Эдгар Берроуз – Тарзан. Том 7 (страница 73)

Да, леди Барбара была рассудительна и не без здравого ума. И она снова решилась предпринять последнюю попытку поднять свой пошатнувшийся авторитет.

— Подумай хорошенько, Авраам, сын Авраама,— сказала она человеку, шагающему рядом с ней.— Какова будет ярость Иеговы, когда он увидит, что ты ослушался его повелений!

— Я иду по тропе пророков,— ответил старик.— Мы всегда карали тех, кто оказывал неповиновение Иегове, и Иегова награждал нас. Почему же он будет гневаться сейчас? Девушка должна заплатить за свои пороки!

— Но она только улыбнулась,— возразила леди Барбара.

— Это грех в глазах Иеговы,— ответил сурово Авраам, сын Авраама.— Смех есть выражение чувственности, а улыбки приводят к смеху, который доставляет удовольствие, а все удовольствия — это соблазн дьявола. Любые радости греховны!

— Не говори ему больше ничего,— сказала Иезавель по-английски,— ты только вызовешь его гнев, а когда он в гневе — он ужасен.

— Что сказала эта женщина? — потребовал ответа Авраам, сын Авраама.

— Я молилась Иегове на языке небес! — ответила золотоволосая девушка.

Пророк удостоил ее пристальным взглядом.

— Ты хорошо делаешь, женщина!

— Тогда я продолжу молитву,— ответила девушка и обратилась к леди Барбаре по-английски:

— Старый дьявол уже думает, как пострашнее наказать меня. Он всегда меня ненавидел, эти выродки ненавидят всех, кто создан не по их подобию.

Замечательная разница во внешности и умственном развитии, которые возвышали Иезавель над другими мидианами, была ее уязвимым местом. Это отличие от прочих обитателей вулканической долины было необъяснимым явлением. Оно постоянно озадачивало и самое Иезавель, она знала, что вопрос о ее непохожести на других будет всех мучить вечно. Она ведь не могла знать о маленькой белокурой рабыне, чья сильная, умная натура все еще проявляла себя даже по истечении девятнадцати веков. Насколько умственным развитием Иезавель превосходила своих сородичей, наглядно продемонстрировала перед леди Барбарой удивительная способность девушки к обучению. Иезавель поразительно быстро научилась говорить по-английски за то время, пока обучала леди Барбару языку мидиан. Как часто и от всей души благодарила леди Барбара провидение за милую красавицу Иезавель.

Процессия наконец пришла к берегу озера, которое в соответствии с легендой было бездонным. Шествие замерло возле нескольких плоских камней огромного размера, которые нависли над водой. Апостолы уселись на одном из них в кружок во главе с Авраамом, сыном Авраама. Посредине поставили девушку. Почти шесть молодых мужчин вышли из толпы вперед по сигналу Иова. Один из них нес сеть, двое других — два огромных камня. В одном мгновение они набросили на испуганную и кричащую девушку сеть и привязали к сети увесистые булыжники.

Авраам, сын Авраама, поднял руки над головой, и по его знаку все упали на колени., Он начал молитву на незнакомом никому бессмысленном языке — не на языке мидиан, ни на каком-либо другом, существующем в мире. Иезавель считала, что те единственные, кто владел этой тарабарщиной, Пророк и апостолы, сами не могли ее понять.

Провинившаяся девушка, стоящая на коленях, слабо всхлипывала, иногда снова ее сотрясали рыдания. Мужчины же крепко держали наброшенную на нее сеть.

Внезапно Авраам, сын Авраама оборвал свою речь на непонятном языке и обратился к людям на их родном наречии.

— Эта отроковица согрешила, она должна понести кару! — закричал он.— Такова воля Иеговы. Он явил свою милость, она не будет сожжена на костре, а будет трижды погружена в воды озера, пока не смоет грехи. Давайте помолимся, чтобы наказание было не слишком мучительным для нее, пусть она умрет поскорее.

Он кивнул шестерым мужчинам, которые, казалось, хорошо усвоили свое дело.

Четверо из них схватили сеть и подняли ее, в то время как остальные держали концы длинных веревок, прикрепленных к ней.

Когда четверо начали раскачивать тело девушки, словно жуткий маятник, ее крики и мольбы о пощаде раздавались далеко над водами озера эхом ужаса, с которым смешивались крики и стоны тех, чьи нервы не выдерживали сцены. Люди падали на землю в приступах эпилепсии.

Туда-сюда, с убыстряющейся скоростью, раскачивали мужчины кричащую от ужаса жертву. Вдруг один из них упал, корчась со стонами, на камень, упустив легкое тело девушки. Она с воплем ударилась о камни. Тогда Иов подал сигнал другому занять место вышедшего из строя.

Никто не обратил внимания на тех, кто свалился в припадке минутой позже. Тело девушки снова раскачивалось над водами озера.

— Во имя Иеговы... Во имя Иеговы...— затянул Авраам, сын Авраама, в такт с раскачиванием жертвы.— Во имя Иеговы... Во имя его сына!

Потом последовала пауза, и снова тело девушки закачалось над водой.

— О святой Павел!

Это был сигнал. Четверо молодых людей отпустили веревки, и тело девушки погрузилось в темные воды озера. Раздался всплеск, крик затих. Воды сомкнулись над головой жертвы жестокого фанатизма! И только широкие круги, разошедшиеся по воде, да две веревки, тянущиеся из озерных глубин, напоминали о жертве безумного фанатизма. На несколько минут воцарилось тягостное молчание. Никаких звуков не раздавалось на берегу, кроме стонов и хрипов корчащихся жертв священной болезни мидиан.

Авраам, сын Авраама, обратился к шести экзекуторам, которые немедленно схватились за веревки и вытащили девушку на поверхность воды, дрожащую и задыхающуюся.

Подержав ее так некоторое время, по первому слову пророка, снова бросили в бездну вод.

— Вы убийцы! — закричала леди Барбара, которая уже больше не могла сдерживать свой гнев.— Прикажите, чтобы бедное создание вытащили из воды, пока она не захлебнулась!

Авраам, сын Авраама, посмотрел на англичанку таким взглядом, который обдал ее ужасом,— это был дикий пристальный взгляд маньяка. Его ученики окружили женщину.

— Замолчи, богооступница! — вскричал Авраам.— Прошлой ночью я беседовал с Иеговой, и он сказал мне, что ты будешь следующей...

— О, пожалуйста,— прошептала Иезавель, трогая леди Барбару за рукав.—- Не гневи его, а то пропадешь!

Пророк повернулся к юношам, и снова по его команде жертву погрузили в воду. Потрясенная всем увиденным, леди Барбара подошла к самому краю скалы и смотрела вниз. Она увидела несчастную, совсем ослабевшую, но все еще хватающую ртом воздух, пытаясь восстановить дыхание. Девушка была еще жива, но следующее погружение должно было стать для нее роковым.

— О, пожалуйста,— взмолилась леди Барбара, обращаясь к Пророку, Во имя всемилостивого Бога, не разрешайте погружать ее снова!

Не удостоив ее ответом, Авраам, сын Авраама, подал сигнал; и в третий раз девушку, потерявшую сознание, бросили в озеро. Английская леди опустилась на колени в молитве, подняв глаза к небу. Она молила Создателя смягчить сердце Авраама, сына Авраама, молила о жалости, молила о спасении жертвы из рук заблудших созданий. Она молилась все то время, которое девушка была под водой. Потом Пророк приказал поднять из воды грешницу.

— Если она невинна в глазах Иеговы,— закричал он,— она оживет! Если мертва — таково желание Иеговы.

Шестеро молодых людей вытащили набухшую сеть на поверхность скалы и сняли ее с девушки. Они бросили недвижное тело рядом с тем местом, где леди Барбара стояла коленопреклоненная в молитве. И сейчас, казалось, впервые Пророк заметил ее позу и услышал молящий голос английской девушки.

— Что ты делаешь?—потребовал он ответа.

— Я молюсь Богу, чья сила и милость выше вашего понимания,— ответила она.— Я молюсь за жизнь этого бедного создания!

— Твоей молитве есть ответ,— усмехнулся Пророк, высокомерно показывая на неподвижное тело девушки.— Грешница умерла, и Иегова раскрыл истину тем, кто сомневался, что Авраам, сын Авраама, его Пророк. И тем самым Иегова доказал, что ты самозванка.

— Мы пропали,— прошептала Иезавель.

Леди Барбара задумалась, но она соображала быстро, так как положение было критическим. Поднявшись, она посмотрела на Пророка.— Да, девушка мертва, но Иегова воскресит ее по моей просьбе.

— Он все может, но не желает воскрешать грешницу,— сказал Авраам, сын Авраама, усмехаясь плотоядно.

— Да, он не будет делать это для вас, ибо он сердит на того, кто осмелился назваться его Пророком и не следует его повелению.— Она быстро подошла к безжизненному телу.— Но для меня, его вестницы, Иегова оживит эту несчастную. Иди, Иезавель, сюда и помоги мне.

Леди Барбара, будучи современной, физически развитой женщиной, знала обычные приемы спасения утопающих и принялась за работу, чтобы оживить жертву религиозного фанатизма. Собрав всю волю, порожденную не только состраданием, но и жизненной необходимостью, леди Барбара стала делать захлебнувшейся девушке искусственное дыхание. Время от времени она отдавала отрывистые приказания Иезавель, поток слов, напоминающий песнопение, завораживал оцепеневшую от ужаса толпу. Барбара Коллинз начала с марша «Летней бригады», но память изменила ей, и она стала нараспев читать стихи из «Алисы в стране чудес», баллады Киплинга, после перешла на рубаи Омара Хайяма, а когда девушка после десятиминутного массажа сердца стала подавать признаки жизни, леди Барбара, заканчивая работу, воспользовалась для вящего эффекта отрывками из знаменитого послания Авраама Линкольна.