Эдуард Поляков – Сопряжение. Чернильный маг. Книга 5 (страница 8)

– Нет-нет-нет! Марш в душ, от тебя воняет.

Ну вот. Если бы я сбежал из этого разговора и сразу направился в душ, а так, вышло, что это не я сбежал от неудобно разговора, а девушка сама спровадила меня мыться. Манипулятор?! Ага! Могу, умею, практикую.

Вернувшись чистым и благоухающим, обнаружил гостей. Антон, как обычно, крутился у плиты, а Яда хвасталась фотографиями из отпуска. Заметив выражение лица Кати, я понял, что гроза не миновала. Ох и аукнутся еще мне ее хотелки.

– Кто это такой чистый, бархатистый?! – подкралась Алиса и ущипнула меня за задницу.

– Привет, – улыбнулся я ведьмочке. – Как дела в клане?

– Под Смоленском две бригады трактористов забухали. Решили сорвать мне посевную, придурки, – хищно усмехнулась она. – В Воронежских землях в нашей школе отравилось пятнадцать учеников, но я уже разобралась. Повариха, овца, просроченный сыр решила не списывать. В общем, она уже на дознании. Кстати, у троих старшеклассников во время фонтанирования из всех щелей пробудился дар! Геомант, спидстер и маг-погодник. Все девочки, кстати! – произнесла она, явно чувствуя гордость за весь женский пол. – С их родителями я уже подписала контракт. Будут проходить летнюю практику под патронажем нашего клана.

– Чтобы я без тебя делал? – улыбнулся я моему заму.

– Корпел и плакал, – приосанилась Алиса.

– Магнус! – помахала из-за стола Яда. – Иди фотки смотреть!

– Извини, потом, – отмахнулся я. – Антон, ты как? Отдохнул? Готов впахивать во имя клана?

– Кого убить? – взмахнув сковородой на манер меча приосанился здоровяк.

– Чужой бизнес, – начал я издалека. – Сегодня один шаурмен больно топтался по моим мозолям и самолюбию.

– И он еще жив? – вздернула бровку Яда.

– И здоров. После визита особого отдела Черноруссии, скорее всего, нервничает. Но я попросил его пальцем не трогать.

– Какой-то ты мягкий для наследника древнего рода, – Дочь дьякона неодобрительно покачала головой. – Смотри, как бы…

– Именно поэтому мне нужна помощь Антохи. Разработай меню для фаст-фуда. Если точнее формфактор фудтрака. Сам понимаешь, махать кулаками с неодаренным простолюдином мне по статусу не положено. Сводить счеты за счет связей – низко.

– И ты решил ударить не в лицо, а по финансам? – догадался здоровяк. – А ты злой!

– Ну что, справишься?

– Попробуем, – приняв задание как личный вызов, развел руками здоровяк.

И тут мне в голову пришло неожиданно отличная идея, чем занять неуемный пыл морферики.

– Хорошо. Будете работать вместе с Катей. Ты – бред-шеф, Катя – генеральный директор! – посмотрел я на морфу. – Нужно будет разработать логотип, построить цепочки производства полуфабрикатов, но это не главное. Важно, чтобы все, начиная от мяса и заканчивая салфетками, производилось мощностями нашего клана.

– Это создаст дополнительные рабочие места и позволит сэкономить на субподрядчиках! – вклинились в разговор Алиса. – Я им помогу.

Вот уж действительно – дочь вендора. Такому не учат на экономическом факультете! Умение вести бизнес впитывается с молоком матери.

– Дзайбацу!!! – вскинув сковороду над головой, проревел Антоха.

Я неодобрительно покачал головой.

– Я понимаю, что мы давно друг друга знаем, но ты при девчонках не выражайся.

– Да нет!!! – неожиданно рассмеялся здоровяк. – Дзайбацу это крупные промышленные и финансовые объединения. Как наш клан. Хотя они и появились из кланов. Короче, долго объяснять. На Википедии почитаешь. Главное уясни – мы самые трушные дзайбацу!

В небольшом кабинете с оббитыми темным бархатом стенами было душно. А от обилия благовоний кружилась голова. Но увидев хозяина, Карина замерла в оцепенении, словно кролик, поймавший взгляд питона.

– Ты знаешь правила, дитя, – произнесла черноволосая женщина с завязанными красным бархатом глазами.

– Д-да.

Отойдя от оцепенения, произнесла Лилит и, щелкнув застежкой подвески, положила ее на серебряный поднос.

– Это подарок дедушки на мое рождение, – зачем-то пояснила она. – Лунное Серебро и пылающие угольки Инферно.

– Подарок Мефисто? Забавно. Этот пройдоха совсем недавно приходил задать свой вопрос, – улыбнувшись одними уголками губ, произнесла женщина. – Честно говоря, не думала, что после Елизаветы кто-то из вашего рода рискнет обратиться ко мне.

И от одной этой улыбки у Лилит вновь побежали мурашки. Карину так и подмывало спросить о предсказании для бабушки. И только то, что перед ней сидела та самая дельфийский Оракул, что предсказала падение Трои, гибель лидийского царя Креза и предрекла возвращение в наш мир магии, уберегло ее от опасного любопытства.

Нет, она, конечно, могла спросить о предсказании бабушки, и Оракул бы даже ответила, но правила есть правила. И дело тут даже не в цене – отдать самую дорогую для тебя вещь. Человек, неважно простолюдин он или небожитель, за всю свою жизнь может задать Оракулу только один вопрос. Все что угодно. Дату смерти, имя истинного избранника, да хоть счастливый номер на ставках. Но только один раз.

– Ты готова задать свой вопрос?

– Д-да.

Запинаясь от волнения, произнесла Лилит. Она долго готовилась, мучительно выбирала правильную формулировку, чтобы получить как можно больше информации, и вот она здесь и готова задать вопрос.

– Ты хочешь спросить про Мефисто, бабушку, своего нерожденного сына, его отца, но можешь задать только один вопрос. Поэтому ты не торопишься спросить.

Продолжая улыбаться одними уголками губ, произнесла Оракул. Зачем хозяйка кабинета потянулась руками к повязке. Когда бархат спал с ее глазниц. Карина оцепенела от ужаса. Грубые, будто выполненные цыганской иглой, стежки затягивали веки провидицы. Но главное, она увидела ожоги. Уродливые, будто когда-то давно в Оракула плеснули кислотой или раскаленным маслом.

Карина испугалась. Но предсказательницу лишь позабавила реакция девушки.

– Свинец, – нарочито ласково, будто мать, произнесла Оракул. – Семь веков назад, в тысяча триста семьдесят восьмом, Флорентийцы променяли меня на отмену папского интердикта. Так я попала к инквизиции. Но сейчас это неважно. Ведь ты пришла за другим.

– Нериф, – девушка впервые разрешила себе обратиться к оракулу по имени. – Расскажи мне то, что я должна знать.

– Не спрашивая ничего конкретного, в ответ ты можешь не получить ничего, – улыбалась Оракул. – Но ты мне нравишься. Не задавай вопросов и не перебивай. Поняла? Ослушаешься, и дальше я не пророню ни слова.

Восприняв буквально, Карина сжала губы и прикусила язык, чтобы невзначай не поддаться соблазну.

– Буквально неделю назад на твоем месте сидел Мефисто. Старый пройдоха решил вернуться домой и привести нового князя ада. Нового, бескомпромиссного и сильного настолько, что семь старых князей склонятся и примут над собой его руку.

Нериф выдержала паузу в несколько секунд. Карине хотелось узнать о ком идет речь, кого Мефистофель видит на троне Инферно. Магнус? Или кто-то другой из ее знакомых? Но Лилит не поддалась, и тогда Оракул продолжила.

– Твой нерожденный сын, – ошарашила она девушку. – Он – будущий князь ада. Благодаря тебе в его венах течет кровь высших демонов, а от отца он унаследует талант Искажающего реальность. Если малыш родится, то в руки Мефистофеля попадет идеальный полководец и лидер, что поведет легионы Инферно и поработит землю. На этом все. Что делать с этим предсказанием решай сама, но помни – будущее не предопределено. Оно изменчиво. Однако, вероятность того, что Мефистофель встанет по правую руку от трона ада, крайне велика.

Девушка не сразу поняла, что сеанс окончен. Но когда молчание затянулось, Карина наконец-то поднялась на ослабшие от волнения ноги и произнесла:

– Спасибо.

– Не благодари. За такое не благодарят, – слегка кивнув, произнесла Нериф. – И еще. Тот смазливый мальчик. Искажающий реальность. Кажется, Магнус, так? Каин не просто так ищет его гибели. Давно, когда Европу покрывали льды, а Сахара еще была зеленой, я сказала Отцу Убийства имя, что принесет ему спасительную смерть.

Глава 5

– А теперь прошу поприветствовать графа Магнуса Ермолова, с этого момента – посла Российской империи в Черноруссии и государстве Сербском! – произнес конферансье мероприятия.

По идее, согласно протоколу мероприятия, сейчас наступал момент моей приветственной речи. Но мандраж и боязнь сцены, о которой еще пять минут назад я даже не подозревал, сковали мою решимость. И расписанная на карточках заготовленная речь не помогла мне начать. Тугой, вязкий комок нервов подскочил к самому горлу, а я…

– Если, конечно, князь Лука Баранкович примет его кандидатуру.

Подмигнул ведущий, и луч софитов выхватил из темноты столик сербского воеводы.

– Это не паническая атака и не боязнь сцены. Успокойся, – в моей голове зазвучал голос, который я узнал практически сразу. – На тебя наводят чары смятения. Сильный менталист. И он здесь.

Бархатистым, но сосредоточенным голосом в моей голове говорила Карина.

– Мне нужен зрительный контакт. Я помогу, но найди меня взглядом.

Не сразу, но я смог найти ее в полумраке. Алое с золотом платье, игривый изгиб бровей и рубиновый отблеск глаз суккубы. Наш зрительный контакт не продлился и секунды, но мне сразу стало легче.

– Навет, – самодовольным колокольчиком прозвенел голос Карины. – Я его развеяла. Продолжай, а то на тебя уже начинают пялиться.