Эдуард Сероусов – Тишина Ферми (страница 27)

Или ловушки. Или иллюзии. Или что-то совсем иное.

Но это было хоть что-то.

В ноябре Илья принял решение.

Он не мог нести тайну третьего слоя в одиночку – Аойфе была права. Рано или поздно это знание разрушило бы его. Или утекло бы к кому-то, кто использует его во зло.

Но и рассказать всем он не мог. Формула уничтожения звёзд в руках правительств, военных, корпораций – это был рецепт катастрофы.

Оставался третий путь.

Он пришёл к Аойфе поздно вечером, когда контрольный центр опустел. Она сидела за терминалом, изучая спектры очередной «мёртвой» системы – работа, которой она отдавала всё свободное время.

– Аойфе.

Она подняла голову.

– Илья? Что случилось?

– Мне нужно кое-что тебе показать.

Он сел рядом и достал флешку – старомодное устройство, которое он использовал именно потому, что его нельзя было взломать удалённо.

– Помнишь, ты спрашивала, что я скрываю?

Она кивнула, настороженно глядя на него.

– Я расшифровал третий слой. Ещё в июне, сразу после первого. И… – он замолчал, подбирая слова. – И там есть кое-что, что может изменить всё.

Он вставил флешку и открыл файл. На экране появились уравнения – красивые, элегантные, смертоносные.

– Что это?

– Формула. – Илья смотрел на экран, не на неё. – Математическое описание резонанса, который убивает звёзды. Слушающие включили её в сигнал.

Аойфе молчала. Долго. Илья чувствовал её взгляд – изучающий, оценивающий.

– Они дали нам оружие, – сказала она наконец.

– Или знание. Или тест. Я не знаю, что они имели в виду.

– Кто ещё знает?

– Никто. Только я. И теперь – ты.

Она снова замолчала. Потом встала и отошла к окну – тот же жест, который Илья так часто делал сам. Смотреть в темноту, когда мысли слишком тяжелы для замкнутого пространства.

– Почему вы рассказываете мне?

– Потому что ты была права. Нельзя нести это в одиночку. И потому что… – он запнулся. – Потому что я тебе доверяю.

Она обернулась.

– Доверяете?

– Да. Ты могла бы уже давно передать информацию своему правительству, своим контактам. Но ты этого не сделала. Ты работаешь здесь, с нами, потому что веришь в науку. В знание ради знания. А не ради власти.

Аойфе смотрела на него – долго, пристально.

– Вы идеализируете меня.

– Возможно. Но у меня нет выбора. – Он развёл руками. – Мне нужен кто-то, кому я могу доверять. Кто-то, кто поможет решить, что делать с этим.

– И что вы предлагаете?

Илья указал на экран.

– Мы изучаем формулу. Вместе. Понимаем её до конца. И потом – решаем. Что раскрыть. Что скрыть. Как защитить человечество от него самого.

– Это большая ответственность.

– Я знаю.

– Мы можем ошибиться.

– Можем. Но лучше ошибиться вдвоём, чем в одиночку.

Аойфе долго молчала. Потом вернулась к терминалу и села рядом с ним.

– Покажите мне, – сказала она. – Всё.

И Илья начал объяснять.

Декабрь был долгим.

Они работали вместе – Илья и Аойфе, – изучая третий слой, пока остальная команда занималась официальной частью проекта. Анализ второго слоя. Подготовка отчётов для Совета. Публичные заявления, которые говорили многое и не говорили ничего.

Формула оказалась сложнее, чем Илья думал изначально. Это была не просто инструкция – это была теория. Полное математическое описание процессов, которые происходят в ядре звезды, и способов на них воздействовать.

– Они не хотели, чтобы мы просто повторили их оружие, – сказала Аойфе однажды ночью, когда они сидели над уравнениями в третьем часу. – Они хотели, чтобы мы поняли.

– Поняли что?

– Как это работает. Почему это работает. – Она указала на экран. – Смотрите, здесь есть раздел, который я сначала не могла интерпретировать. Теперь понимаю – это ограничения. Условия, при которых резонанс не работает.

– Защита?

– Может быть. Или просто… знание. Понимание пределов.

Илья смотрел на уравнения и думал о Слушающих. О существах, которые создали это послание в последние дни своей цивилизации. О том, что они пытались передать.

Не просто предупреждение. Не просто оружие. Выбор.

Вот, говорили они. Вот сила, которая нас убила. Вот как она работает. Теперь решайте – станете ли вы такими же, как те, кто нас уничтожил. Или найдёте другой путь.

– Знаешь, что меня больше всего поражает? – сказал Илья.

– Что?

– Они не озлобились. – Он откинулся в кресле. – Их уничтожали. Их звезда умирала. Они знали, что не выживут. И всё равно – их последнее сообщение было не проклятием, не местью. Оно было… подарком.

– Подарком?

– Знанием. Возможностью. Шансом сделать что-то лучшее, чем сделали они. – Он помолчал. – Я бы так не смог. Если бы знал, что умираю – я бы думал только о себе.

Аойфе посмотрела на него.

– Вы недооцениваете себя.

– Или переоцениваю их.

– Может быть, и то и другое. – Она улыбнулась – впервые за долгое время. – Но знаете что? Это неважно. Важно то, что мы делаем с их подарком.

– И что мы делаем?

Она не ответила сразу. Смотрела на экран, где уравнения светились холодным голубым светом.

– Мы учимся, – сказала она наконец. – Мы понимаем. И когда поймём достаточно – мы решим.