Эдди Слоан – Эта жизнь стала мне мала (страница 6)
Не «тебе некогда».
Не «это неразумно».
Не «пусть решают юристы».
Не хочу, чтобы ты ехала.
– Почему?
Кэролайн долго не отвечала.
– Потому что после Беатрис всегда приходилось что— то собирать заново.
Мара взяла со стола старую открытку.
Белый дом.
Синие плитки.
Океан.
– Зачем ты её сохранила?
– Что?
– Открытку.
Пауза.
– Не знаю.
– Ты отдала её мне как старый хлам.
– Так и было.
– Но до этого хранила много лет.
На этот раз мать ответила тише.
– Каждый раз, когда пыталась выбросить, доставала обратно.
Мара провела пальцем по краю открытки.
– Не езжай, – сказала Кэролайн.
И впервые это прозвучало не как приказ.
Как просьба.
– Мне надо подумать.
– Мара...
– Я позвоню позже.
Она завершила разговор.
Некоторое время стояла на кухне с телефоном в руке.
Потом сделала то, что делала всегда, когда происходящее переставало помещаться в голове.
Открыла ноутбук.
К 9:03 у неё была таблица.
«Оценка рисков поездки в Португалию».
Столбец А: расходы.
Столбец Б: последствия.
Столбец В: вероятность.
Столбец Г: эмоциональные неизвестные.
Мара посмотрела на последний заголовок.
Удалила его.
Через несколько секунд вернула.
Первые строки появились быстро.
Перелёт на Мадейру.
Неоплачиваемый отпуск, если обычный не согласуют.
Конфликт с матерью.
Дом может оказаться финансовой проблемой.
Пятая строка появилась не сразу.
«После поездки я могу не захотеть возвращаться к прежней жизни».
Мара перечитала её.
Потом закрыла таблицу.
Телефон завибрировал.
Лиа.
«Ты всё ещё жива?»
Следом:
«Мне приехать с выпечкой или с юристом?»
Мара ответила:
«Лучше с кофе».
«Уже еду».
Через двадцать минут Лиа появилась в легинсах, огромных солнечных очках и с двумя стаканами кофе.
В другой руке был бумажный пакет.
– Так, – сказала она, проходя в квартиру. – Начинай с самого начала. Желательно с момента до появления тайной португальской тёти.
Мара протянула письмо.
Лиа прочитала.
Её брови поползли вверх.
– Подожди.