Джулия Куинн – Если бы не мисс Бриджертон… (страница 15)

– Или сделать комплимент.

– Нет, я так не думаю, – возразила Билли, сделав вид, будто всерьез задумалась над его словами.

Джордж рассмеялся, громко и от души, и лишь когда успокоился, осознал, сколь непривычным оказалось это ощущение, как давно он не смеялся так искренне, что даже щекотка охватила.

Это был настоящий здоровый смех, ничуть не похожий на тихие светские смешки, принятые в свете.

– Я действительно получала комплименты, хотя, должна признаться, не умею их принимать, по крайней мере те, что относятся к цвету моего платья, – произнесла Билли.

Джордж опять замедлил шаг, когда свернул за угол и оказался перед дверью столовой.

– У тебя же не было сезона в Лондоне, верно?

– Ты знаешь, что не было.

Интересно: почему? Мэри принимала участие в сезоне, а ведь они с Билли все делали вместе. Но Джордж счел расспросы невежливыми, во всяком случае сейчас, когда вот-вот начнется ужин.

– Мне не хотелось, – ответила на невысказанный вопрос Билли. – Мой дебют стал бы провалом.

– Ты стала бы глотком свежего воздуха, – солгал Джордж.

Да, ее дебют действительно стал бы провалом, и в роли спасителя пришлось бы выступить ему: для начала постараться сделать так, чтобы ее танцевальная карточка заполнилась хотя бы наполовину, а потом следить, чтобы какой-нибудь безмозглый юный лорд не заявил ненароком, что ей совершенно чужды правила этикета.

Джордж остановился, чтобы попросить лакея принести скамеечку для ног.

– Тебя подержать, пока он не вернется?

– Подержать? – переспросила Билли, словно вдруг перестала понимать родной язык.

– Что-то не так? – поинтересовалась леди Мэнстон, с нескрываемым любопытством взирая на них через открытую дверь. Они с леди Бриджертон и Джорджианой уже заняли свои места за столом, а джентльмены остались ждать, когда к ним присоединится Билли.

– Садитесь, прошу вас, – предложил им Джордж. – Я попросил лакея принести что-то, чтобы Билли было удобнее.

– Как это любезно с твоей стороны! – произнесла леди Бриджертон, словно извиняясь. – Мне стоило бы самой догадаться.

– Со мной тоже случалось подвернуть ногу, – пояснил Джордж.

– А вот нас с Джорджианой сия участь миновала, – заметила леди Бриджертон, – хотя меня вполне можно назвать специалистом по лечению вывихов.

– Это все из-за брата, – заметила Джорджиана.

– Должна сказать, – произнесла леди Мэнстон, взирая на Джорджа и Билли с обманчиво равнодушной улыбкой, – вы двое чудесная пара.

Джордж многозначительно взглянул на мать. Нет, все понятно: она, конечно, очень хочет его женить, но не таким же образом.

– Не нужно преувеличивать, – попросила Билли, и голос ее прозвучал вежливо, но предостерегающе ровно настолько, чтобы положить конец подобным высказываниям. – Кто еще смог бы меня сюда донести, если не Джордж?

– Увы, у меня сломана рука, – пробормотал Эндрю.

– Как это случилось? – поинтересовалась Джорджиана.

Эндрю подался вперед, и его глаза засверкали, точно гладь моря в солнечный день.

– Сражался с акулой.

Билли фыркнула.

– Нет, без шуток! – покачала головой Джорджиана. – Что случилось на самом деле?

Эндрю пожал плечами:

– Да просто поскользнулся.

В столовой воцарилась тишина: никто не ожидал услышать столь банальное объяснение.

– История с акулой более интригующая, – прервала всеобщее молчание Джорджиана.

– Согласен. Правда зачастую не так впечатляет, как нам хотелось бы.

– Я надеялась, ты хотя бы с мачты упал, – произнесла Билли.

– Палуба была скользкой, – как ни в чем не бывало пояснил Эндрю, и пока все размышляли над обыденностью произошедшего, добавил: – Так бывает. Вода, знаете ли.

Лакей вернулся с небольшим мягким пуфиком. Он оказался не таким высоким, как надо бы, но все лучше, чем ничего.

– Я была удивлена, что тебе было позволено восстанавливаться дома, – произнесла леди Мэнстон, когда лакей залез под стол, чтобы поставить пуфик рядом со стулом Билли. – Но, слава богу, ты в Крейк-хаусе, где и стены помогают.

Эндрю криво усмехнулся:

– Да уж… Какая польза от однорукого моряка!..

– А как же пираты на деревяшках вместо ног? – съязвила Билли, когда Джордж усадил ее на стул. – Я думала, что отсутствие конечности у них практически необходимое условие.

Эндрю задумчиво склонил голову набок:

– У нашего кока, например, нет уха.

– О боже! – воскликнула леди Роксби.

– Какой ужас! – произнесла Билли. – Как это случилось?

– Билли! – воскликнула теперь ее мать.

Девушка резко развернулась:

– Неужели вы ожидали, что я, услышав о безухом коке, не задам ни единого вопроса?

– И тем не менее это вряд ли уместно во время семейного ужина.

Встречи Бриджертонов и Роксби всегда считались семейными, хотя они не были связаны узами кровного родства, во всяком случае за последние сто лет.

– Не представляю, в каких случаях этот разговор можно было бы счесть более уместным, – заметил Эндрю. – Разве что после ужина мы переместимся в паб.

– Увы, – вздохнула Билли, – мне непозволительно находиться в подобных заведениях в столь поздний час.

Эндрю одарил ее дерзкой улыбкой:

– Семьсот тридцать восьмая причина для радости, что я не родился женщиной.

Билли округлила глаза.

– А днем можно? – спросила Джорджиана.

– Конечно, – сказала сестра, но леди Бриджертон вряд ли разделяла уверенность дочери, равно как и Джорджиана. Раздраженно поджав губы, она принялась нетерпеливо постукивать указательным пальцем по скатерти.

– Каждый четверг миссис Бакет печет исключительно вкусный пирог со свининой, – сказала Билли.

– Как я мог забыть! – подхватил Эндрю, сладко зажмурившись от нахлынувших воспоминаний.

– Да уж. Это же райское наслаждение под хрустящей корочкой!

– Согласен. Нам непременно нужно поужинать вместе. Скажем, в…

– Женщины такие кровожадные! – выпалила вдруг Джорджиана.

Леди Бриджертон выронила вилку.

Билли насторожилась и удивленно повернулась к сестре: