался.

Сергей Викторович – тот самый заместитель министра, с которым Максим познакомился в "Олимпе". В последние недели они несколько раз встречались в неформальной обстановке, и Максим рассказал ему о своей идее нового ресторана – "Красного".

– Это хорошие новости, – осторожно ответил Максим.

– Более чем хорошие, – Барский улыбнулся. – Он готов помочь с получением всех необходимых разрешений в ускоренном режиме. И, возможно, с финансированием через один из государственных фондов поддержки малого бизнеса.

Максим удивленно поднял брови:

– Но ведь я не подходу под критерии малого бизнеса. И потом, я планировал финансировать проект самостоятельно.

– Не будь идиотом, – беззлобно сказал Барский. – Если тебе предлагают деньги на льготных условиях, бери не задумываясь. К тому же, это будет отличным пиар-ходом – еще одно доказательство того, как государство поддерживает талантливых предпринимателей.

– А что взамен? – прямо спросил Максим.

Барский одобрительно хмыкнул:

– Вот за это я тебя и ценю, Краснов. Всегда смотришь в корень. Взамен – несколько услуг. Во-первых, "Красный" должен стать площадкой для неформальных встреч определенных людей. Во-вторых, иногда тебе придется выступать на различных форумах, рассказывая о своем успехе. И в-третьих, – он сделал паузу, – мне нужен надежный партнер для одного проекта, о котором мы поговорим позже.

Максим почувствовал легкое беспокойство. Первые два пункта звучали вполне разумно, но третий был слишком расплывчатым. Что за проект? И почему Барский не хочет обсуждать его сейчас?

– Я подумаю, – сказал он.

– Конечно, – легко согласился Барский. – Но не думай слишком долго. Такие предложения имеют ограниченный срок действия.

В этот момент российская команда забила гол, и стадион взорвался аплодисментами. Барский встал, аплодируя вместе со всеми, а затем повернулся к другим гостям, явно считая разговор с Максимом оконченным.

Максим остался сидеть, глядя на поле, но не видя игры. Он думал о том, как стремительно меняется его жизнь. Еще три месяца назад он был просто успешным ресторатором, строившим планы на будущее. Теперь же он сидел в VIP-ложе рядом с одним из самых влиятельных людей страны, обсуждая проекты, о которых раньше не мог и мечтать.

Это было похоже на американские горки – захватывающе и немного страшно одновременно. Но разве не об этом он мечтал? Разве не к этому стремился? Быть принятым в высшее общество, стать "своим" среди тех, кто управляет страной?

К нему подсела Анжела, элегантная даже в casual-одежде – джинсах от Balmain и кашемировом свитере.

– О чем задумался? – спросила она, касаясь его руки. В последнее время такие прикосновения стали обычным делом, хотя Максим старался не придавать им значения – Анжела была женщиной Барского, и заигрывать с ней было бы не просто глупо, а самоубийственно.

– О том, как быстро всё меняется, – честно ответил он.

– Привыкай, – она улыбнулась. – В нашем мире всё происходит быстро. Возможности, деньги, связи – они приходят мгновенно. И так же мгновенно могут исчезнуть.

– Звучит как предостережение.

– Скорее как дружеский совет, – Анжела наклонилась ближе, и Максим снова уловил аромат её духов. – Пользуйся моментом, Макс. Бери всё, что предлагает тебе жизнь. И помни – в этом мире нет ничего важнее лояльности.

– Лояльности к кому? – спросил он, хотя уже знал ответ.

– К тем, кто открывает перед тобой двери, – просто ответила она и кивнула в сторону Барского, который в этот момент что-то оживленно обсуждал с министром.

Максим проследил за её взглядом. Барский поймал его взгляд и слегка кивнул – жест, в котором одновременно читались одобрение и предупреждение. Словно говоря: "Ты один из нас, но не забывай, кому обязан этим статусом".

– Я понимаю, – сказал Максим, поворачиваясь к Анжеле. – И я благодарен за всё, что вы для меня делаете.

– Просто не разочаруй нас, – она мягко сжала его руку и встала, направляясь к Барскому.

Максим остался сидеть, наблюдая за игрой и размышляя о цене, которую придется заплатить за право быть "среди своих". Пока эта цена казалась разумной – лояльность, некоторые компромиссы, участие в проектах Барского. Но интуиция подсказывала, что это только начало, что настоящий счет еще не предъявлен.

И все же, глядя вокруг – на министров, олигархов, знаменитостей, которые теперь считали его равным, – Максим не мог не чувствовать удовлетворения. Он добился того, о чем мечтал. Он доказал, что детдомовец из провинции может стать частью элиты. Он был, наконец, среди своих.

Или, по крайней мере, очень хотел в это верить.

Глава 4: "Цена входного билета"

– Суть проекта проста, – Барский развернул на столе большую карту Москвы. – Мы выкупаем эти участки, – он обвел красным маркером несколько точек, – и строим на них сеть элитных ресторанов под единым брендом. Каждый с уникальной концепцией, но связанный общей идеей.

Они сидели в кабинете Барского в его офисе на Пресненской набережной – роскошном помещении на тридцатом этаже одной из башен "Москва-Сити". Огромные панорамные окна, минималистичный дизайн и произведения современного искусства на стенах – всё говорило о богатстве и вкусе владельца.

Максим внимательно изучал карту. Участки, отмеченные Барским, располагались в престижных районах города – на Патриарших прудах, Остоженке, в районе Третьяковской галереи, на Кутузовском проспекте.

– Выглядит амбициозно, – осторожно заметил он. – Но эти участки… на них ведь уже что-то есть.

– Именно, – Барский улыбнулся. – На Патриарших – устаревший ресторан итальянской кухни, который давно уже не приносит прибыли. На Остоженке – здание бывшего НИИ, которое используется нерационально. На Кутузовском – старое кафе, которое держится на плаву только благодаря удачному расположению.

– И владельцы готовы продать?