Эдуард Алмазов-Брюликов – Криминальные и судебные истории Эд. Алмазова-Брюликова (страница 3)

Ну, именно в этом месте край траншеи нечаянно обрушился и закопал тело в точности с головы до ног.

Мораль. Какая уж тут мораль.

А вывод для всех, кто прочитал эту историю: если вы нашли труп – бегите от этого места сломя голову, иначе вас же в этом убийстве и обвинят. А кого же ещё обвинять? Настоящих преступников искать надо. А вас искать не надо – вы сами пришли.

4. Сынок против хулиганов

У моего одноклассника Сысоева Виктора было прозвище, созвучное его фамилии – «Сынок». Мы заканчивали 8-й класс, как вдруг местная шпана почему-то ополчилась на Сынка. Его пытались поймать после школы, но разведка доносила Сынку о засадах шпаны, и он благополучно окольными путями уходил в свой район «Треугольник», который был ограничен тремя улицами. У Сынка не было своей копны, а шпана один на один никогда не дралась. Один на один они были бы очень бледные. Слишком боялись за свои драгоценные морды. Поэтому нападали по 5–7 человек на одного.

Однажды Сынок после школы уже пересёк границу своего Треугольника, как его подловила шпана в количестве 7 человек. Главарь, высокий и наглый парень лет 19-ти процедил: «Ну, что, Сынок, попался?» Он ударил Сынка по лицу и мгновенно получил в ответ от Сынка, который тут же мгновенно бросился на второго хулигана и врезал тому кулаком по челюсти. Он метался от одного хулигана к другому и наносил им удары.

Хулиганы оторопели. Обычно они копной месили и топтали одного беззащитного бедолагу, а тут жертва напала на них и давала им по морде?! Сынок оторвал от скамейки толстый брус и этой импровизированной дубиной ударил главаря по голове. Главарь упал на четвереньки и позорно завопил: «Не бей! Не надо!» Но разъярённый Сынок ударил его брусом по позвоночнику, и главарь упал мордой в грязь. Сынок бросился с дубиной на остальных. Увидев судьбу главаря, они от страха бежали с поля боя, как сайгаки, и он не смог их догнать – дубина не дала ему быстро бежать.

Новость о победе восьмиклассника над профессиональными хулиганами облетела всю школу. Кто-то из побитых хулиганов проболтался. Сынок на наши вопросы не стремился отвечать. Ну, была драка, и – всё.

Мы после этой небольшой победы воодушевились, и сначала я, Агапов Алексей, и Коля Аносов, а потом уже всем мужским составом класса, всего 7 человек, стали провожать Сына после уроков до его района из опасения, что шпана начнёт мстить за своё разгромное поражение.

Но, шпана почему-то потеряла к Сынку всякий интерес и обходила его стороной. То ли наша коллективная поддержка повлияла на хулиганов, то ли побоялись нового разгрома. Зачем связываться с сумасшедшим дураком? Убьёт ещё.

В школе после этой победы Сынка все зауважали и стали звать его уважительно Сыном. А вообще-то, Сынок был обычным простым, добродушным и весёлым пареньком. Победить ему помогли находчивость и хорошее русское чувство – ярость.

5. Последний бой Амбала

Витьку Назарьева в 8-м классе прозвали «Амбалом», но не потому, что он отлично играл в настольный теннис, футбол и колотил в боксерских перчатках по груше. Скорее всего прозвище он получил от своей любимой, модной в то время песенки:

«О, бэби, бэби, бала-бала,

А на пригорке два амбала».

Они разинули ……

О, бэби, бэби, бала-бала.

Он был большим любителем различных видов спорта.

Однажды зимой мы с ним сцепились в дружеской схватке. Я подцепил его на бедро и чисто бросил на спину (мне довелось полгода походить на тренировки по самбо). Амбал, лежа на спине, сказал: «Иппон» (чистая победа). При этом он был так доволен, как будто это он бросил меня на спину. Он любил не себя в спорте, а спорт во всех его проявлениях. Другой бы на его месте обиделся, а он – нет. Он был рад, что у меня получился чистый прием.

После 9-го класса нас перевели в другую школу в другом соседнем районе в двух остановках автобуса от нашей. Наш район назывался раньше «Гудовка», а район, в котором была наша новая школа – «Ямская слобода», или просто «Ямская». Наши десятиклассники познакомились с местными школьницами и стали ходить к ним в гости гулять.

Как-то поздним осенним холодным вечером накануне праздника Великой Октябрьской социалистической революции (7 ноября) я и мои одноклассники Шура Бугасов и Коля Аносов пошли прогуляться. На лужах уже появился ледок. Путь наш лежал в сторону нашей школы. По пути к нам присоединился парень с нашего района по прозвищу Корля. Он странно картавил – наоборот. Когда его спрашивали, как его зовут, то у него вместо «Коля» получалось «Корля». На границе района нам на встречу выбежали два пацана с нашей улицы.

Они сообщили: «За нами местная ямская шпана погналась, человек 10. Мы убежали, а Амбал остановился и начал отмахиваться». Я предложил: «Нас шестеро. Давай рванем вшестером вперед. Впряжемся за Амбала, а то они его там убьют». Но Корля развернулся и ускоренным шагом с криком: «Уносим ноги!» – рванул назад. За ним два пацана, Шурик и Колька. Я напрасно звал их: «Ну куда же вы?! Вернитесь!» Я остался один, плюнул и, ругаясь, пошел за ними.

На другой день выяснилось, что Амбал остановился и один принял бой. Первого, бросившегося на него, он вырубил. Потом он вырубил второго. Но остальная толпа хулиганов всей массой навалилась на него, повалила и стала бить ногами. Когда он потерял сознание, его подняли за руки и за ноги и бросили в глубокую лужу. Амбал попал в больницу. Нескольких хулиганов из группы, напавшей на наших ребят, осудили на лишение свободы за злостной хулиганство.

Потом наши ребята собрали человек 50 и белым днём демонстративно часа три гуляли по враждебному району. Никого не били. Некого было бить. Местные попрятались и притихли. Некоторые из них подумали, что это их ищут. Амбал выздоровел, но больше с местными драться ему не пришлось. То ли их испугали сроки лишения свободы, то ли демонстрация нашей силы, но нападать на наших ребят они перестали.

Напрасно Амбал встал один против десятерых. Все это плохо окончилось для него и для нападавших. Надо было все же сделать ноги, а потом прийти командой человек в 50 и предупредить местных, чтобы они успокоились. Наш район мог выставить человек 150. У них столько парней не набиралось и на половину. В этом случае уверенность в себе и бесстрашие Амбала его подвели. Иногда лучше сначала сделать ноги, а потом разобраться по-хорошему

6. Перевоспитание хама

Конец 60-х годов. Мы готовились к экзаменам после десятого класса. Я брал с собой на речку кучу учебников.

С речки мы ехали вшестером на трамвае. Валерка Паринов, Колька Аносов, Жорка Парамонов, Серёга и Вовка Шамраевы и я Лёшка Агапов сели в середине вагона. Постепенно вагон заполнялся людьми. Вдруг кто-то грубо толкнул меня в плечо со словами: «Эй, ты, ну-ка встань, уступи место ребёнку». Я оглянулся. Рядом стояли пьяный мужик лет 35, ещё один такой же лет 50 и девочка лет 11–12. Меня такое хамство возмутило. Мы всегда с раннего детства лет с 8–10 уступали место пожилым людям и маленьким детям. Но девочка в 11–12 лет выглядела никак не ребёнком.

Я задал пьяному грубияну сложный вопрос: «На основании какой статьи какого закона я должен уступать место вашему ребёнку?» Он ткнул пальцем вперед: «А это тебе не закон?» На кабинке водителя сзади было написано: «Передние 12 мест для детей и инвалидов». Но мы сидели даже не в середине, а ближе к хвосту вагона, на каких-то тридцатых местах. Я ответил: «Вот и идите вперёд, и садитесь на 12 передних мест, если вы дети и инвалиды».

И тут этот пьяный урод ударил меня кулаком по голове. Я вскочил, но на правой руке у меня была намотана ручка авоськи, набитой учебниками. Я бросил авоську с учебниками Кольке Аносову, но на мне повисла какая-то пожилая женщина с визгом: «Не надо, не надо!» Пришлось мне сесть на своё место.

Через пару остановок пьяная компания вышла, я тоже вышел, ребята вышли за мной. Я спросил пьяного хулигана: «Мужик, ты какого меня ударил? Я тебя не трогал». В это время второй пьяный мужик постарше с девочкой ушёл с остановки на тротуар. Пьяный хулиган вытащил из сумки большую бутылку ёмкостью 0, 75 л. из – под дешёвого вина, именуемую в народе «огнетушителем» или просто «огняком», и заявил: «Сейчас я буду вас этой бутылкой бить по голове, пока всех не поубиваю».

Колька Аносов стоял дальше всех, но при его маленьком росте у него получился длинный прямой удар с дистанции не меньше двух метров, от которого пьяный хам услышал громкий удар в ухо. Бутылка жалобно зазвенела и закрутилась на асфальте. Мужик покатился по асфальту, вскочил, схватил свою сумку и бросился бежать, забыв про свой «огнетушитель», которым он собирался нас всех убивать. Мы тоже не стали ждать у моря погоды и покинули место происшествия.

Мы шли домой и ругали пьяного хама, из-за которого нам пришлось выйти из трамвая на одну остановку раньше. Но зло и хамство должны были быть наказаны. И Колька хама наказал, что вызвало полное одобрение нашей команды. Колька Аносов всегда соображал быстрее всех. Такой уж он был сообразительный человек Аносов Николай.

7. Иногда студенту не до девушек

Середина 70-х. Студент Строительного института Николай Аносов ехал домой в трамвае на задней площадке. Рядом стояла симпатичная девушка, но Кольке было не до нее. У него шла сессия. Голова была забита проблемами сопромата.