Эдмонд Гамильтон – Лилин, девушка с Луны (страница 2)

– Лилин… – словно прошептал его разум, пока он плыл в тёмном море беспамятства. – Я вижу тебя… слышу тебя… но ты не реальна…

– Дэвид, я реальна! Мой разум встречается с твоим разумом – уже давно, в твоих снах. Но и тело моё так же реально, как твоё, хотя оно далеко от тебя.

– Настоящая Лилин живёт на Луне, Дэвид. Я одна из последних Хранителей Огня – тех, кто из поколения в поколение охранял запретное Пламя. Я и Тула, моя сестра… мы вдвоём – последние Хранительницы, последние представители лунного народа. Наш долг – не допустить, чтобы кто-либо завладел Пламенем. Поэтому я так долго пыталась отговорить тебя от твоего безрассудного намерения достичь Луны.

– Но теперь возникла опасность, Дэвид, ужасная опасность. Я увидела её своим разумом. Человек по имени Графф, укравший твою ракету, уже мчится к Луне. Он хочет похитить запретное Пламя для своего Хозяина.

Затуманенный разум Мэддена содрогнулся от ужасающей волны тревоги и страха, исходившей от девушки.

– Мы с сестрой обязаны помешать ему похитить Пламя, – продолжала Лилин. – Но моя сестра Тула забыла о своём долге. Она устала от нашей одинокой жизни здесь и мечтает отправиться на Землю. Именно Тула побудила человека по имени Графф прилететь сюда. Она говорила с ним во сне, как я говорила с тобой, и обещала отдать Граффу драгоценное Пламя, если он доставит нас на Землю.

– Если Графф принесёт Пламя на Землю, Дэвид, вас ждет смерть. Смерть более ужасная, чем ты можешь себе представить. Он не должен добраться до Пламени. Боюсь, что в одиночку, с восставшей против меня сестрой, я не смогу его остановить. Ты должен мне помочь – ты должен немедленно отправиться на Луну!

Голос Лилин во сне слабел; её сияющий, туманный силуэт таял, исчезал по мере того, как к Мэддену понемногу возвращалось сознание.

– Лилин! – отчаянно взывал он к ней мысленно. – Лилин, я не могу отправиться следом… Мне не на чем…

– Лети следом!.. – донеслись последние, затихающие слова исчезающего видения. – Ради жизни твоего мира, Дэвид…

Она исчезла – и вместе с ней рассеялось оцепенение беспамятства.

Жгучие волны боли захлестнули разум Дэвида Мэддена, когда сознание окончательно вернулось к нему. Он застонал и почувствовал, что чьи-то руки поддерживают его.

– Дэвид! – раздался встревоженный голос у него над ухом.

Он открыл глаза и обнаружил, что лежит на залитой лунным светом земле. Терон Ли поддерживал его; худое лицо немолодого учёного было искажено отчаянной тревогой.

– Дэвид, что случилось? – вскричал он. – Наша ракета… её нет!

– Её украл Якоб Графф, – хрипло произнёс Мэдден, пытаясь сесть.

По телу прокатывались могучие волны слабости и боли. Дрожащей рукой он ощупал голову. Пуля Граффа расчертила кожу головы длинной рваной полосой. Ли перевязал рану носовым платком, остановив кровь.

– Графф улетел на «Лунном Цветке II»? – ошеломлённо прошептал Терон Ли. – Боже мой… куда…?

– Он отправился на Луну, – с трудом выговорил Мэдден. Его голубые глаза безумно блестели, когда он поднял взгляд и указал вдаль дрожащей рукой. – Там находится какое-то чудовищное оружие, и Графф хочет добыть его для своего Хозяина, диктатора Центральной Империи! Это что-то под названием «Пламя», – хрипло сказал он. – Какое-то таинственное Пламя на Луне. Мне сказала Лилин…

– Лилин? – переспросил Терон Ли, и его худое лицо побледнело от удивления.

Мэдден всё ему рассказал. Рассказал о Лилин, о призрачной девушке с Луны, которая долгие годы являлась ему во снах и неизменно пыталась отговорить его от постройки лунной ракеты. И о том, как этой ночью она предупредила его о грозящей опасности.

Пока Ли слушал, выражение его лица становилось всё более странным. Но он не отнёсся к рассказу скептически – хотя Мэдден почти ожидал именно этого.

– Значит, такое действительно возможно, – пробормотал Терон Ли. – Быть может, некая форма сверхчувственного восприятия и впрямь существует. Эта Лилин… она обладает такой способностью, может проникать в твое подсознание, когда ты спишь или находишься в беспамятстве. Но… девушка на Луне? И она сказала, что у нее есть сестра – последние две представительницы лунного народа? Это кажется невозможным. И все же…

– Я верю ей безоговорочно, – сказал Мэдден.

Он с трудом поднялся на ноги. Его лицо пылало, когда он вцепился в худенькое плечо маленького ученого.

– Ли, она умоляла меня последовать за Граффом! Она сказала: если Графф доставит Пламя на Землю, то в наш мир, и без того раздираемый войной, будет выпущено чёрное зло. Мы должны лететь за Граффом на Луну и остановить его.

Благородное, худощавое лицо Терона Ли побледнело еще сильнее, и тень ужаса, похожая на тень надвигающегося затмения, омрачила его широко распахнутые серые глаза.

– Но мы не можем отправиться следом, Дэвид! Графф забрал «Лунный цветок II»… а на постройку другой такой ракеты у нас уйдет года два.

– Мы можем полететь следом… на «Лунном цветке I», – холодно ответил Мэдден.

Терон Ли отшатнулся, услышав такое предложение.

– Боже правый, Дэвид, это было бы самоубийством! Ты не хуже меня знаешь, что в ракете полно дефектов!

– Это наш единственный шанс последовать за Граффом.

Серые глаза Ли потемнели от страха.

– Мы поставим свои жизни на карту ради ничтожнейшего шанса, – пробормотал он. – Дюзы могут взорваться… дефектные листы обшивки – не выдержать… – Ли умолк, поджав тонкие губы. – Ты прав. Мы должны лететь следом на «Лунном цветке – I».

И теперь, даже несмотря на смертельную опасность, которая не давала терять ни минуты, Дэвид Мэдден почувствовал странный прилив радости. Лилин существовала – теперь он знал это точно. Девушка с Луны из его снов была реальной, живой… и он летел к ней.

На следующий вечер, когда на безлюдное плоскогорье вновь опустилась ночь, Мэдден и Терон Ли почти закончили лихорадочные приготовления. Ракету переместили на решётчатом ложементе, точно направив в нужную область пространства. Восемь ячеистых стартовых секций у её основания – каждая из них должна была отделяться, израсходовав свой запас топлива, – заполнили очень взрывоопасным и нестабильным жидким горючим.

В ракету погрузили два скафандра, сконструированные ими несколько лет назад. Более новые и совершенные костюмы оказались во второй ракете – вместе с Граффом.

Всё их оснащение было бракованным, неисправным, списанным. Казалось безумием надеяться на то, что с полной дефектов ракетой и таким снаряжением они вообще смогут добиться успеха.

Взошла Луна. Полнолуние уже миновало, тень слегка подтачивала её край. Безмолвная, сияющая, таинственная – она поднималась в небеса.

– Графф… он, должно быть, уже совершил посадку, – пробормотал Ли, глядя вверх.

– Помоги мне с этими баками! – крикнул Мэдден. – У нас осталось всего два часа!

Час «Ч» был назначен за час до полуночи. В этот момент первая ракета должна была рвануть ввысь со скоростью, превышающей семь миль в секунду, чтобы вырваться из гравитационных объятий Земли.

Два человека, тяжело дыша и пошатываясь от усталости, поднялись по лестнице к люку в носовой части ракеты.

Худощавое лицо Терона Ли было белым как мел, его пальцы судорожно пытались застегнуть ремни амортизирующих кресел. Мэдден откинул защитную крышку над рядом из восьми кнопок, управлявших восемью стартовыми секциями.

– Следи за хронометром… скажешь когда, – отрывисто бросил он.

Его палец застыл над ключом самой дальней стартовой секции. Единственными звуками, нарушавшим тишину в тесном отсеке, были гул и мерное урчание оксигенатора.

– Время! – крикнул Ли.

Мэдден резко нажал первую пусковую кнопку.

Он ожидал чудовищного толчка. Но к тому, что произошло на самом деле, он оказался совершенно не готов.

Мир словно взорвался оглушительным рёвом. Истерзанные пружины амортизаторов ржаво взвизгнули, когда их с Ли сокрушительной силой вдавило в кресла. Ему показалось, будто в мозг ударила молния.

Толчок оказался настолько сильнее всего, чего он ожидал, что сперва Мэдден решил, будто их с Ли аннигилировало. Затем, когда его оглушенные уши вернули себе способность слышать, он смутно расслышал крик Терона Ли.

– Дэвид, сработали все восемь стартовых секций! Не одна – все сразу!

Мэдден с трудом открыл наполненные болью глаза и сфокусировал мутный взгляд на светящихся приборах.

Так и было. Взрыв самой дальней стартовой секции привёл в действие все восемь. Весь задний отсек ракеты оторвался при старте, швырнув корабль с чудовищной скоростью прочь от Земли. Теперь «Лунный цветок I» был всего лишь лишённой тяги металлической оболочкой, несущейся сквозь космическую пустоту к Луне!

– Секции… они были дефектными, – пробормотал Ли. – Детонация по цепочке перекинулась от одной к другой. Топливо выгорело подчистую! И нам нечем тормозить при падении на Луну. Нам уже не вернуться на Землю… никогда.

– Мы вернемся, – яростно отрезал Мэдден. – Второй «Лунный цветок» там, на Луне. Мы найдем его и вернемся на нём… когда разыщем Граффа.

Он выглянул наружу – его мутило, тело сотрясала дрожь. Перед ними зияла черная как смоль бездна. Бесчисленные звёзды горели, словно колдовские огни. А далеко впереди, по великолепному небесному своду, плыла сияющая сфера Луны. На ее светящемся лике четко вырисовывались кратеры и горные хребты. Мэдден смотрел на неё, потрясенный до глубины души. Мир его грез, суровый, лишённый воздуха и жизни спутник, на который он так часто смотрел. И теперь он мчался к нему – и к Лилин.