Эдгар По – Ворон (страница 58)

Мы забыли, – темны и смятенны         Стали чащи, озера, могилы), Мы забыли о чаще священной,         Не заметили духов могилы. И когда эта ночь понемногу         Пригасила огни в небесах, —         Огоньки и огни в небесах, — Озарил странным светом дорогу         Серп о двух исполинских рогах. Серп навис в темном небе двурого, —         Дивный призрак, развеявший страх, — Серп Астарты[114], сияя двурого,         Прогоняя сомненья и страх. И сказал я: «Светлей, чем Селена[115],         Милосердней Астарта встает, В царстве вздохов Астарта цветет И слезам, как Сезам сокровенный,         Отворяет врата, – не сотрет Их и червь. – О, Астарта блаженно         Не на землю меня поведет —         Сквозь созвездие Льва поведет, В те пределы, где пепельно-пенна,         Лета[116] – вечным забвеньем – течет, Сквозь созвездие Льва вдохновенно,         Милосердно меня поведет!» Но перстом погрозила Психея:          «Я не верю огню в небесах!         Нет, не верю огню в небесах! Он все ближе. Беги же скорее!»         Одолели сомненья и страх; Побледнела душа, и за нею         Крылья скорби поникли во прах, Ужаснулась, и крылья за нею         Безнадежно упали во прах, — Тихо-тихо упали во прах. Я ответил: «Тревога напрасна!         В небесах – ослепительный свет!         Окунемся в спасительный свет! Порицанье Сивиллы[117] пристрастно,         И прекрасен Астарты рассвет!         Полный новой Надежды рассвет! Он сверкает раздольно и властно,         Он не призрак летучий, о нет! Он дарует раздольно и властно         Свет Надежды. Не бойся! О нет,         Это благословенный рассвет!» Так сказал я, проникнуть не смея         В невеселую даль ее дум         И догадок, догадок и дум. Но тропа прервалась, и, темнея, Склеп возник. Я и вещий мой ум,         Я (не веря) и вещий мой ум — Мы воскликнули разом: «Психея!         Кто тут спит?!» – Я и вещий мой ум…          «Улялюм, – подсказала Психея, — Улялюм! Ты забыл Улялюм!» Сердце в пепел упало и пену         И, как листья, устало застыло,         Как осенние листья, застыло. Год назад год пошел отреченный!         В октябре бесконечно уныло         Я стоял здесь у края могилы!         Я кричал здесь у края могилы!         Ночь Ночей над землей наступила — Ах! зачем – и забыв – не забыл я: