Джулия Хэнли – Солнце города дождей (страница 3)

Я думала, что наблюдала за ним, а, выходит, это он следил за мной, – пронеслось в голове Кристы, которая, конечно же, догадалась, почему спортсмен подошел к ней.

Правда, эта причина оказалась не единственной – девушка поняла, это, когда незнакомец присел рядом и поднял полотенце.

– Прости, – сгорая от стыда, начала она.

– Соул, – продолжил юноша.

– Я не знала, что это место занято…

– Так, как тебя зовут? – уверенно спросил серфер, остановив поток ненужных извинений.

– Криста…

– Ничего, – улыбнулся он. – Здесь два шезлонга, так что места хватит. Хотя я не ожидал встретить кого-то в такую погоду.

– Мне пришлось. Я должна была выполнить задание для колледжа, – соврала она, не зная, зачем, и чувствуя, как румянец заливает щеки.

Юноша сел напротив.

– Фото для газеты?

– Вроде того. Знаю, что могла взять их из интернета. Но сегодня я увидела это место таким…необычным.

– Я тоже, – двусмысленно произнес юноша.

Криста очень хотела продолжить разговор. Особенно, когда поняла, что незнакомец не задержится здесь. Только никак не могла подобрать слов. А он, в свою очередь, лишь сказал короткое: “Удачи”, взял доску и направился в сторону парковки.

– Так, это был его пикап, – пробормотала девушка, провожая Соула взглядом, пока тот не скрылся из виду.

Конечно же, он сразу понравился ей. Но не только внешностью, а открытостью и внутренней свободой, которую излучал даже на расстоянии. Сочетание упорства и добродушия, загадки и простоты создавали тот самый опасный коктейль, что и произвел неизгладимый эффект. А также роднил серфера с явлением природы, которого девушка никогда не увидела бы, если бы поддалась сомнениям и осталась дома.

Глава 3

г. Майами, стоянка рядом с пляжем Саут-Бич.

Вернувшись в машину, Криста бросила взгляд на место, где стоял оранжевый пикап. Теперь мысли о нем не вызывали былого раздражения. Напротив, она с радостью провела бы несколько часов на этой мокрой пустой стоянке, лишь бы еще немного поговорить с Соулом. Но он давно покинул пляж, и грязные следы от шин уже смыло ливнем. Поэтому девушка печально вздохнула и вывернула руль в сторону шоссе, оглядываясь в поисках яркого пятна среди городской серости.

Несмотря на непогоду, долгий путь домой пролетел за мгновенье. Будто сама вселенная заставила потоки машин расступиться. Даже красные огни стоп-сигналов теперь мерцали по-особенному, а дождь, не прекращавшийся весь день, барабанил по крыше мягко и убаюкивающе.

С тех пор как Соул скрылся из виду, Криста ощущала на губах соленый привкус океанского ветра. В голове проносился низкий бархатный голос, и короткое "неплохо" горело в памяти ярче любой похвалы.

Воспоминания о нем продолжали бередить душу и тогда, когда, припарковавшись у дома, девушка собралась выйти. Но вместо этого нежно обхватила руль и представила, как капли воды стекают по загорелым плечам спортсмена. Как на фоне темного неба светятся его серые глаза и как он, склонившись над шезлонгом, согревает ее шею теплым дыханием.

Она не могла расстаться с ним, поэтому ловила всполохи меланхолии даже переступив порог.

– Удача улыбнулась тебе, солнышко? – внезапно произнес отец, притаившийся в углу гостиной с деревянным этюдником.

Том любил наблюдать за игрой света и запечатлять нюансы этой борьбы на холсте. Но в этот раз он покинул мастерскую не ради вдохновения, а чтобы встретить дочь.

– Я…сделала красивые снимки, – призналась она, не сумев сдержать улыбки.

– Судя по тому, что ты вся сияешь, они и правда превосходные, – хитро добавил Том.

Он никогда не давил на дочь и не требовал откровений, но всегда видел больше, чем она хотела показать. А вот Гвен, услышав, что Криста вернулась, выбежала из кухни с острым оценивающим взглядом.

– Ты промокла? Нужно переодеться в сухое, а то простудишься! – вскрикнула она, судорожно ощупывая влажные волосы дочери.

– Все в порядке, мам. Это просто дождь, – мягко ответила та и поймала себя на мысли, что впервые реагирует с абсолютным спокойствием.

Настолько, что Гвен тут же включила детектива, заподозрив неладное. А девушка не собиралась делиться с ней, ведь знала, что любая эмоция будет тут же проанализирована, взвешена и помещена в рамки материнской тревоги. Так что без лишних слов поднялась в комнату, где из приоткрытого окна пахло влагой и свежестью.

Закрыв его, Криста скинула мокрую одежду и завернулась в мягкий махровый халат. А затем подняла взгляд на солнце, нарисованное на стекле. Подошла ближе и, коснувшись его кончиком пальца, сделала лучи еще длиннее.

Не думала, что кто-то может поселиться в голове так быстро. Мы же просто перекинулись парой фраз. Тогда почему я веду себя, как влюбленная школьница? – недоумевала она, закрыв лицо ладонями.

Но улыбка, которая так редко посещала ее, не хотела исчезать даже после мысли о возможном провале.

Соберись. Если ты сделаешь все как профи, то даже этот ангел во плоти не поможет тебе сохранить место в фирме, – Криста стянула с себя худи и с грустью осмотрела себя. – С чего я решила, что Соул захочет говорить со мной? То, что произошло сегодня – случайность. Я нагло заняла его шезлонг и не оставила ему выбора. Только и всего. Ясно же, серые мышки всегда будут стоять за его спиной, но никак не рядом.

Убедив себя, что загадочный серфер так и останется лишь яркой вспышкой в ее унылой жизни, девушка с трудом оторвалась от окна и остаток дня провела за графическим планшетом.

Кристе очень хотелось передать те чувства, которые овладели ею, когда солнце озарило силуэт Соула, сотворив настоящий шедевр. Нарисовать не просто баннер, а целую историю, воспевающую красоту движений, опасность покорения стихии и смелость тех, кто однажды решился на этот шаг.

К полуночи она закончила макет, устало положила планшет на тумбочку и прижалась к подушке, не заметив, как сон унес ее в мир, сотканный из грез и тайных надежд.

Ей снился пляж. Не холодный Саут-Бич, куда она приехала утром, а другой – залитый ослепительным солнцем. Его белый песок шелковой лентой тянулся за горизонт, океан плескался у берега ласковыми, прозрачными волнами. А Криста сидела у кромки воды, неспешно рисуя пенные гребешки, закат и ярко-оранжевый парус.

Каждая линия, начерченная на листе, каждая яркая деталь, оживая вслед за легким движением кисти, отзывалась в ней отголосками незабываемой встречи. И это длилось до тех пор пока стук сердца не затмил звук чьих-то шагов.

– Привет, – знакомый голос раздался у уха, заставив ее обернуться.

Это Соул. Он был совсем рядом. Стоял, опершись о белоснежную доску для серфинга. Его мокрые светлые волосы обрамляли лицо, а глаза смотрели с такой проницательностью, будто он пытается разгадать все ее тайны.

– Привет, – несмело ответила она тихим, затерянным в шуме прибоя голосом. – Сегодня подходящая погода для плавания. Правда?

– Возможно. Но я здесь не за этим, – уверенно произнес он и сел рядом, не отрывая глаз от ее смущенного лица.

– И для чего же?

Криста отвернулась, сделав вид, что продолжает рисовать, но юноша остановил ее, положив руку поверх дрожащей ладони.

Шум океана, крик чаек, шелест пальмовых листьев – все замерло, превратившись в фон, когда он нежно вытащил кисть, поочередно раскрывая пальцы девушки.

– У тебя талант: видеть то, чего другие не видят.

– Спасибо, – Криста вздрогнула, почувствовав, как жар разливается по телу. – Это отец научил меня. Если бы не он…

– Ты забавная, – с широкой улыбкой признался серфер.

– Почему?

– Ты такая талантливая и красивая, но стесняешься какого-то парня с доской? Почему?

Она хотела оправдаться, но решила не лгать, припоминая их первый разговор.

– Я не все могу объяснить. Это сложно и…больно.

– Хм, понятно, – разочарованно вздохнул Соул. – Тебе правда нравится рисовать или ты делаешь то, чего хотят родители?

Новый вопрос попал прямо в цель, и какое-то время мучил Кристу сомнением: ее ли это выбор или следствие порушенного детства? Когда-то и она задумывалась над этим, но теперь не хотела бередить раны, так что ограничилась полуправдой.

– Нет, я хочу стать художником, чтобы родители гордились мной. А ты?

Ее взгляд замер на губах Соула, но он медлил, потому что в этот миг делал то же самое.

– Чего я хочу? Наверное быть таким же свободным, как океан, – юноша подобрал маленький камень и, бросив его в воду, продолжил еще тише: – Он не играет, а просто существует, и ему достаточно этого.

В словах юноши было столько горечи, что они могли затмить его внутренний свет. И та свобода, которой восхищалась Криста, оказалась не даром, а завоеванием.

– Какое прекрасное желание. Только это невозможно, – сказала девушка, закрывая альбом.

– Но ты ведь не сдашься. Да, Крис? – внезапно спросил Соул, и его образ начал бледнеть, уступая место лучам утреннего солнца. – Кажется, мне пора. Но мы еще увидимся.

– Когда? – прошептала она, но не услышала ответа, потому что проснулась от яркого света, игравшего в оконной раме.

Нарисованное солнце переливалось золотом, и новый день радостно встречал ее чистым небом и теплом.

Никогда, – Криста с досадой сжала краешек мягкого пледа. – Такие, как ты, существуют только во сне. Или в чужой жизни. Все хорошее происходит там. А здесь, – она запрокинула голову и на секунду закрыла глаза. – Здесь – реальность. И с этим ничего не сделать.