Е. Колесова – Германские мифы (страница 15)

Но все же благородным господам тоже надо было получать эстетическое наслаждение, развлекаться, склонять слух к историям о героических и фантастических событиях, рассказам поучительным и благозвучным. В Англии, Аквитании, Франции и Германии XII–XIII веков возникает новый тип авторов – поэты-рыцари, воспевающие доблестное служение сюзерену, тяготы и приключения крестовых походов, но в первую очередь возвышенную и благородную «куртуазную» любовь и в целом идеал рыцарства «без страха и упрека». Провансальские трубадуры, французские труверы или немецкие миннезингеры необязательно сами были рыцарями (хотя и благородные господа, и даже императоры, короли и королевы не без успеха упражнялись в любовной лирике), но всегда людьми образованными и имевшими общественный статус, несравнимый с положением ярмарочных фигляров. Под их влиянием поэзия вошла в число благородных занятий, подобающих рыцарскому сословию, а меценатство среди владетельных особ расцвело пышным цветом. К чести и репутации знатного феодала служили организованные при его дворе творческие состязания куртуазных поэтов. Так что, скорее всего, автор, говоря о шпильманах, имел в виду именно миннезингеров.

Рыцарь в поисках приключений

Некоторые поэты-рыцари обращали свое внимание на исторические события и от лирического жанра переходили к повествовательному. Источниками могли служить и рукописные хроники, и жанр «деяний», рассказывающий о судьбах и знаменательных событиях в жизни того или иного народа, и подвиги героев эпоса, таких, например, как Роланд; в дело шли и народные эпические песни, и жития святых, и фольклор, и волшебные сказки, и античные сюжеты.

Роланд в Ронсевальском ущелье. Миниатюра из рукописи Жана Манселя «Букет историй». Вторая половина XV в. Королевская библиотека Дании

Из этой пестрой смеси складывался роман – повествование, в центре которого всегда находится судьба героя, его испытания, становление, свершения. Чаще всего рыцарский роман опирался на исторические факты, но они служили лишь фоном повествования, иногда весьма условным. Зато огромное значение обрел сознательный вымысел, и огромную роль в сюжете играло фантастическое. И, пожалуй, впервые в Европе под текстом произведения начала появляться подпись автора (точнее, поэт ставил свое имя в прологе – посвящении господину, во славу которого написан сей труд) – в отличие от эпических произведений, рыцарский роман был актом индивидуального творчества.

Такие романы были поэтическими произведениями, написанными на народных языках, а не на латыни, языке ученых и церковников. Хотя первыми известными нам авторами рыцарских романов были как раз клирики, хорошо знакомые и с жанром исторических хроник, и с античным наследием, например знаменитым Фиванским циклом древнегреческих мифов, героями Троянской войны или деяниями Александра Македонского. В XIII столетии появляются и прозаические романы.

Идеальный Камелот

Очень значимым источником сюжетов для рыцарского романа стала «История бриттов» – полуфантастическая хроника ранней истории Британии начиная от легендарного переселения на остров Брута потомка гомеровского героя Энея (мы помним, что новые короли и королевства старательно обзаводились родословной, восходящей к царям Трои). Ее написал на латыни священник Гальфрид Монмутский, живший в первой половине XII века. Научную ценность этого труда современники оценили весьма невысоко, прямо утверждая, что он написан «ради потехи». Зато и средневековые поэты-рыцари, и их последователи в Новое время, да и наши романтически настроенные современники безмерно благодарны Гальфриду, потому что именно он ввел в литературный обиход короля Артура.

Луис Джон Рид. Артур возглавляет атаку на гору Бадон. 1898 г.

Предания о короле Артуре сложились на кельтской почве, но смогли стать своими для всего германского мира. Новому жанру, рыцарскому роману, было неважно, «своя» это история или «чужая», правда или вымысел – главной стала уникальная судьба личности. Герой такого романа всегда был и современником, и соотечественником, правда, пребывающим в некой волшебной стране. Король Артур и его приближенные превратились в идеальный образ рыцарства как такового, а мир артуровского Камелота, говоря современным языком, стал сеттингом для бесконечных приключений его сподвижников: Ивейна, Ланселота, Галахада, Персиваля. Кроме обширного Артуровского цикла кельты подарили рыцарскому роману печальную и прекрасную легенду о Тристане и Изольде.

Недаром рыцарский роман начинает свое победное шествие по Европе от кельтских берегов – Корнуолла и Бретани, где, кстати, расположился легендарный лес Броселианд: здесь в лесном озере фея Вивиан взрастила Ланселота, здесь располагался волшебный лабиринт Морганы – «долина без возврата», откуда могли выйти только рыцари, верные своей даме сердца. И здесь до сих пор показывают туристам «могилу Мерлина».

Затем рыцарский роман расцветает в Аквитании и Франции, в немалой степени благодаря таланту поэта Кретьена де Труа – он создал образцовые романы артуровского цикла об Ивейне, Ланселоте и Персивале и породил множество более или менее талантливых последователей. Их герои вечно скачут по далеким землям и волшебным лесам, ночуют в зачарованных замках, сражаются с исполинами, змеями и демонами, пьют волшебные напитки, освобождают похищенных девиц из плена поодиночке и сотнями, защищают честь невинных, доблестно побеждают на турнирах – всё ради прекрасной дамы! А реальные дамы и девицы, вышивая сюжеты этих романов драгоценными шелками или разглядывая сияющие красками миниатюры, в мечтах представляли себя их героинями, владычицами сердца доблестного, благородного и учтивого рыцаря.

Большое влияние на становление рыцарского романа оказали крестовые походы. Тема таинственного Востока и раньше проникала в европейскую культуру – в основном через Испанию, где долгое время владычествовали мавры. Непосредственное знакомство европейского рыцарства с далекими землями и людьми иных рас и вероисповеданий состоялось именно в связи с «освобождением Гроба Господня». Оно наполнило рыцарский роман описаниями экзотической природы, темнокожих красавиц в сказочных нарядах, мудрых восточных чародеев, драгоценных тканей и оружия. А главное, эпоха крестовых походов пробудила в европейском обществе невиданный интерес к священным христианским реликвиям и вызвала к жизни один из центральных сюжетов рыцарского романа – поиск Святого Грааля.

По самым распространенным представлениям Грааль – это чаша, из которой пил Иисус на Тайной вечере и в которую тайный последователь Христа Иосиф Аримафейский собрал кровь из раны Распятого. По преданию, священную чашу и копье, которым сотник Лонгин пронзил грудь Христа, – легендарное Копье судьбы – Иосиф Аримафейский привез в Англию. В рыцарском романе скромная чаша превратилась в золотой сосуд, обильно украшенный драгоценными камнями, или же чудесный артефакт – сияющий камень, способный возвращать здоровье, даровать бессмертие и отпускать все прегрешения. Также Грааль в романах является своеобразным аналогом рога изобилия: он немедленно выдает своим хранителям любое, самое изысканное яство и тончайшие напитки – «образ рая на земле», Грааль в избытке обеспечивает всеми земными благами. Но хранить священную реликвию или даже прикоснуться к ней могут только чистые душой и помыслами, язычникам же Грааль и вовсе невидим. Хранителями Грааля и Копья судьбы в романе предстают рыцари-храмовники, мудрый и праведный отшельник или легендарный Король-рыбак.

Первым на поиски Грааля отправил рыцаря Круглого стола Персиваля уже знакомый нам Кретьен де Труа. Его роман «Персиваль, или Повесть о Граале», правда, остался незаконченным, но обозначил тему, которую использовали в своих творениях множество других поэтов. Наиболее известна одна из них – «Парцифаль», написанная на средневерхненемецком языке в самом начале XIII столетия миннезингером Вольфрамом фон Эшенбахом.

Дорога в Мунсальвеш

Свое повествование Вольфрам начинает издалека, рассказывая историю отца Парцифаля, анжуйского принца Гамурета, который после смерти отца-короля отказался править страной вместе со старшим братом и избрал жизнь странствующего рыцаря, чтобы добыть славу и любовь прекрасных дам. Совершив множество подвигов при дворе Барука, правителя Багдада, и даже став королем мавританской страны Зазаманка, Гамурет женится на испанской королеве Герцелойде. Однако спокойная семейная жизнь не прельщает его – король-рыцарь покидает молодую жену, вновь отправляется в поход за море и вскоре гибнет в битве Барука с царем Халдеи.

Иллюстрация из романа Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль». Мастерская Дибольда Лаубера в Хагенау. Библиотека Гейдельбергского университета. Германия

Горестную весть и окровавленную рубашку Гамурета доставляют Герцелойде, а через несколько дней у нее рождается сын Парцифаль. Несчастная вдова решает взрастить сына вдали от кровавых рыцарских забав, скрывая его высокое происхождение. Мальчик, а затем юноша проводит дни в лесу, забавляясь охотой, в которой стал очень искусен. Но однажды он встречает в лесу благородного и прекрасного рыцаря в сопровождении двух спутников и принимает его за самого Господа Бога. Граф Ультерлек отправился в путь, чтобы освободить девицу, похищенную тремя злодеями. Он рассказывает наивному юноше о дворе короля Артура, где каждый, кто доказал свою доблесть, тоже может быть причислен к рыцарскому званию.