Эдуард Поляков – Сопряжение. Чернильный маг. Книга 5 (страница 3)

Зацвай – небольшой замок, хорошо укрепленный даже по меркам средневековья замок. Но, несмотря на то, что это была лишь маленькая резиденция одного из древнейших родов Европы, я знал, что пришел по адресу.

– Дальше – ни шагу, – применив частичную трансформацию, исказившую его голосовые связки, пролаял выступивший вперед оборотень.

Тем не менее, я продолжил движение и остановился, лишь когда нас разделял всего десяток шагов.

– Да ты, я смотрю, бессмертный! – продолжил вожак оборотней.

Я остановился и внимательно оглядел боевиков. Хорошо натренированная и сработанная группа оборотней. Все при оружии, но только холодном. Отличительная черта перевертышей – не любят они пороха, а чистокровные перевертыши – так и вовсе считают его оружием слабых.

– Осади своих, Вольфанг, – произнес я, скидывая с лица капюшон.

Личный телохранитель фройляйн меня признал. Вернее не меня, а дубликата, что в очередном порыве ярости оставил господскую тамгу раба на его шкуре.

Откуда я это знал? От дубликата, естественно. Вместе с его перевоплощением я впитал силу, способности и воспоминания Александра. И сейчас это пригодилось.

– Господин?! – продолжая пятиться, просипел оборотень.

– Александр? Нет. Но я знаю, что он с тобой сделал, и мне жаль. Заигрывания с демонами никогда хорошим не заканчивались, – произнес я, стараясь выглядеть как можно более дружелюбным. – А теперь позови хозяйку.

Если честно, я особо не рассчитывал, что после произошедшего Карина выйдет поговорить. Но надо отдать ей должное, девушка не стала прятаться и появилась спустя несколько минут.

– Здравствуй, – произнес я, после короткой дуэли взглядов.

– Добрый вечер, – натянуто ответила она.

– Тебе не кажется, что нам нужно поговорить? – произнес я, устав ломать комедию.

Если честно, меня невероятно бесило все. В конце концов, каким-то чудом я воскресил ее после убийства, а эта заносчивая сука не только не пригласила меня в дом, но и смеет разговаривать со мной через губу.

– О чем? – будто удивляясь моему нахальству, она подняла бровь. – О том, как твоими усилиями весь мой род был изгнан из империи? О том, что старые друзья сейчас делают вид, что мы не знакомы? Или, может быть, о том, как ты убил моего возлюбленного?

А вот такой выпад я был не намерен терпеть. Рука сорвалась и вцепилась в горло Лилит еще до того, как я осознал, что произошло.

– Я никуда не исчез. Вернее мы никуда не исчезли – я и та демоническая сущность, которой ты нас заразила, – процедил он моим голосом. – Ты придешь. Когда и куда я скажу, а иначе…

Только после этих слов мне удалось взять его под контроль и я отдернул руку, будто схватился за что-то горячее. Еще несколько секунд я смотрел на пальцы, которые секунду назад готовы были придушить девушку. А когда я, наконец, вышел из ступора и вновь посмотрел на Лилит, мне стало ее жалко.

С лица Карины слетело все самодовольство. А еще девушка рухнула на колени и, будто ожидая удара, прикрыла себя руками. Прямо как тогда, на арене. Только в этот раз она закрывала не лицо, а почему-то живот.

– Извини, – произнес я и протянул девушке руку. – Такое иногда бывает. Он прорывается. Не Александр, как я уже говорил, он часть меня и вместе мы единое целое. Это тот демон.

– Я… Я понимаю, – наконец выдавил из себя девушка все еще с опаской глядя на протянутую руку. – Я не хотела…

– Вместе с поглощением Александра я унаследовал не только его демонического паразита, – едва не насильно поднимая девушку из грязной лужи талого снега, произнес я. – Я помню все. Эмоции, мысли, ваш первый раз… Твое нарисованное крыло и вашу поездку в Париж. Все, что казалось ему истинной любовью, и твои манипуляции.

От последних слов девушка отвела взгляд, будто действительно стеснялась. В ответ я усмехнулся, не веря этой дешевой сцене. Несмотря на все чувства Александра, которые с его поглощением вновь вернулись ко мне, я больше не забывал, почему Карину назвали именем первой жены Адама.

– Я не злюсь. Больше не злюсь. Правда. Беря пример со своей бабушки, ты заигралась со свечкой и устроила пожар. Пожар, в котором едва не погибла сама. Не буду говорить, что все забыл и простил тебя. Сама понимаешь, это невозможно. Но ты мне должна.

Карина кивнула, не поднимая головы.

– Первого февраля в Призрене состоится мероприятие. На нем меня официально объявят послом Российской Империи во всей Чернорусии. Приглашение на твое имя уже отправлено. Я тебя жду.

Лилит хотела было что-то сказать, но поймав мой тяжелый взгляд, запнулась.

– Я буду, – выдохнув, будто приняла тяжелое решение, произнесла она. – Не как официальный представитель клана, но буду.

– Вот и замечательно. И прихвати Вольфанга в качестве личной охраны. Он хороший парень. Если бы не вылизывал свой зад, мы бы обязательно подружились, – отпустил стереотипную для оборотней шутку и добавил уже серьезно. – В прошлый раз Александр нанес ему тавро раба. Хочу извиниться, загладить вину и избавить его от позорной для вервольфа татуировки.

Обратно на борт флаинга, который продолжал следовать в Белград на автопилоте, мы вернулись при помощи портала. Правда, пришлось подождать еще некоторое время на морозе, прежде чем авиаборт приземлился перед зданием старого дворца. Несмотря на всё могущество ООО «Боже, какой мужчина», его операционисты не могли создать портал внутри движущегося объекта. И под удивленные взгляды князя Луки Баранковича и Прекрасной Виктории я вышел из салона в облепленном снегом мундире.

Князь явно нервничал. Я тоже. Все-таки последний раз мы расстались при не самых приятных обстоятельствах. С Викой так и вовсе почти не виделись. Разве что иногда, украдкой, когда девушке удавалось сбежать из-под опеки ее «тата».

Моя сербочка была прекрасна. Впрочем, как и всегда. Но сегодня легкий мороз добавил на ее щечки румянца, и это делало ее еще более привлекательной.

– Доброго здравия, князь, – как и подобает младшему по возрасту и чину, произнес я.

– И вам, Магнус Дмитриевич, – без улыбки и с ужасным акцентом ответил Лука Драганович.

– Вы позволите? – произнес я и, неожиданно для самого себя, протянул девушке руку.

Не знаю почему. Может быть, демонический паразит пытался отыграться за сегодняшнюю встречу с Лилит. А может, я просто осознал насколько скучал по избраннице. Но даже понимая, что могу вызвать неудовольствие хозяина этих земель, я пошел на риск.

– Прошу, – негромко и, кажется, даже без угрозы, произнес Лука Драганович, и девушка мгновенно отпустила руку отца, взяв меня под локоток. – А теперь пройдемте.

После официальных церемоний и представления меня небольшому кругу чиновников, последовало официальное фотографирование. Несколько приятных и не очень рукопожатий с министрами и другими важными шишками Черноруссии, и мы проследовали в отдельное крыло князя.

Благодаря подсказкам Виктории, я узнал, что ее семейство здесь не живет. Старый дворец Белграда был для Луки Драгановича рабочим местом с возможностью комфортного проживания. Усадьба Баранковичей же находилась в нескольких сотнях километров. Собственно именно там и будут проводиться официальные церемонии представление меня как посла и официальное извещение о нашей грядущей помолвке.

– Прошу, – на правах хозяина произнес мой будущий тесть и приоткрыл массивную дверь.

Нас уже ждали. Кряжистый мужчина с окладистыми бакенбардами и уже немолодая, но все еще цветущая женщина, в чьем профиле я без ошибки узнал знакомые черты Виктории. Определенно это было ее мама – Княжна Любовь Лазаревна Баранкович. А вот широкого, как шкаф, офицера, ровесника Луки Драгановича я определенно видел впервые.

– Знакомьтесь, – усаживаясь рядом с супругой, произнес князь. – Мой давний друг и соратник со времен Приштинского восстания, а также крестный отец моей дочери – граф Никола Войнович!

Мужчина с шикарными бакенбардами улыбнулся и протянул мне широкую мозолистую руку.

– Магнус Дмитриевич.

– Никола… – запнулся я, поняв, что не знаю его отчества.

В ответ мужчина лишь рассмеялся.

– У сербов нет отчества.

– Ну как же? – растерялся я. – Вот Лука Драганович. Князь и самый что ни на есть настоящий серб!

– Наследуемый княжеский титул был дарован моему роду совсем недавно. После Приштинского восстания. А у нас, сербов, действительно не заведено обращаться по отчеству.

– Даже сама княгини Елизавета Романова обращается к вам по имени-отчеству. К тому же вы являетесь официальным послом Черноруссии в Российской империи. А это значит, – начал догадываться я. – Вы сами проявили инициативу и добавили к своему имени отчество для того, чтобы на официальных встречах и переговорах обращение к вам не звучало панибратски и пренебрежительно!

– Смышленый! – улыбнулась княгиня. – Теперь я понимаю, что Виктория в тебе нашла.

– МАМА!!! – заливаясь пунцовым цветом, воскликнула Вика. Что вызвало лишь улыбки на лицах родителей.

– Магнус, – насела на меня Любовь Лазаревна, – расскажите, так что именно произошло на чемпионате молодых дарований? Знаете, вокруг вашей фигуры ходит столько пересудов…

Я мысленно закатил глаза и внутренне усмехнулся. Из-под завесы маститой высокородной леди сейчас проскакивает образ совсем юной девчонки, что обожает любовные романы и под подушкой хранит личный дневник.

– Многого сказать не могу, сами понимаете – государственная тайна. Скажу только, что произошло предательство моего дубликата.