Джулия Кэмерон – Писать, чтобы жить. Творческие инструменты для любого пишущего. «Путь художника» за шесть недель (страница 25)
Зачастую, когда мы пишем, то с самого начала лишаем себя присутствия духа, убеждая себя, что другие уже писали до нас, причем куда лучше. Вместо того чтобы обратить взор вовнутрь и постараться точно передать, что думаем и чувствуем, мы смотрим вовне. Разве у других не выходило лучше? К тому же их произведения уже опубликованы. Это – дух конкуренции. Вместо того чтобы стремиться к самобытности, оставаться верными себе, мы стараемся быть «лучше» – лучше других. Вместо того чтобы задаться вопросом, говорю ли я то, что на самом деле имею в виду, мы думаем: «Разве это не было сказано раньше, причем более складно?» Мы читаем тексты других авторов, и нам становится страшно. Зачастую мы приходим к выводу, что они писали куда достойнее нас самих. Стремясь к совершенству, мы сравниваем свой черновик с их тщательно отредактированными произведениями. Не позволяя себе творить свободно, прокладывая путь, мы подвергаем написанное цензуре. Вместо того чтобы вдохновляться работой коллег по цеху, мы твердим себе, что наши предшественники были сильнее и точнее выражали свои мысли.
Дух конкуренции убивает искусство. Не позволяя себе поверить, что сказанное нами имеет ценность, мы говорим себе, что наша работа ничего не стоит. Ведь такой-то уже писал на эту тему, причем «куда лучше». Наше настойчивое желание писать так, чтобы «превзойти конкурентов», на самом деле заставляет нас подражать им – а этого мы боимся больше всего. Глядя на чужие произведения, мы думаем: «Лучше не напишешь», и тут же пытаемся сделать именно это. И в этих попытках мы начинаем подражать тем, кем восхищаемся. Нет бы спросить себя: «А искренне ли звучат мои собственные слова?» Мы видим в чужом творчестве искру оригинальности, которую могли бы отыскать и в себе, если бы обратили свое внимание вовнутрь.
Стремясь с точностью передать собственные мысли и чувства, мы черпаем из внутреннего источника. «Вылавливаем» идеи. Они похожи на прекрасных карпов, плавающих у самой поверхности воды. Выуживая очередную идею из этого пруда, мы связываем ее с предыдущей и со следующей. Водя ручкой по бумаге, мы исследуем каждую мысль. Мы обнаруживаем, что можем доверять своей интуиции. Мы составляем карту собственной психики, и эта карта уникальна и неповторима. Быть может, наше творчество вторит словам другого автора, но, подобно эху, оно обладает собственным голосом.
Недавно мне попалась книга Доротеи Бранд «Как стать писателем»
Читая других авторов, я вольна выбирать между чувством конкуренции и духом товарищества. Замечая схожесть в наших рассуждениях, я могу видеть в них подтверждение своим мыслям, а не доказательство того, что меня превзошли. Могу сравнивать, а не состязаться, ценя тот факт, что выводы совпали. Именно я являюсь источником своего творчества, а это само по себе доказывает его оригинальность.
Вредители
Возможно, читать это эссе вам будет тяжело и неприятно. Оно посвящено тем, кого я называю «вредителями», – людям, с которыми столь же тяжело и неприятно иметь дело. Вредители создают вокруг беспорядок и хаос. Они крайне опасны для всех окружающих творческих людей, чрезвычайно разрушительны, зачастую харизматичны, нередко очаровательны, очень изобретательны и невероятно настойчивы. Они обладают талантом создавать вокруг себя вихрь и портить жизнь всем, кто имеет с ними дело. Вредители питаются бурными страстями, назначая себя на роль главной звезды, а всех остальных считая актерами второго плана, чьи реплики служат лишь ответом на сумасшедшие капризы вредителя.
Если вас угораздило связаться с таким человеком, вы наверняка это уже поняли. Если же вы еще сомневаетесь, читайте дальше. Вредители нарушают договоренности и срывают графики. Они ждут особого отношения к себе. Они не принимают в расчет чужую реальность. Тратят чужое время и деньги. Впутывают окружающих в свои личные отношения. Мастерски сваливают вину. Провоцируют скандалы – как правило, без повода. Вредители терпеть не могут любые расписания, кроме своего собственного. Они ненавидят порядок. Хаос служит их целям. Вредители всегда отрицают, что они вредители.
Но, если их влияние столь пагубно, с какой стати нам с ними связываться? Ответ краток и беспощаден: мы сами ничем не лучше. Оказавшись в творческом тупике, мы готовы практически на что угодно, лишь бы из него не выходить. Каким бы мучительным и опасным ни было сосуществование с вредителем, оно пугает куда меньше, чем наша собственная творческая жизнь.
Если вы связались с таким человеком или подозреваете, что сами им являетесь, важно это признать. Если вредитель вас использует, согласитесь, что и вам он для чего-то нужен. Это тупик, который вы избрали по собственной воле, чтобы отклониться от своего творческого пути. Вас эксплуатируют, но вы сами с тем же успехом используете вредителя, чтобы блокировать свой творческий поток. Прочтите книгу о созависимости или пройдите реабилитационную программу «12 шагов», чтобы положить конец мучительным ухищрениям вредителя. Есть замечательные организации, с помощью которых можно выйти из-под влияния такого человека, такие международные группы помощи как Al-Anon и Sex and Love Addicts Anonymous. В следующий раз, когда вы поймаете себя на мысли «Он/Она сводит меня с ума», спросите себя, какую творческую задачу вы пытаетесь игнорировать с помощью этих отношений.
Токсичные друзья
Зазвонил телефон, я взяла трубку. Это был другой писатель, которого я формально считала своим другом.
«Пишешь? Вечно ты пишешь», – сказал голос в трубке.
«Пишу, – подтвердила я, – уже полкниги написала».
«Молодец. А у меня восемьдесят страниц неизвестно чего».
«Восемьдесят страниц чего-то стоящего, это точно».
«Твои бы слова да Господу в уши. О чем твоя книга?» «О писательстве».
«О писательстве? О нем написано полно книг. В чем твоя изюминка?»
«Изюминка?»
«Почему ты думаешь, что твоя книга будет пользоваться успехом? Ты уже заключила договор?»
«Я пишу на авось», – заявила я.
«Рискованно. И тема такая…»
Мой формально считавшийся другом друг говорил совсем не по-дружески.
«Я думаю, это хорошая тема», – выдавила я.
«Ну, раз ты так думаешь…» – не сдавался мой собеседник.
Я перешла в оборону: «До сих пор работа доставляла мне удовольствие». «А ты оптимистка».
«Писательство всегда доставляет мне удовольствие».
«Мне тоже, если договор есть. Твой агент еще не пытался продать ее?»
«Мы решили подождать, когда я закончу. Еще пару месяцев».
«Ну, это при условии, что работа не встанет. Ты не можешь позволить себе творческий кризис».
«Нет, – согласилась я, – не могу».
«Ну ладно, я просто хотел узнать, как ты, – стал прощаться мой собеседник. – Держи в курсе».
Я повесила трубку с таким чувством, будто меня облили грязью. Разговор вышел токсичный. Человек, с которым я разговаривала, был настроен на соперничество. Я чувствовала, что вся моя радость по поводу новой книги была весьма откровенно растоптана. В нашем разговоре сквозил подтекст: «Подумай, каковы твои шансы на успех». Для меня мысль об этом была равносильна глотку отравы. В качестве противоядия необходимо было пообщаться с кем-то доброжелательным, и как можно скорее. Я набрала номер своего друга, писателя Джейкоба Нордби.
«Господи!» – воскликнул Джейкоб, когда я подробно рассказала ему о том токсичном разговоре. Он приободрил моего внутреннего писателя простой фразой: «Твоя книга хороша. В ней есть новизна».
«Я упала духом», – призналась я.
«Этот человек смотрит на вещи с негативом, – жестко заявил Джейкоб. – Ты не можешь себе этого позволить. Тебе еще книгу дописывать».
«А вдруг у меня начнется творческий кризис?» – заныла я.
«Не будет у тебя никакого кризиса. Ты в ударе».
«Спасибо».
«Не благодари. Просто продолжай писать».
«Все равно спасибо». На этом мы попрощались.
Джейкоб служит мне зеркалом, которому можно доверять. Он позитивен, оптимистичен и жизнерадостен. Он верит в меня и в мое творчество. А вот мой токсичный собеседник, напротив, оказался похож на зеркало из комнаты смеха, исказившее мое отражение и мой труд. Он хоть и считался моим другом, но вел себя совсем не по-дружески. Его пассивная агрессия подорвала мою уверенность в себе, словно злая фея из сказки.
«Этот человек смотрит на вещи с негативом, – вспомнила я слова Джейкоба. – Ты не можешь себе этого позволить. Тебе еще книгу дописывать».
Да, мне и правда надо дописывать книгу. Выплеснув на бумагу детали токсичного разговора, я решаю в будущем держаться подальше от этого человека. Он мне не друг, а скорее враг, который вредит мне и моему творчеству.