Эдуард Сероусов – Беженцы вечности (страница 18)

Харрин выглядел удивленным, но довольным.

– Это… более чем я ожидал, президент Родригес. И я принимаю ваше предложение.

– При одном условии, – добавил Родригес. – Наши люди будут участвовать в экспедиции на станцию, когда мы доберемся до нее. Мы не позволим вам единолично контролировать технологию, которая может определить судьбу нашей планеты.

Харрин на мгновение задумался, затем кивнул.

– Справедливо. Но время критично. Нам нужно начать координацию немедленно.

– Генерал Хартман займется этим, – сказал Родригес. – А доктор Гутьеррес будет нашим научным консультантом и связующим звеном.

Аманда, услышав это, чуть не подавилась от удивления. Она была астрономом, не военным стратегом или дипломатом. Но, с другой стороны, она была единственным человеком, который уже имел опыт прямого контакта с тарисцами. Возможно, это действительно делало ее лучшим кандидатом.

– Я готова, – сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала.

Харрин посмотрел на нее с чем-то похожим на одобрение.

– Тогда не будем терять времени. Каждая минута промедления приближает нас к кризису, который может не иметь мирного решения.

Под ледяными водами Северного Ледовитого океана, глубоко под поверхностью, скрытый от глаз и сенсоров, подводный аппарат Теран-Кола приближался к координатам древней станции Тарис. Аппарат был создан специально для этой миссии – компактный, но прочный, способный выдерживать огромное давление на глубине более четырех километров.

Внутри тесной кабины Теран-Кол и три его ближайших офицера внимательно следили за показаниями приборов. Они были в защитных костюмах, позволяющих выжить в случае разгерметизации, но даже в них давление на такой глубине могло быть фатальным без быстрой эвакуации.

– Мы приближаемся к координатам, – сообщил Лорис-Кун, управлявший аппаратом. – Расчетное время прибытия – семь минут.

– Статус "Молниеносного"? – спросил Теран-Кол.

– Корабль держит позицию на орбите, в десяти километрах от поверхности, над нами, – ответил другой офицер. – Готов к немедленной эвакуации, если потребуется.

– Есть ли признаки преследования?

– Боевая группа Харрина приближается к орбите Земли, но они все еще слишком далеко, чтобы помешать нам. – Офицер сделал паузу. – Но наши сенсоры фиксируют активность в этом регионе. Подводные лодки. Земные.

Теран-Кол нахмурился.

– Они не могут обнаружить нас на такой глубине с их примитивными технологиями. И даже если обнаружат, не смогут нам помешать.

– Если только Харрин не предупредил их, – заметил Лорис-Кун. – Если он заключил с ними союз…

– Это было бы предательством, – резко сказал Теран-Кол. – Раскрывать наши внутренние конфликты перед чужаками, давать им преимущество…

– А разве то, что мы делаем, не предательство? – тихо спросил третий офицер, молодой тарисец по имени Зират-Вар.

Теран-Кол посмотрел на него холодным взглядом.

– Предательство – это жертвовать своим народом ради чужаков. То, что делаем мы, – это спасение нашей расы. И если для этого необходимо нарушить некоторые правила, так тому и быть.

Он повернулся обратно к экранам.

– Активировать все сенсоры. Я хочу видеть станцию, как только мы приблизимся к ней.

Подводный аппарат медленно скользил сквозь черные воды абиссальных глубин, его мощные прожекторы едва пробивали тьму. Вокруг не было ничего, кроме бесконечной черноты и изредка мелькавших странных глубоководных созданий, привлеченных светом.

– Контакт, – внезапно сказал Лорис-Кун. – Сенсоры фиксируют структуру впереди. Большую структуру.

На экране начало проявляться изображение – огромное сооружение, встроенное в морское дно. Оно было частично погружено в осадочные породы, но большая часть все еще была видна. Станция имела форму усеченной пирамиды с множеством куполообразных выступов. Ее размеры впечатляли – не менее километра в основании.

– Невероятно, – прошептал Зират-Вар. – После трех миллионов лет…

– Наши предки строили на века, – сказал Теран-Кол. – Ищите вход. Должен быть способ проникнуть внутрь.

Лорис-Кун маневрировал аппаратом вокруг сооружения, систематически сканируя его поверхность. Наконец, он остановился перед участком, который выглядел иначе, чем остальные.

– Здесь. Похоже на шлюз или док для подводных аппаратов.

– Можем ли мы активировать его? – спросил Теран-Кол.

– Я попробую отправить стандартный сигнал активации, – ответил Лорис-Кун. – Если системы станции все еще функционируют, и если протоколы не изменились слишком сильно за три миллиона лет…

Он отправил сигнал – серию кодированных импульсов, используемых в технологии Тарис для идентификации "своих" кораблей.

Сначала ничего не происходило. Затем, медленно, участок стены начал светиться, а затем раздвигаться, открывая темный туннель, достаточно большой для их аппарата.

– Невероятно, – снова произнес Зират-Вар. – Оно все еще работает.

– Входим, – приказал Теран-Кол. – Осторожно.

Подводный аппарат медленно вошел в туннель. Как только они пересекли порог, внешние двери начали закрываться за ними, а внутренние световые панели активировались, освещая путь. Они двигались по туннелю около минуты, затем он расширился, открывая внутренний док – большую камеру, частично заполненную водой.

Когда аппарат полностью вошел в док, внешние двери полностью закрылись, и началась откачка воды. Уровень быстро снижался, пока аппарат не опустился на платформу в центре уже сухого дока.

– Атмосферный анализ, – приказал Теран-Кол.

– Невероятно, – сказал Лорис-Кун, глядя на показания приборов. – Воздух внутри станции пригоден для дыхания. Высокое содержание метана, низкое – кислорода. Почти идеальный состав для нас.

– Системы жизнеобеспечения все еще функционируют после трех миллионов лет? – недоверчиво спросил Зират-Вар.

– Не просто функционируют, – заметил Теран-Кол. – Они активировались при нашем приближении. Станция… ждала нас.

Он встал и направился к выходу из аппарата.

– Готовьте оружие и исследовательское оборудование. Мы не знаем, что ждет нас внутри. Зират-Вар, оставайтесь здесь и поддерживайте связь с "Молниеносным". Остальные – со мной.

Аманда Гутьеррес никогда не думала, что окажется на борту атомной подводной лодки США, направляющейся к северному полюсу в компании инопланетного командира. Но реальность, как она начинала понимать, часто превосходит самые смелые фантазии.

Подводная лодка "Мичиган", одна из самых современных в американском флоте, была срочно перенаправлена в район, где, по данным тарисцев, находилась древняя станция. На борту, помимо обычного экипажа, находились Аманда, группа ученых и специалистов ВМС США, а также Харрин-Тол и трое его офицеров.

Присутствие инопланетян на борту американской подводной лодки вызывало смешанные реакции среди экипажа – от откровенного страха до восхищенного любопытства. Но капитан лодки, Джеймс Уилсон, сохранял профессионализм и требовал того же от своих подчиненных.

– Мы приближаемся к указанным координатам, – сообщил старпом, глядя на экран сонара. – Глубина здесь превышает четыре километра. Это значительно больше, чем максимальная глубина погружения нашей лодки.

– Мы и не планируем погружаться до дна, – ответил капитан Уилсон. – Наша задача – обнаружить и, если возможно, остановить подводный аппарат тарисцев-мятежников до того, как они достигнут станции.

Харрин, стоявший в центре командного отсека лодки, покачал головой.

– Боюсь, мы опоздали. Мои сенсоры, – он указал на устройство на своем запястье, – показывают, что подводный аппарат Теран-Кола уже достиг станции и, вероятно, вошел внутрь.

– Мы не фиксируем никаких объектов на такой глубине, – возразил офицер, отвечающий за сонар.

– Ваши технологии не могут обнаружить наши корабли, если они активируют маскировку, – объяснил Харрин. – Но у меня есть прямой доступ к системам мониторинга флота. Теран-Кол прибыл раньше нас.

– Что теперь? – спросила Аманда, стоявшая рядом с Харрином. – Можем ли мы все еще остановить его?

– Это зависит от того, что он найдет внутри станции, – ответил Харрин. – И от того, как быстро мы сможем добраться туда сами.

– Наша лодка не может погружаться на такую глубину, – напомнил капитан Уилсон. – У нас есть глубоководные аппараты, но они рассчитаны максимум на два-три человека и не предназначены для таких экстремальных глубин.

– У нас есть решение, – сказал Харрин. – Мой корабль находится на орбите, прямо над нами. На борту есть подводный модуль, специально созданный для этой миссии. Он может быть доставлен сюда в течение пятнадцати минут и способен транспортировать до десяти человек на любую глубину.

– Вы предлагаете совместную операцию? – уточнил Уилсон. – Мои люди и ваши, вместе?

– Именно, – кивнул Харрин. – Это соответствует нашей договоренности о сотрудничестве.

Капитан Уилсон переглянулся с другими офицерами, затем связался с командованием для получения инструкций. После короткого разговора он повернулся к Харрину.

– Согласовано. Мы формируем совместную команду. Четверо наших специалистов – два инженера, врач и офицер спецназа. С вашей стороны?

– Я лично, – сказал Харрин, – и двое моих офицеров. Один инженер и один специалист по древним технологиям.