Thy distant fire.
Than that colder, lowly light.
Вечерняя звезда[26]
Лето в зените,
Полночь темна.
Звезды бледнеют —
Всходит луна,
В небо выводит
Свиту планет.
Брызжет холодный
На воду свет.
Луна улыбалась,
Но мне показалась
Улыбка ее неживой,
А тучи под нею —
Трикраты мрачнее,
Чем черный покров гробовой,
Но тут я в молчанье
Увидел мерцанье
Вечерней звезды над собой.
Был луч ее дальний
Во тьме изначальной
Чуть зрим, но согрел с вышины
Он душу, которой
Так больно от взора
Бесстрастной и близкой луны.
A dream within a dream[27]
Take this kiss upon the brow!
And, in parting from you now,
Thus much let me avow —
You are not wrong, who deem
That my days have been a dream;
Yet if hope has flown away
In a night, or in a day,
In a vision, or in none,
Is it therefore the less gone?
All that we see or seem
Is but a dream within a dream.
I stand amid the roar
Of a surf-tormented shore,
And I hold within my hand
Grains of the golden sand —
How few! yet how they creep
Through my fingers to the deep,
While I weep – while I weep!
О God! can I not grasp
Them with a tighter clasp?
О God! can I not save
One from the pitiless wave?
Is all that we see or seem
But a dream within a dream?
Сон во сне
На челе твоем лобзанье
Оставляю в час прощанья —
И прими мое признанье:
Ты права, права в одном —
Жизнь моя была лишь сном;
Коль надежды свет угас —
Ночью иль в полдневный час,
Был иль мнился этот свет —
Все равно его уж нет.
Ибо всё, что зримо мне
И тебе – лишь сон во сне.
Море предо мной шумит,
Берег волнами омыт, 
