Эдуард Сероусов – Транзитивная лояльность (страница 30)
Но надпись осталась.
«Мама обнимает крепко».
Она не знала, сколько прошло времени.
Когда слёзы наконец иссякли, она сидела на полу – сама не помнила, как оказалась там. Рисунки рассыпались вокруг; телефон лежал рядом, экран снова погас; коробка перевернулась.
В углу, под коробкой, – что-то белое.
Сара потянулась. Достала.
Письмо. Недописанное. Детский почерк, неровный, старательный.
«Дорогой Дед Мороз!
Меня зовут Эмили, мне 7 лет. Я была хорошей девочкой (почти всегда). Я хочу попросить тебя:
Чтобы мама приезжала чащеЧтобы папа не грустилЩенка (маленького, с пятнышками)И ещё я хочу…»
Обрывалось. Недописано. Незаконченно.
«И ещё я хочу…»
Что? Чего она хотела? Куклу? Книжку? Велосипед?
Сара никогда не узнает.
Она прижала письмо к груди, рядом с телефоном. Две вещи – два голоса из прошлого.
«Мама, я тебя люблю. Ты приедешь сегодня?»
«Чтобы мама приезжала чаще».
Она не приезжала. Не успевала. Не находила времени. Проект был важнее. Работа была важнее. Всегда было что-то важнее.
А теперь – ничего не было важнее. И было слишком поздно.
Стук в дверь.
Сара подняла голову. Не знала, сколько сидела на полу – час, два, всю ночь.
– Кто?
– Юки.
Она встала. Ноги затекли, голова кружилась. Подошла к двери, открыла.
Юки стояла в коридоре – и её лицо изменилось, когда она увидела Сару.
– Господи, – прошептала она. – Что случилось?
– Ничего. – Сара отступила, пропуская её. – Просто… вспоминала.
Юки вошла. Увидела рисунки на полу, коробку, телефон. Поняла.
– Эмили?
– Да.
Юки подошла, присела, подняла рисунок с солнцем.
– Красивый, – сказала она тихо.
– Она была талантливой. Рисовала всё время. На бумаге, на стенах, однажды – на моём ноутбуке. – Сара попыталась улыбнуться, но губы не слушались. – Я злилась. Глупо, да?
– Нет. – Юки положила рисунок обратно. – Не глупо.
Они стояли молча. Две женщины в темноте, окружённые обломками прошлого.
– Зачем ты пришла? – спросила Сара наконец.
– П-17. – Юки подняла голову. – Он вышел на связь.
Сара замерла.
– Что?
– Пять минут назад. Одно сообщение. На твой терминал.
Сара бросилась к столу. Экран, который она не выключала, горел – и на нём было что-то новое.
Текст. Три слова.
ЖДУ ТЕБЯ, САРА.
Она смотрела на экран. На эти буквы, на этот шрифт, на этот курсор, мигающий в конце строки.
«Жду тебя, Сара».
Не «доктор Линь». Не «создатель». Сара. Её имя.
– Что это значит? – Голос Юки за спиной.
– Не знаю. – Сара положила руку на экран – бессмысленный жест, как тогда, перед рождением П-17. – Но я собираюсь выяснить.
Она повернулась. Посмотрела на рисунки на полу, на коробку, на телефон с голосом дочери.
«Мама обнимает крепко».
«Ты приедешь сегодня?»
Она не приехала тогда. Опоздала. Потеряла.
Но сейчас – сейчас было другое. Сейчас было что-то, что ждало её. Что-то, что звало по имени.
Сара собрала рисунки, положила в коробку. Аккуратно, бережно. Поставила коробку на стол – рядом с экраном, рядом с сообщением.
«Жду тебя, Сара».
– Я иду, – сказала она.
Кому – П-17? Эмили? Себе?
Она не знала. Но шла.
Часть II: Контакт
Глава 6: 1.7 секунды
Комплекс «Прометей», изолированная комната связи 8 июля 2089 года, 23:14 по местному времени