Эдгар Грант – Коллегия. Два императора (страница 16)

Узнавание приходит к императору со вздохом изумления. Этот немного грустный взгляд из-под приспущенных век, по-детски очерченные губы и резко контрастирующий с ними волевой подбородок. Он знает, кто это. И самое удивительное, что в глазах человека, стоящего за рабочим столом, тоже начинает появляться узнавание.

В этот момент далекий кабинет растворяется в пространстве. Стены исчезают. Открывается бескрайняя ночь. В ее глубине за горизонтом далеко на востоке в звездное небо поднимается столб призрачного света. Он находится за тысячи и тысячи верст, но даже оттуда слышен его величавый гул, словно древний бог накачивает мехами свой небесный горн. Александр поворачивает голову в сторону бьющего в небо столба света. Человек у рабочего стола тоже. Несколько секунд они смотрят на это божественное проявление, затем сон прерывается.

Вернувшись в реальность, император осознает, что, опустив ноги на пол, сидит на своем ложе, крепко сжимая в кулаке крестик вместе с тонкой тканью. Сердце его бьется так, словно хочет вырваться из груди и улететь туда, на восток, в безлюдную пустыню, где из барханов в небо бьет божественный свет.

Это был не сон. Провидение послало ему первый знак. Осталось только понять, что он означает.

Начало XIX века. Франция

За тысячи километров от Кремля в Париже, во дворце французских королей Тюильри, в богато отделанном кабинете Наполеон Бонапарт со вздохом опустился в кресло и задумчиво покрутил на пальце медный перстень с аметистом. Сегодня Первый консул Республики как обычно задержался за работой до поздней ночи. Нужно было еще раз проверить и утвердить карту новых административных районов Франции и просмотреть личные дела префектов, которые будут ими управлять. Как раз во время этого занятия его и накрыло видение – столб света, поднимающийся на востоке из пустыни в звездное небо. Видимый сквозь стены, сквозь расстояния, он поражал своим великолепием, величием и обещанием чего-то большого и божественно прекрасного.

Такие видения с ним случались нечасто, и каждый раз после них происходили яркие значимые события. Как их объяснить, Бонапарт не знал, поэтому полагался на свою интуицию. В этот раз видение произошло несколько иначе. Вначале он почувствовал на себе чей-то взгляд. Это ощущение было настольно явным и почти физически ощутимым, что он повернул голову в его сторону. Казалось, странный взгляд проходил сквозь стены, сквозь тысячи лье14. Взгляд удивленный, изучающий и знакомый. Вглядываясь в драпированную стену, Наполеон вдруг начал понимать, кто смотрит на него из далекого востока. Это понимание породило смешанное чувство смятения и надежды. Он даже хотел что-то сказать, но в этот момент справа от него появился столб света, бьющий в небо, и своим гулом и сиянием заглушил все ощущения.

Отбросив перо, Бонапарт встал, сдвинул ворох карт и подтянул к себе шкатулку с важной корреспонденцией за последние несколько дней. Порывшись в письмах, он достал одно, откинулся на спинку кресла и принялся его перечитывать.

Несколько дней назад Габриель Эдувиль, французский посланник, недавно назначенный им в Санкт-Петербург, сообщил, что на сегодня назначена коронация императора Всероссийского Александра I.

– Александр. Россия, – Наполеон отложил письмо и закрыл глаза. – О боже. Что все это может значить? Что ты пытаешься мне сказать?

С надеждой он посмотрел на восток, где еще минуту назад, видимый сквозь стены и пространство, в небо бил столб божественного света. Его взгляд уперся лишь в картину супруги Жозефины, надменно взиравшей на него из полумрака, освещенного канделябрами кабинета.

* * *

Французская революция, произошедшая вопреки воле Высших и нарушившая их планы на континенте, заставила Коллегию в срочном порядке принимать контрмеры. Распространение революционных настроений, способное обрушить европейские монархии, могло привести к полной хаотизации континента. Процесс неконтролируемых перемен наверняка затронул бы и Англию – страну, которую Высшие выбрали как базу для перехода на новый технологический уклад. Участие Лондона в европейских разборках несло риск разрушения стройной внутренней политической системы, сбалансировавшей парламент, кабинет министров и корону. Война в Европе могла оттянуть на себя ресурсы государства и значительно затормозить развитие научной и промышленной революций. Допустить такой ход событий нельзя было ни в коем случае.

В который раз Высшие убедились, что при всем своем могуществе, влиянии и божественных способностях, дарованных им Источником, они не могут полностью контролировать развитие событий. Из-за непредсказуемости, противоречивости, излишней эмоциональности человеческой натуры и ее генетической предрасположенности к насилию всегда будет присутствовать элемент случайности, способный нарушить самые стройные планы.

Положительным моментом в этой истории было то, что те же самые элементы человеческой природы, мешавшие выполнению великой миссии, можно было организовать и направить в нужное русло, чтобы они как минимум не стояли на пути к цели или даже способствовали ее достижению. Дело это было хлопотным, требовало времени и отвлечения ресурсов, но позволяло сохранить фокус на приоритетной стране и проектах великой миссии – вести человечество по пути научного прогресса и знаний, который открывало древо истины.

В случае с революционной Францией Высшие преследовали одну цель – оградить Англию от участия в нарастающих проблемах на континенте. Для ее достижения были выделены три задачи. Во-первых: остановить революционный хаос и кровавый террор, грозивший уничтожить Францию – одну из ключевых стран, скреплявших Европу. Во-вторых: не допустить расползания революции на другие монархии. И, наконец, направить бурлящую революционную энергию французов подальше от Англии. И цель, и задачи не предполагали, что Лондон полностью отстранится от дел на континенте. В планах Высших Англии как самой продвинутой технологически и, пожалуй, самой богатой стране отводилось ключевое место в европейских делах. Но участие Лондона должно быть дистанционным, не создающим предпосылок для войны на ее территории.

Основным условием выполнения поставленных задач Коллегия считала наведение порядка в самой Франции. По ее мнению, сделать это можно было, только сосредоточив власть в одних руках. С этой целью с помощью Высших к власти в стране пришел Наполеон Бонапарт. Направляемый куратором, занимавшим важный пост в политической иерархии республики, молодой генерал стал Первым консулом и сосредоточил в своих руках основные практические рычаги власти в стране.

Обладая большим потенциалом и находясь под влиянием куратора Коллегии, новый правитель Франции нес в себе и значительный риск. Доминат обнаружил в Бонапарте древнюю кровь, которая, возможно, восходила к самому Атрахасису. Генерал также владел древним артефактом – перстнем, переданным ему главой одного из старинных еврейских родов Италии. Эта реликвия, похоже, обладала свойствами и силой, схожей с пентаграммами, прошедшими через горнило Источника. Куратор, работавший с Наполеоном, подтвердил, что заметил в нем незначительные проявления Атрахасиса. По-видимому, из-за слабости крови они были неосознанными, не несли в себе предназначения и не открывали великий дар подчинения людей. Они лишь усиливали волю и решимость Наполеона, вселяли в него уверенность в собственных силах и непогрешимости.

Эти открытия значительно сузили возможности влияния на Бонапарта. Куратору нельзя было использовать голос бога, так как он мог вызвать активацию перстня и привести к полноценной инкарнации Атрахасиса. Учитывая историю противостояний первого Посланника с Коллегией и то, что Наполеон стоял во главе самой сильной армии в континентальной Европе, это событие означало бы полномасштабную катастрофу. Поэтому Высшие решили воздействовать на правителя Франции, не используя великий дар, но с помощью убеждения, логики и потакания его слабостям и тщеславию. Этот метод влияния был более сложным и не давал гарантированного результата, поэтому Коллегия предпринимала максимум усилий, чтобы внедрить в окружение Наполеона как можно больше людей Домината и масонов. Благо к последним он относился с явным уважением и интересом.

С приходом к власти Бонапарта первая задача была решена довольно быстро. Новый консул принял конституцию, которая сохраняла основные завоевания революции – право на собственность, равенство перед законом, равные возможности для всех граждан, но при этом наделяла его чрезвычайными полномочиями. Получив их, Наполеон провел ряд правовых и административных реформ, значительно повысивших управляемость государством, подорванную во время революционного хаоса. В частности, ввел новое административное деление Франции. Вместо разношерстных народных коммун, сеявших в регионах анархию, появились департаменты, округа и мэрии, во главу которых назначались чиновники, подчинявшиеся Парижу. Эти реформы укрепили власть на местах, обеспечили сбор налогов и ускорили рекрутский набор в армию.

В экономике Бонапарт дал привилегии французским производителям по отношению к товарам, завозимым из-за границы, учредил для финансирования госрасходов Банк Франции с правом эмиссии денег и снизил налоги на все производство, касающееся армии.