Джулия Хэнли – Солнце города дождей. Книга 1 (страница 2)
Криста не знала, почему оказалась в приюте в четырехлетнем возрасте, но, попав туда, убедила себя, что обязательно вернется домой. Месяц за месяцем, год за годом она плакала и ночами, уткнувшись в подушку, просила маму забрать ее. Только все становилось лишь хуже.
Неприятие со стороны других детей, которые давно потеряли надежду, проявлялось все отчетливее, издевательства становились изощреннее, а попытки воспитателей остановить травлю происходили все реже. И это длилось долгие пять лет, пока не появились Бэйлы и не забрали несчастного ребенка к себе.
– Куда ты собралась в такой дождь? – заметив на пороге дочь, спросила Гвен.
– Я…должна поехать в Form & Flow. Срочное задание, – соврала Криста. – Но, с кем ты говорила обо мне?
– С чего ты взяла, что о тебе? – не слишком убедительно переспросила мать и попыталась перевести тему на обсуждение погоды, но дочь была непреклонна.
– Я слышала. Ты говорила, что у меня есть родители.
– Да…А разве у тебя их нет?
– Мам, скажи правду, – положив рюкзак на пуф, стоящий рядом с зеркалом, попросила девушка. – Это ничего не изменит.
– Хорошо. Если ты хочешь. Недавно в Департамент по делам детей и семей обратилась некая Джейн Грэ́нвилл. Она намерена найти тебя, но без нашего согласия работники не могут выдать тайну усыновления. Хотя и имеют право обратиться к нам с просьбой…
– Она хочет увидеться со мной? – удивленно спросила Криста.
– Это исключено, – категорично заявила Гвен. – Все эти годы ей не было до тебя никакого дела, а теперь она вдруг вспомнила о своих обязанностях!
– Но я…
– Если бы она любила тебя, то появилась намного раньше, Крис, – погладив дочь по голове, перебила мать. – А сейчас эта женщина только сделает хуже. Ты должна жить дальше. Забыть обо всем! Понимаешь?
– Да, – автоматически ответила дочь, хотя и всей душой была не согласна с позицией Гвен.
Конечно, она могла бы узнать обо всем самостоятельно, потому что была совершеннолетней, но, зная характер приемной матери, решила не осложнять отношения с ней и, кивнув, с горечью устремилась на улицу.
Спрыгнув с первой же ступени террасы, Криста прерывисто вдохнула влажный воздух и направилась к машине. Ее сердце отчаянно колотилось от одной только мысли о возможной встрече с реальной матерью, а руки дрожали и еле удерживали лямку рюкзака на плече. Но девушка старалась быть сильной и благодарной Бэйлам, поэтому почти смирилась с тем, что мечта, которую она так долго считала несбыточной, могла осуществиться и закрыть в ее душе глубокую рану.
Почувствовав сильную дрожь из-за холодных капель, что, стекая по лицу, так и норовили пробраться под кофту, Криста распахнула дверь Хонды и собралась сесть. Однако тяжкий осадок, оставшийся после разговора с Гвен, вновь завладел ею и отчаянно потребовал вернуться.
Она слишком долго была удобной, и сейчас очень хотела впервые возразить. Поступить так, как считает нужным. Только не могла и даже не представляла, как войдет в дом и настоит на своем, так что с трудом заставила себя занять кресло и завести мотор.
“Мне нужно сосредоточиться на задании. Иначе я сойду с ума!” – шептала она. – “Может, завтра я и не вспомню об этом…Или через неделю…Или на это уйдет целая жизнь, но сейчас…Почему это произошло сейчас, когда я начала все сначала?”.
Глава 2
Все тридцать минут пути до пляжа Криста боролась с сильным желанием вернуться и продолжить разговор с матерью. А погода, которая, казалось, решила обрушить на Майами всю воду из океана, лишь укрепляла мысль, что поездка – напрасная трата времени. Девушка и правда не понимала, зачем едет туда, и что на самом деле подогревает ее стремление как можно скорее выполнить задание.
Жажда признания, обида на начальника или интуиция?
“Наверное, я спятила”, – прошептала она, разглядывая вид унылой серой улицы, проплывающей мимо. – “Вряд ли серферы будут в восторге от вида Северной Аризоны на главной странице своего сайта. Может, Джош сделал это нарочно, чтобы поскорей избавиться от меня? Как и моя настоящая мать…”.
Мысль о том, что она недостаточно хороша, часто посещало Кристу. А подозрения в недобрых намерениях окружающих и вовсе стали частью ее ежедневного ада. Потому ей было важно сохранять ясность ума перед лицом травм прошлого, и, понимая это, девушка всеми силами старалась побороть в себе всякое сомнение.
“Нет, Джош – профи и отдал эту работу мне, потому что…увидел мой потенциал. Он же не может руководить погодой, как своей фирмой! В конце концов, я всегда смогу вернуться домой, если у меня ничего не выйдет, а дальше – будь что будет”.
Так, уговаривая себя, Криста подъехала к общественной парковке рядом с многоэтажками, возвышающимися над океаном. Она была почти пуста, и только оранжевый пикап сиротливо стоял у самого выезда, закрыв собой большую часть дороги.
“Здесь никого нет! Что, нельзя было поставить тачку, как положено?” – пробурчала Криста, пытаясь протиснуться между капотом брошенной машины и ограждением парковки. Однако сделать это оказалось такой же непростой задачей, как и отыскать вдохновение в этом промозглом дне.
Девушка несколько раз приближалась к пикапу, вымеряя каждый сантиметр, чтобы не задеть его. Затем отъезжала и повторяла маневр, пока, наконец, не заняла одно из самых дальних мест.
Конечно, она сделала это нарочно. Просто ей не хотелось находиться рядом с тем, кто заставил ее крутить виражи вместо того, чтобы заниматься более важными вещами.
Упорство помогло Кристе преодолеть очередное препятствие на пути к заветной цели, но непогода по-прежнему не подавала признаков скорого затишья. У океана гулял сильный ветер, дождь все так же хлестал по лобовому стеклу, а оазисы с высокими пальмами, отделяющие город от песчаных насыпей, склонились под напором стихии.
Девушка понимала, что вымокнет до нитки, прежде чем доберется до близлежащего навеса. И все же решила испытать удачу. Пусть в ее успех не верил никто, кроме нее самой.
“Смелее”, – сказала она себе, накинув рюкзак на плечо и приоткрыв дверь, откуда сквозь щели сразу ворвался ливень. А вместе с ним воспоминание о дне, когда она стояла под дождем, окруженная агрессивной толпой сирот, и ощущала себя одинокой и ненужной.
Девушка не помнила лиц, но, как наяву, чувствовала болезненные удары и толчки бесконечных рук, протянутых к ней. Видела насмешки и зависть, а следом – слепую злость, направленную на единственного несломленного ребенка, который отчаянно ждал помощи. Кричал и пытался привлечь внимание черствых женщин с пустыми уставшими глазами, что считали воспитанников не людьми, а мусором без шансов на светлое будущее.
“Чем быстрее ты поймешь, что все кончено, тем легче тебе будет здесь”, – обрабатывая синяки и ссадины девочки после случившегося, повторяли они.
Только Криста не желала сдаваться и, сталкиваясь с равнодушием, лишь чудом сохраняла надежду, благодаря которой ее заметили Бэйлы. Именно этот огонек выделил измученную девочку из сотен сирот, а момент прибытия в новый дом помог преодолеть страх, который овладел ею наяву и заставил бежать, куда глаза глядят.
Панические атаки были частым явлением в жизни девушки. Они сопровождали ее с тех пор, как она себя помнила. И каждый раз, когда это случалось, Криста испытывала неподдельный ужас и смятение, ведь не знала наверняка, куда они приведут ее.
На больничную койку, под колеса машины или в пучину океана, от которого она старалась держаться подальше.
С трудом перебирая ногами, что постоянно застревали в мокром песке, девушка продолжала бежать, пока не нащупала основание широкого зонта. Ей повезло, ведь он один оказался открыт и, вопреки порывам ветра, надежно защищал от непогоды пару шезлонгов с маленьким столиком посередине.
Совсем, как маленькая девочка, продолжала стойко переживать удары судьбы, сохраняя в себе человечность и жажду жизни.
Чтобы окончательно прийти в себя, Криста присела на шезлонг и некоторое время рассматривала волны, серое небо и темную дорожку песка. Ее глаза отчаянно искали нечто особенное. То, что, по словам Джоша, должен видеть каждый талантливый дизайнер и художник.
Только все было напрасно.
Ни одна деталь этого места не выдавала ни малейшего признака уникальности. Лишь холод, безнадегу и уныние. Они же запечатлелись на десятках фото, сделанных на новенький Canon, подаренный родителями на восемнадцатилетие. А затем повторились на экране планшета, когда девушка попыталась соединить фантазию и реальность.
Конечно, она добавила красок в этот серый пейзаж. Сделала волны не такими устрашающими, песок белым и чистым, а небо безоблачным. Однако все это казалось таким же искусственным и банальным, как и миллионы картинок в интернете.
“Что нового можно увидеть в обычном пляже?” – вопрошала она, покусывая кончик стилуса. – “Как его ни нарисуй, он все так же останется кучей песка, а сейчас еще и грязи! Пора признать, Крис, здесь был бы бессилен даже Говард Беренс! А значит, выполнить задание мне поможет чудо…Только оно, потому что остальные варианты я уже использовала”.
Впервые Криста была готова смириться с поражением, печально вздохнула и начала собирать вещи, как вдруг ее взгляд зацепился за фигуру юноши среди бушующих волн. Он стоял на белоснежной доске для серфинга в ярко-красных шортах и уверенно лавировал среди синевы океана, временами исчезая в потоке брызг и дождя. Затем поднимался на самый гребень и, сделав поворот в воздухе, плавно съезжал вниз, постоянно меняя траекторию движения.