Эдгар Грант – Коллегия. Ренессанс (страница 3)
– В моих словах нет упрека. Они лишь предваряли вопрос. Так что же находится там, где исчезает ствол древа?
– Там вечное сияние чистого разума.
– Поясните, пожалуйста. Мой, как вы сказали, примитивный мозг не способен сам справиться с этой концепцией.
– Там, где исчезает ствол древа знаний, людей ждет вечное счастье обладания вселенской истиной, познания сути вещей и, возможно, вечная жизнь их сознания.
– Вы прошли по стволу за границу изведанного? – чуть склонив голову, спросил миллиардер, глядя в глаза Высшему.
– Только не надо вот этих взглядов. У меня стоит мощный ментальный барьер. Если вы попытаетесь его разрушить, то обречете себя на гибель. Хотя ни у одного Атрахасиса не хватит сил, чтобы его пробить.
– Ну что вы, – миллиардер изобразил невинную улыбку. – Это всего лишь взгляд. И все же ответьте мне на вопрос. Вы прошли в конец ствола? Вы знаете, что там?
– Неважно, что там. Важно, что именно туда провидение ведет человечество. Возможно, само появление людей на Земле обусловлено этим движением. Возможно, человек и был создан именно для того, чтобы пройти этот путь.
– Так вы не знаете конечной цели. Коллегию это не настораживает?
– Не настораживает, – буркнул Президент и сделал несколько глотков воды. Атрахасис затронул давнюю тему, вокруг которой велись постоянные споры среди Высших. – Нам недоступны детали верхних уровней древа. Мы видим лишь тот, на котором находимся, и следующий над ним. Мы пытались пройти по стволу. Но там лишь свет бесконечных знаний и… – он на секунду замялся, подбирая слова.
– И мертвая, холодная пустота, – подсказал ему Гедеон. – Там нет людей, мудрейший. Там нет жизни.
– Значит, там есть нечто, стоящее на более высокой ступеньке эволюции, чем разумная органическая жизнь. Возможно, там находится само провидение.
– То есть высшие силы, управляющие этим миром?
– Называйте, как хотите.
– Скажите, мистер Финк, вам не страшно от всего этого?
– К чему этот бессмысленный вопрос? – недовольно поерзал в кресле Высший и снова потянулся за стаканом. – Мудрейшие, а затем и Коллегия выполняют великую миссию. Мы ведем человека по пути прогресса. Если в его конце он столкнется с провидением, то так тому и быть.
– То есть вам безразлична судьба людей?
– Только не надо строить из себя филантропа. Человек – лишь ступень на лестнице эволюции вселенной. И явно не самая последняя. Если за ним есть другая ступень, значит, такова воля провидения, которую ни вы, ни я не можем оспорить.
– Вопрос не в том, чтобы оспорить. Вопрос в том, чтобы отложить ее исполнение. Давайте немного притормозим и разберемся, куда мы ведем людей. Давайте дадим людям пожить несколько поколений в мире, без войн, без социальных экспериментов, без технологических рывков и новых укладов, под которые нужно каждый раз уничтожать миллионы и менять саму сущность человека. Давайте попробуем вместе выяснить, что там, в пустоте. Может там и нет ничего. Прах. Тлен. Конец пентаграммы и древа жизни. Конец ваш и мой. Так зачем его приближать? – Гедеон взглянул в глаза Высшего и понял, что уткнулся в глухую стену непонимания.
Нахмурившись, Президент надолго замолчал и отвернулся, словно опасаясь встретиться взглядом с Атрахасисом.
– Вы за этим пришли к нам? – наконец спросил он.
– За этим, – медленно кивнул Гедеон.
– Я вас выслушал. Я передам ваше предложение остальным Высшим. Мы его обсудим и дадим ответ, – Президент встал, с каменным лицом поклонился и направился к выходу.
«Алекс, перстень!» – мысленно попросил Атрахасис и почувствовал приятное тепло на мизинце правой руки.
– Постойте, – крикнул он, когда Высший был уже у двери.
Тот остановился, обернулся и рефлекторно взглянул на миллиардера. Их глаза встретились.
«Замри, – приказал Гедеон, чувствуя, как под напором силы трех Атрахасисов рушится ментальный блок, и задал вопрос: – Кто остальные? – в сознании Президента всплыли имена остальных Высших. – Открой мне свою душу, – в мозг Атрахасиса ледяным водопадом хлынул необъятный поток знаний, хранящийся в памяти Президента. – Спасибо. Теперь я знаю, кто вы, и знаю ваши планы», – подумал он, а вслух сказал, чтобы его окрик со стороны не выглядел неловко:
– Постойте. Отнеситесь к моей просьбе со всей серьезностью.
– Конечно. Со всей серьезностью, – скрипнув зубами от гнева, процедил Президент и исчез за дверью.
Когда Гедеон остался в гостиной один, в его голове прозвучал голос Рахани:
«В какой-то момент он хотел тебя убить.»
«Я это почувствовал», – ответил миллиардер.
«Ты сильно рисковал.»
«Не больше, чем ты, направляясь к Источнику.»
«Самое страшно не то, что он хотел тебя убить. Страшно, что мы не знаем, как он это хотел сделать. Технологии внутри Коллегии опережают все, что известно человечеству.»
«Он не убил меня потому, что понял, что на этот раз Атрахасис не один. Он не знает вас, но знает, что вы существуете. А теперь мы поименно знаем всех Высших. В такой ситуации убить меня – значит поставить под угрозу весь Совет.»
«Ты понял, что они замышляют? – спросил Алекс. – Понял, что Коллегия задумала сделать с людьми перед переходом на новый технологический уклад?»
«Понял, – ответил Гедеон. – И то, что я понял, мне очень не нравится. Я не говорю о моральной стороне их плана, но он может привести человечество к тотальной ядерной войне. Нам нужно собраться и все это обсудить.»
«Ты прав, – согласился Рахани. – Думаю, Дубай – подходящее место. Только не на твоей вилле. Теперь за всем, что связано с тобой, будут внимательно наблюдать. Арендуй что-нибудь поскромнее и путешествуй тайно.»
«Сделаю. У меня завтра встреча с президентом США на космодроме. Оттуда я сразу направлюсь в Дубай.»
Залпом допив остатки бурбона, миллиардер встал, в раздумье прошелся по кабинету, остановился у стойки с напитками и снова наполнил стакан. Размышляя над тем, что произошло, подошел к окну и взглянул с высоты небоскреба на вечерний Нью-Йорк. Он только что был на волоске от смерти. Хотя что значит смерть для Атрахасиса? Всего лишь пауза перед очередной инкарнацией. Причем на этот раз недолгая. Ведь, даже если бы Президент его убил, остались бы Рахани и Алекс.
Нет. На этот раз расклад сил в противостоянии с Коллегией изменился. Высшие все еще намного сильнее, но и позиции Атрахасиса значительно улучшились. Если Президент не уговорит Совет принять его предложение, наступит жесткое противостояние. Начнется глобальная шахматная партия, цена которой – судьба человечества. И в ней Атрахасис будет играть белыми. Потому что инициатива уже в его руках.
* * *
На Совет Высших произвел сильное впечатление не столько сам рассказ Президента о встрече с Атрахасисом, сколько его подавленное, близкое к нервному срыву состояние. Дипломат даже посоветовал взять паузу, чтобы его осмотрели врачи и дали седатив, способный снизить эмоциональное напряжение. Но Президент наотрез отказался.
– Я хочу подольше сохранить в себе это чувство, – раздраженно дернув плечами, покачал головой он. – Я такого не испытывал с детства и хочу в этом разобраться. Граничащая с апатией растерянность. Страх. Злоба. Чувство беззащитности перед опасностью. Нет. Дайте мне насладиться этим, потому что я знаю, что все это перерастет в ненависть.
– Мы расслабились, – Актриса затянулась сигаретой и как обычно выпустила в экран струйку дыма. Мы привыкли к полному контролю над ситуацией. Мы поверили в то, что управляем людьми, человечеством, историей, цивилизацией.
– Не управляем, а направляем, – поправил ее Художник.
– Ах, оставьте. Ваша игра словами ничего не изменит. Мы всегда стремились к полному контролю. У нас это ни разу не получилось, поэтому мы приняли термин направляем. Типа, мы такие пастыри провидения: гоним стадо куда нам надо. Только это стадо нас самих несколько раз чуть не подняло на рога. Наша игра опасна и может стоить нам жизни. Надо это четко осознавать. Хотя, с другой стороны, на протяжении последних столетий у нас не было достойного соперника. У нас были неудачи с Россией и Китаем. Эти две страны выбились из общего русла и, несмотря на все наши усилия, так и не стали в полной мере частью великой миссии. Скорее всего, причины этих неудач были заложены Атрахасисом тысячу двести лет назад во время его предыдущей инкарнации. При всем этом то, что там происходило, не носило критичный характер. Россия и Китай все же остались частью исторического процесса. Во всяком случае, они не мешали нам развивать западную цивилизацию как базу для технологического прогресса. Теперь у нас появился достойный противник.
– Противник? – наигранно поднял брови Дипломат. – Не ты ли хотела поговорить с Атрахасисом. Не ты ли хотела узнать, что он хочет. Вот мы и узнали. Он предлагает нам сотрудничество. Мы что, так сразу без обсуждения зачислим его в противники? Объявим войну? Может хотя бы рассмотрим иные варианты.
– Он не предлагал сотрудничество, – бросил с экрана быстрый взгляд Президент. – Он просил отложить или замедлить выполнение миссии, чтобы дать человечеству несколько поколений мира. Он хочет использовать это время, чтобы разобраться, куда ведет сияющий ствол древа истины. Он утверждает, что там нет жизни, а значит, нет места ни для людей, ни для Атрахасиса, ни для Коллегии.
– А разве нам самим не интересно, что там? – взглянул с экрана Художник. – Может, там действительно конец истории. Пустота. Тлен, как сказал Гедеон.