Эдуард Сероусов – Некроз пространства (страница 7)

– Коллектив… пространство… некроз.

– Некроз? – переспросила Мария. – Что это значит?

– Некроз… пространства. Так… Зотов назвал. Пространство… умирает и… возрождается. Как ткань… отмирает и… регенерирует. Но не так же… иначе.

Голос Крыловой становился всё более фрагментированным, паузы удлинялись.

– Доктор Крылова, что нам делать? Как помочь вам?

– Не знаю… может, нельзя помочь. Может… уже поздно.

– Должен быть способ, – настаивала Мария. – Что произойдёт, если мы попытаемся пересечь границу аномалии?

– Вы… станете… как мы. Пространство… изменит вас. Или… уничтожит. Непредсказуемо.

– Но капитан Вихров сказал, что защитный костюм обеспечит безопасность.

– Капитан… не всегда… капитан, – повторила Крылова. – Иногда… это коллектив. Иногда… это пространство.

– Значит, информация о защитном костюме может быть недостоверной?

– Может… да. Может… нет. Я… не уверена. Моя ясность… заканчивается.

Мария чувствовала, что теряет контакт с сознательной частью Крыловой, которая инициировала этот разговор.

– Доктор Крылова, есть что-то ещё, что я должна знать? Что-то критически важное?

– Да… – голос стал почти шёпотом. – Некроз… распространяется. Медленно… но неуклонно. Граница… расширяется. Миллиметры… в день. Но… ускоряется.

– Распространяется? – Мария почувствовала, как её сердце пропустило удар. – Вы имеете в виду, что аномалия увеличивается в размерах?

– Да… Поглощает… нормальное пространство. Трансформирует… в себя.

– И что произойдёт, если этот процесс продолжится?

– Некроз… поглотит всё. Землю… Солнечную систему… Со временем.

Связь начала прерываться, голос Крыловой стал почти неразличим среди помех.

– Доктор Крылова! – Мария попыталась усилить сигнал. – Как остановить этот процесс?

Сквозь нарастающие помехи она едва различила последние слова:

– Приходите… увидите сами. Но… будьте осторожны. Некроз… изменяет всё. Даже… правду.

Связь оборвалась, оставив Марию в тишине лаборатории, наполненной лишь тихим гулом оборудования.

Она откинулась в кресле, чувствуя, как в её сознании кружатся обрывки полученной информации, складываясь в картину, которая была одновременно фантастической и ужасающей.

Если Крылова говорила правду, они столкнулись не просто с физической аномалией, а с чем-то почти живым, разумным, чуждым – "некрозом пространства", как она его назвала. И этот некроз не был статичным – он распространялся, поглощая нормальное пространство-время и трансформируя его в себя.

А экипаж "Циолковского" уже не был полностью человеческим, став чем-то средним между индивидуальными личностями и коллективным сознанием, частично слившимся с самой аномалией.

Мария подошла к голографической проекции "Циолковского" и окружающей его чёрной сферы. Теперь она смотрела на это зрелище совсем другими глазами – не как на интересную научную загадку, а как на потенциальную угрозу всему человечеству.

Она должна была рассказать об этом разговоре директору Савину и остальной научной группе. Но сначала ей нужно было проверить одну вещь.

– АИДА, – обратилась она к ИИ лаборатории, – проведи сравнительный анализ размеров аномалии по всем доступным данным с момента её обнаружения до настоящего времени. Ищи любые изменения в диаметре.

– Обработка, – отозвалась АИДА. – Анализирую данные телеметрии за последние 17 дней.

Через несколько минут результаты появились на экране, и Мария почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Данные были однозначны: радиус аномальной сферы вокруг "Циолковского" увеличивался примерно на 2,3 миллиметра в день. Изменение было настолько незначительным, что его не заметили при стандартном мониторинге, но тренд был устойчивым и, что более тревожно, показывал признаки экспоненциального ускорения.

Если эта тенденция сохранится, через год радиус аномалии увеличится на несколько метров, через десять лет – на несколько километров, а через столетие – поглотит значительную часть Солнечной системы.

Мария быстро собрала все данные и направилась к кабинету директора Савина. Информация, полученная от Крыловой, и подтверждение расширения аномалии меняли всё. Миссия перестала быть просто научным исследованием или спасательной операцией – она становилась вопросом выживания человечества.

Прежде чем постучать в дверь кабинета директора, Мария на мгновение остановилась, глядя через иллюминатор на чёрную сферу, окружающую "Циолковский". В тусклом свете далёкого Солнца она казалась не просто аномалией, а чем-то зловещим – раной в ткани реальности, из которой медленно сочилась чуждая субстанция, угрожая поглотить всё вокруг.

"Некроз пространства", – подумала Мария, и впервые за долгое время почувствовала настоящий, первобытный страх перед неизвестностью.

Она глубоко вдохнула, собираясь с мыслями, и постучала в дверь. Пора было рассказать правду о том, с чем они столкнулись. И начать готовиться к борьбе с угрозой, которую человечество ещё не встречало.

ГЛАВА 4: ГРАНИЦА

На станции "Фарадей" царила атмосфера напряжённого ожидания. Прошла неделя с тех пор, как Мария раскрыла директору Савину и научному совету информацию, полученную от Елены Крыловой, и свои выводы о постепенном расширении некротической зоны. Реакция была предсказуемой – недоверие, затем шок, затем лихорадочная активность по перепроверке данных.

Теперь, когда расширение аномалии подтвердилось независимыми измерениями, на станции проводилось закрытое совещание высшего руководства для определения дальнейших действий.

Конференц-зал был наполнен напряжением, которое, казалось, можно было потрогать руками. Вокруг овального стола собрались директор Савин, руководитель проекта Корнев, главы научных отделов и, конечно, Мария. Голографические проекции руководителей МКК парили над специальными проекторами, придавая встрече ещё большую значимость.

– Итак, – начал Савин, обводя взглядом присутствующих, – подтверждённый темп расширения аномалии составляет 2,3 миллиметра в сутки с признаками экспоненциального ускорения. Это означает, что мы имеем дело не просто с физическим феноменом, а с потенциальной угрозой глобального масштаба.

– При текущей скорости расширения аномалия достигнет орбиты Луны примерно через 200 лет, – дополнил Корнев. – Но если ускорение продолжится, этот срок может сократиться до нескольких десятилетий.

– А что будет с объектами внутри аномалии? – спросил один из представителей МКК, седовласый мужчина с военной выправкой. – С космическими кораблями, станциями, планетами?

– Судя по информации, полученной от экипажа "Циолковского", – ответила Мария, – они подвергнутся фундаментальной трансформации. Законы физики изменятся, течение времени нарушится, сама структура материи перестроится. Человеческое сознание, по-видимому, сохраняется, но в изменённой форме, теряя индивидуальность и частично сливаясь с коллективом.

– Это звучит как научная фантастика, доктор Соколова, – скептически заметил другой представитель МКК.

– И тем не менее, это согласуется со всеми нашими наблюдениями, – твёрдо ответила Мария. – Аномалия, которую доктор Крылова назвала "некрозом пространства", нарушает фундаментальные законы физики, включая второй закон термодинамики. Внутри неё энтропия, по всей видимости, течёт вспять.

– Каковы ваши рекомендации? – спросил Савин, возвращая дискуссию в практическое русло.

– Нам необходима прямая разведка, – ответила Мария без колебаний. – Дистанционные наблюдения дали нам много информации, но для полного понимания природы некроза и разработки стратегии противодействия его распространению нам нужно исследовать его изнутри.

– Вы предлагаете отправить людей внутрь аномалии? – уточнил Корнев. – После всего, что мы узнали о её воздействии?

– Да, – кивнула Мария. – С максимальными мерами предосторожности. Мы разработали защитный костюм на основе спецификаций, полученных от "Циолковского", но с существенными модификациями, учитывающими наши новые знания.

Она активировала голографическую проекцию, показывающую модель защитного костюма – массивную конструкцию, напоминающую скорее мини-космический корабль, чем традиционный скафандр.

– Костюм обеспечивает полную квантовую изоляцию носителя от внешней среды, – объяснила Мария. – Многослойный защитный экран создаёт локальный "пузырь" стабильного пространства-времени вокруг человека. Теоретически, это должно защитить от трансформирующего воздействия некроза, по крайней мере, в течение ограниченного времени.

– Теоретически, – подчеркнул Савин. – Но мы не можем быть уверены.

– Абсолютной уверенности в таких условиях быть не может, – согласилась Мария. – Но риск оправдан потенциальной угрозой. Если некроз действительно будет расширяться с ускорением, нам нужно найти способ остановить его как можно скорее.

Дискуссия продолжалась ещё два часа. Обсуждались различные аспекты предстоящей миссии: состав команды, продолжительность пребывания внутри аномалии, протоколы коммуникации, процедуры эвакуации в случае чрезвычайной ситуации.

Наконец, было принято решение: небольшая группа из трёх специалистов будет отправлена на исследовательском корабле "Гагарин" к границе аномалии. Они пересекут её, проведут первичную разведку и, если условия позволят, осуществят стыковку с "Циолковским" для прямого контакта с экипажем.

– Осталось определить состав группы, – сказал Корнев, когда основные параметры миссии были согласованы.