Эдгар Грант – Коллегия. Мудрейшие (страница 14)
Во время остановок аль-Фадль в своем качестве визиря пользовался гостеприимством наместников, с комфортом гостил в их дворцах, наслаждался пирами и вел долгие беседы о местных делах. В общении с чиновниками и знатью он постепенно оттачивал голос бога – обретенное у Источника умение управлять людьми и незаметно вкладывать им в головы свои мысли.
В Басре визирь посетил аль-Азди34, одного из своих учеников, который теперь сам стал уважаемым мудрецом при наместнике провинции и хранителем библиотеки. Еще во времена учебы в медресе Багдада он отличался острым умом, хорошей памятью, усердием и критическим взглядом на вещи. Теперь же подающий надежды юноша вырос в статного и уважаемого в городе ученого мужа.
На крыше медресе под звенящим звездным небом учитель и ученик засиживались до первых проблесков утренней зари. Вели беседы о небесных светилах, о земных элементах и стихиях, о познании, о смысле событий. Аль-Азди поразил визиря глубиной мысли и ясностью суждений, а еще универсальностью знаний. Казалось, не было области, которая бы не представляла для него интерес. В отличие от аль-Фадля, не будучи обремененный высокой государственной должностью, он старался проникнуть в суть всего, что его окружало. Его знания в области алхимии, астрономии, медицины, математики поражали, а предлагаемые теории и концепции были стройны и логичны. Общение со своим учеником настолько увлекло визиря, что он решил остаться в Басре еще на пару дней, чтобы сделать первый шаг в обретении сподвижника.
Однажды ночью они возлежали на подушках на крыше медресе и, глядя в бездонное, усыпанное бриллиантами звезд небо, рассуждали о смысле жизни.
– Скажи мне, мой друг, считаешь ли ты свою жизнь наполненной смыслом, – визирь оторвался от созерцания звезд и повернулся к ученику.
– Для меня она, несомненно, имеет смысл, – чуть подумав, ответил аль-Азди. – Я стараюсь познать этот мир. Я стараюсь накопить знания о нем и передать ученикам. Я стараюсь применить то, что знаю, на благо людям. Может быть, для крестьянина, обрабатывающего землю, или для гончара, весь день вращающего круг, или для кузнеца, от рассвета до заката бьющего молотом по наковальне, моя жизнь и лишена смысла. Это только потому, что они видят смысл в другом. Но для меня – да, она наполнена смыслом. Знаешь, что для меня важно? Я бы хотел оставить после себя наследие. Нечто настолько большое, чтобы люди с восхищением говорили: смотрите, это великое творение создал мудрейший аль-Азди, сын Хаяна, простого аптекаря из Тусы35.
– Как ты думаешь, что тебе нужно, чтобы создать нечто настолько великое?
– Благословение Всевышнего. И знания такие глубокие, что человеческой жизни не хватит, чтобы их осмыслить. Я изучал труды греков и латинян. Я почерпнул оттуда многое. Но при этом у меня возникло еще больше вопросов. Их так много, что на поиск ответов не хватит и ста человеческих жизней. Один вопрос тянет за собой другой, а тот тянет третий. Пока ты думаешь над первым, на горизонте уже маячит четвертый вопрос. Нет, – разочарованно покачал головой ученик. – На все вопросы нам не ответить. Поэтому я выбираю только те, что мне кажутся интересными.
– Существует молитва, с помощью которой Всевышний может открыть дверь в сияющий чертог знаний. Войдя туда, ты узнаешь все и сразу. Там можно получить ответы на вопросы, которые ты пока даже не можешь задать. Тебе откроются истины, настолько далекие и сложные, что ты не сможешь их осмыслить. Но ты будешь знать, что они существуют, ты будешь знать, что на них есть ответы. Ты будешь знать сами ответы, хотя и не сможешь их понять. Ты будешь знать суть вещей, иногда не понимая ее.
– Ты говоришь загадками, мудрейший. Зачем мне знать ответы, которые я не смогу понимать?
– Затем, что ты будешь держать в руках ниточку от клубка великих знаний. Ты познаешь только то, что у тебя в руках, а познав, с помощью Всевышнего сможешь передать свои знания достойным, чтобы те их развивали и растили, как пахарь растит колос пшеницы. Чтобы познать больше, тебе нужно будет размотать клубок. И да. Для того чтобы его размотать, одной человеческой жизни не хватит. Поэтому потом ты передашь клубок своему ученику. Избранному. Но пока клубок истины у тебя в руках, ты будешь владеть всеми знаниями мира, понимать суть вещей.
– Хм… – задумался аль-Азди. – Все знания мира в одном клубке. Звучит заманчиво. Особенно если все это с благословения Всевышнего.
– Ничто в этом мире не делается без благословения Всевышнего.
– Ты говорил, что это молитва.
– Это, скорее, обращение к Всевышнему. Там всего пару строк. Ты наверняка их знаешь.
– Неужели так просто? – удивился ученик. – Обратился к Всевышнему и получил все знания мира.
– Все очень непросто, – покачал головой аль-Фадль. – Чтобы получить высшее благословение, нужен проводник. Тот, кто донесет просьбу до Всевышнего.
– Это ты? – аль-Азди перешел на шепот. – Как может смертный…
– Ни слова больше, – визирь поднял ладонь во властном жесте, и его ученик замер с открытым ртом. – У тебя есть выбор: познать суть вещей или продолжать жизнь как прежде, мучаясь тысячами вопросов.
– Познать суть вещей, – энергично закивал ученик. – Конечно, познать суть вещей.
– Тогда дай мне руку и смотри прямо в глаза, – аль-Фадль сел и накрыл ладонь ученика своей. – Повторяй. О Всевышний…
– О Всевышний… – начал ученик и встретил взгляд визиря.
Мир перед ним померк. Горящие на крыше факелы, минареты, медресе, звезды и раскинувшийся вокруг город исчезли. Он вдруг увидел себя и учителя со стороны, подвешенными в пустоте. В полной тишине. В холодном одиночестве бесконечности. Испугавшись, что это богопротивная магия, аль-Азди хотел было открыть рот, чтобы произнести оберегающую молитву, но тут темная пустота раскололась и из ее неведомых глубин появилась похожая на перевернутое древо молния. Тонкие искрящиеся нижние отростки, извиваясь, протянулись к нему и коснулись головы. В этот момент раздался оглушающий грохот. Все пространство заполнила и тут же пропала ослепительная вспышка. На месте молнии аль-Азди увидел сияющее перевернутое древо знаний во всем его великолепии переплетения радужных ветвей, которые, срастаясь, вливались в могучий ствол, исчезающий в бесконечности, имя которой Истина.
– Это великолепно, – прошептал ученик, когда древо начало растворяться в темноте. – Останься еще на мгновение. Я хочу впитать все, что в тебе есть.
– Ты уже впитал все, что может выдержать твой мозг, – услышал он голос визиря, и реальность вернулась легким прикосновением свежего бриза, дующего с залива.
– О мудрейший! Я видел! Я знаю. Ты прикоснулся к Источнику великой силы. К тому, что вывел человека из мрака дикости к свету. Ты избран провидением.
– Теперь и ты избран провидением. Теперь мы сподвижники. Теперь и ты можешь называться мудрейшим. У нас теперь одна миссия – нести людям свет знаний. Сейчас я дал тебе все, что получил от Источника сам. Теперь ты могущественнее халифа, потому что можешь подчинить любого правителя своей воле. Теперь ты мудрее всех мудрецов мира, потому что познал суть вещей. Теперь ты можешь силой своей мысли передавать эти знания избранным так, что они сами этого не заметят. Ты хотел оставить после себя великое наследие. Я дал тебе такую возможность. Ты оставишь после себя десятки ученых мужей, которые будут менять мир и вести людей к свету. Не это ли лучшее наследие?
– О да! – аль-Азди с видом победившего полководца окинул взглядом спящий город. Я чувствую в себе великую силу.
– Завтра я пойду дальше на юг. Затем на запад в Иерусалим, а оттуда на север в Византию. Ты же останешься здесь, в халифате, и будешь делиться знаниями с достойнейшими. Используй свою силу во благо, – улыбнулся аль-Фадль. – Не забывай, голос бога способен убеждать одиночек или небольшие группы. Против толпы он бессилен. Чтобы нести людям свет, тебе нужно занять влиятельное положение при халифе. Он разумный человек. Тебе будет легко с ним работать. Я напишу рекомендательное письмо. Он возьмет тебя в придворные астрологи или лекари. Ну а дальше смотри сам. Ты можешь убедить его назначить тебя своим визирем и придворным мудрецом. Лучшего преемника я бы не желал.
– Скажи, я могу так же, как ты, открыть древо знания достойному? Могу явить ему радужную молнию, возникающую из пустоты?
– Наверно, – на секунду задумался аль-Фадль. – Я не знаю, насколько глубоко в тебя проникла сила Источника. Но не забывай, наша миссия – передавать людям знания. Крупица за крупицей, чтобы они могли двигаться к свету по дороге, обозначенной провидением. А для этого в халифате достаточно одного сподвижника. Оттачивай голос бога. Передавай достойнейшим вокруг себя частички знаний. Когда настанет время, и ты поймешь, что твой путь в этом мире подходит концу, открой дарованное Источником древо истины своему наследнику. Тому, кто будет и дальше нести свет в этот мир.
– Мы еще увидимся? – с надеждой в голосе спросил ученик.
– Возможно. Мои годы идут к закату. Если не я, то придет кто-то из моих учеников. Без сомнения, вы друг друга узнаете. А теперь прощай, – визирь поднялся с подушек и расправил плечи.
– Спасибо за великий дар, о мудрейший. Я буду ждать встречи с тобой, – аль-Азди склонил голову в почтении.