Эдгар Уоллес – Тайна жёлтых нарциссов (страница 21)
— Нет, я хотел сказать, что вы купили так... то есть никто не заметил, как вы «купили»?
Графиня звонко рассмеялась.
— Как вы деликатны!
Астролог нервно огляделся по сторонам.
— Вы опасаетесь, что за мной вот-вот придут?
Донати буквально взмолился:
— Синьора, скажите, что мне нечего в этом смысле опасаться!
— Вы боитесь, что вас задержат как сообщника?
— Нет, нет... Я просто не хочу быть свидетелем крушения моего идеала!
— О! Значит, я причислена к вашим идеалам?
Астролог сердито насупился.
— Я имел в виду свои научные идеалы.
Ну, конечно! Ведь кто я для вас? Всего лишь астрологический эксперимент, и больше ничего. Но успокойтесь, я вовсе не «купила» эти вещицы незаметно... Я была в банке.
Удивление Донати все возрастало.
— В банке? Но....
— Да не волнуйтесь так! Никаких банковских афер. Я попросту пошла в банк и получила деньги, прибывшие вчера, после обеда. У моего покойного отца была хорошая присказка: если речь только о деньгах, то это образуется. Исходя из этого, он направо и налево давал взаймы, когда, разумеется, у него водились деньги. Случается, что порой их возвращают. Даже и теперь, после его смерти. Они возвращаются ко мне, его наследнице. Вот и сегодня поступили такие деньги, так что ваша тысяча мне не пригодилась. Возьмите ее.
Удовлетворенный объяснением, астролог кивнул и сунул деньги в карман.
Скажите, сударыня, а если бы вам удалось взыскать все, что вам причитается с должников вашего отца, неужели вы не смогли бы...
— Вы хотите сказать — утихомириться и вести размеренный образ жизни? Нс знаю, я просто об этом не думала. И потом, ведь мне пришлось бы требовать денег с людей, которые, возможно, нуждаются больше, чем я. Впрочем...
— Что?
— Думаю, что и надобности такой нет, взыскивать с кого-то деньги. Разве вы забыли, что мне сулит ваш гороскоп?
— Да, но....
— В чем дело? Вы опять сомневаетесь в своей науке?
— Нет, но дело в том, что все указания астрологии обычно весьма расплывчаты и туманны, и очень возможно... Во всяком случае, этого не приходится отрицать, что в том-то и состоит.,,
Но графиня не дала ему договорить. Двумя минутами раньше она, будто заметив что-то, внезапно надела шапочку и, распахнув веер, укрылась за ним. Наклонившись к астрологу, она дала понять ему, чтобы он замолчал.
— Вы видите того человека, там, напротив? — прошептала она. — Того, высокого, с ярким ртом и темными глазами? Вот теперь он садится за столик... В руках у него газета. Видите?
Астролог взглянул в направлении, указанном его спутницей, и увидел того, о ком она говорила. Он заметил также, что графиня проявляла слишком большой интерес к появившемуся незнакомцу.
— Не понимаю, что интересного нашли вы в этом человеке, — недовольно сказал он. — Итальянец как итальянец. Вы что, его знаете?
Она утвердительно кивнула.
— Только не пойму, чего ради он объявился в Венеции? — прошептала она. — В последний раз я видела его в Амстердаме, хотя я не уверена, точно ли это был он, но мне кажется, что действительно я его видела там. А теперь он здесь. Может быть, он...
Она не договорила начатой фразы. Астролог снова глянул на итальянца.
— Мне кажется, — машинально заговорила графиня, — кажется, что это один из должников отца, один из тех, о ком мы только что говорили. Но менее всего можно рассчитывать на возвращение им долга. Мне кажется, это и есть тот самый синьор делла Кроче, что в Амстердаме тайком пробрался в мою комнату, после чего я обнаружила исчезновение, в числе прочего, списка должников. Но посмотрите на него, посмотрите!..
— Что? Что такое? — спросил смущенный астролог.
— Вы видите, что он делает?
— Насколько я могу разглядеть, ничего особенного он не делает.
Графиня иронично посмотрела на астролога.
— Я вижу, — сказала она, — что вы гораздо лучше разбираетесь в звездах, чем в происходящем на земле. Разве вы не видите, ведь он прячется, прячется!
— От кого? По-моему, он просто читает газету.
— Ну да, он читает газету. Так же, как я обмахиваюсь веером... По той же самой причине, — нетерпеливо шептала она. — Он прячется, но от кого, хотела бы я знать. Во всяком случае не от меня, ведь меня он не видел. Ах вот он, тот, от кого он прячется... Но как странно... Почему он вздумал прятаться от шофера?...
Астролог тщетно пытался уловить смысл ее монолога и всего того, что перед ним разыгрывалось. Посмотрев в ту сторону, от которой закрывался итальянец своей газетой, он наконец отыскал человека, замеченного графиней. То был стройный блондин в кожаной шоферской тужурке, в бриджах, медленно прогуливающийся между столиками. Его глаза выискивали кого-то среди посетителей кафе. Юноша остановился перед столиком делла Кроче, поспешившего с ушами углубиться в газетные листы. По мере того как юноша все дальше отходил от столика, газета опускалась все ниже и ниже.
— Шофер, — повторила графиня. — Чего ради прятаться от шофера? Не мог же он сбежать от него здесь, в Венеции, где и автомобилей-то нет. Поторопитесь, сударь, представление еще не окончено, и я хочу разузнать, в чем тут дело.
— Да что такое? Я ничего не понимаю, — пролепетал сбитый с толку астролог.
— Расплачивайтесь же скорее и пойдем, — нетерпеливо шептала она. — Я не хочу упустить из виду моего приятеля делла Кроче. Скорей!
Астролог подозвал официанта и расплатился. Тем временем положение вещей существенно изменилось. Молодой человек в кожаной тужурке направился к Большому каналу. За ним, на расстоянии двух десятков шагов, следовал синьор делла Кроче, а графиня Сандра ди Пассано стояла на площади святого Марка и движением руки усердно торопила астролога Донати следовать за ней.
— Да что случилось? И что вы хотите делать? — спросил он.
Увлекая его за собою, она торопливо говорила:
— Я видела, когда шофер отошел, делла Кроче сразу подозвал одного из бездельников, что по целым дням шатаются на площади и предлагают чужестранцам свои услуги в качестве гидов. И кстати, делла Кроче выбрал удивительно противного типа и послал его вслед за шофером. Потом расплатился и сам пошел за ними, а мы идем следом за всеми. Теперь вам понятно?
— Но...
— Никаких но! — обрезала его графиня. — Мне представился случай выследить его, и я не откажусь от этой возможности. — И она’ радостно засмеялась.
Астролог по-прежнему был мрачен.
То, что синьор делла Кроче отличался высоким ростом, в значительной степени облегчало его преследование. По-видимому, у него были серьезные опасения, что за ним следят, он несколько раз оборачивался довольно нервно. Но графиня избрала прекрасный способ маскировки своего любопытства — она взяла астролога под руку, нежно прильнула к нему, отчего тот волновался и вздрагивал, словно от укуса тарантула или скорпиона. Глядя со стороны, всякий предположил бы, что это любовная парочка, с удовольствием прогуливающаяся в час венецианских сумерек. Хитрость графини удалась. Синьор делла Кроче несколько раз скользил взглядом по нежной парочке, но внимания на нее не обратил. Шофер, его преследователи и преследователи его преследователей миновали мост Вздохов. Внезапно человек, за которым тянулось столько преследователей, остановился и обратился к тому, кто шел следом за ним. Завязалась оживленная беседа, и оба исчезли в кафе «Ориенталь».
Через некоторое время они снова появились, выйдя из кафе. Теперь их голоса звонко доносились издали. Посланец синьора делла Кроче взял шофера под руку и вел его теперь к набережной.
— Зачем же понадобился ему этот шофер? — удивленно бормотала графиня, созерцая вечернюю лагуну. — Неужели он пал так низко, чтобы обобрать какого-то шофера?
— Шофер, заметьте, говорит со своим спутником по-французски, но какой, однако, это ужасный французский, — заметил астролог.
Молодой человек в кожаной куртке и его собеседник приняли, по-видимому, какое-то решение. Они собрались покататься при лунном свете по каналу. Спутник шофера трижды свистнул, из вечернего сумрака вынырнула гондола, похожая на черного лебедя. Гондольер приветливо улыбнулся, обнажив ряд белых зубов.
Новые знакомцы спустились в гондолу, и она заскользила по водной глади. Через секунду вдогонку первой гондоле тотчас пронеслась как тень другая, в которой сидел синьор делла Кроче. А еще спустя миг на воде показалась третья гондола, с графиней и астрологом на борту.
— Куда желает синьора? — спросил ослепительно улыбающийся гондольер.
— За ним, — хрипло вырвалось у графини. — Следуйте за той лодкой, это мой муж.
Гондольер недоуменно посмотрел на графиню, продолжающую виснуть на руке астролога.
— Вы пойте, пойте, —сказала она, — пусть он думает, что мы — пара влюбленных туристов. Получите сто лир и щедрые чаевые! Поняли меня? Пойте же!
Гондольер одобрительно закивал, хотя ничего, конечно, не понял. Гондола скользила по Большому каналу мимо освещенных отелей и дворцов, неверным светом отражающихся в воде. Луна струила жидкое серебро, а впереди, выгибаясь лебедиными шеями, виднелись носы гондол — последние нотные знаки в песне венецианской славы и могущества.
Внезапно гондола, за которой они плыли, свернула в один из боковых каналов. Гондола с графиней последовала за нею, и теперь путешественников окутывал влажный мрак неосвещенного канала. По обе стороны высились темные, словно вымершие несколько веков назад, дворцы.