Джулия Галеф – Мышление разведчика. Почему одни люди видят все как есть и принимают правильные решения, а другие — заблуждаются (страница 41)

Люди часто жалуются на токсичность атмосферы в Twitter, Facebook и во всем остальном интернете, но, кажется, не очень стараются создать себе сообщество получше. Конечно, в интернете множество троллей, самоуверенных гуру, самовлюбленных звезд ток-шоу и интеллектуально нечестных инфлюенсеров. Но на них не обязательно обращать внимание. Вы можете сделать сознательный выбор и общаться только с теми и следовать за теми, кто представляет собой исключение из правил.

Одно из таких исключений мы рассмотрели в двенадцатой главе — это сабреддит r/FeMRADebates, площадка для продуктивных дискуссий между феминистками и защитниками прав мужчин. Другой пример — ChangeAView.com, онлайн-сообщество, основанное финским старшеклассником Кэлом Тэрнбуллом и уже насчитывающее свыше полумиллиона участников.

На ChangeAView.com участники начинают дискуссии, публикуя какое-нибудь мнение, которое они готовы изменить. Например, тред может начинаться так: «Переубедите меня: если смотреть на вещи реалистично, мы ничего не можем сделать, чтобы предотвратить глобальное потепление» — или: «Переубедите меня: все наркотики следует легализовать». Другие участники отвечают аргументами против, и инициатор дискуссии награждает дельтами^{35} тех, чьи комментарии в какой-то степени помогли ему изменить мнение. Это обычно означает не разворот на 180 градусов, но небольшую подвижку: топикстартер признает, что в его убеждении существуют исключения или что это интересный контраргумент, с которым он раньше не сталкивался, но пока не полностью убежден.

Участники форума стремятся заработать дельты. Это местная валюта, и количество дельт каждого участника указывается рядом с его ником. Со временем люди вырабатывают стиль общения, который позволяет получать больше дельт, например учатся задавать поясняющие вопросы и не писать откровенные оскорбления в адрес людей, которых надеются переубедить.

Частично потому, что это явно оговорено в правилах сообщества, и частично потому, что такое сообщество привлекает определенный тип людей, тон дискуссий на ChangeAView сильно отличается от большинства форумов в интернете. Там нетрудно найти комментарии типа перечисленных ниже, которые в любом другом сообществе были бы редкими феноменами:

• «Это очень интересный ответ, который ведет меня в совершенно неожиданном направлении. Спасибо»[241].

• «Об этом я никогда не думал. Считаю, что вы заслуживаете дельты»[242].

• «Мне нечего возразить. Кажется, это самый убедительный аргумент, какой попадался мне до сих пор, но я пока не уверен, что вы меня переубедили. Наверное, я до сих пор его перевариваю»[243].

Люди, которых вы читаете, за которыми следуете и с которыми общаетесь в интернете, формируют вашу идентичность точно так же, как те, с кем вы общаетесь в реальной жизни. Если вы проводите время с людьми, общение с которыми вызывает у вас гнев, желание защищаться или презрение, это укрепляет в вас взгляд солдата. И напротив, если вы проводите время в таких местах, как ChangeAView и r/FeMRADebates, там укрепляют ваше мировоззрение разведчика. Вы можете даже сами создать для себя виртуальное сообщество, наладив общение с сетевыми знакомыми, подающими хороший пример мировоззрения разведчика, — блогерами, писателями и просто пользователями интернета.

Никогда заранее не знаешь, что из этого выйдет.

Когда-то давно, в 2010 году, я в течение недели следила за ожесточенной онлайн-дискуссией о том, есть ли в определенном блог-посте проявления сексизма. Автор блога, мужчина лет двадцати пяти по имени Люк, вмешался и сказал, что тщательно обдумал аргументы критиков и по-прежнему не думает, что с его постом что-то не так. Но все же, продолжал Люк, я готов изменить свое мнение. Он даже опубликовал список под названием «Почему возможно, что я ошибаюсь», в котором подытожил лучшие аргументы против себя и привел ссылки на них, а также объяснил, почему эти аргументы его не полностью убедили.

Через несколько дней — к этому времени дискуссия перекинулась в другие блоги и насчитывала уже больше полутора тысяч комментариев — Люк написал новый пост. Он сообщал, что нашел аргумент, убедивший его, что первоначальный пост действительно был обидным.

Далее Люк признавался, что наверняка отвратил от себя множество читателей, которые сочли его оригинальный пост неправильным с моральной точки зрения. «А теперь из-за несогласия с теми, кто выступил в мою защиту, считая, что с моим постом все в порядке, я, скорее всего, обижу еще некоторое количество читателей. И очень жаль, потому что теперь я в самом деле думаю, что мой пост был неправильным с моральной точки зрения»[244].

«Ух ты», — подумала я. Меня восхищало как то, что Люк не уступил под давлением, так и то, что позже он все-таки переменил мнение под воздействием убедительных аргументов. Я решила написать ему и выразить свое восхищение. «Здравствуйте, это Джулия Галеф. Я просто хочу сказать, что очень ценю ваши внимательные и продуманные посты! Мне кажется, вы действительно стремитесь выяснить истину».

«Привет, спасибо! Я то же самое думаю о ваших статьях», — ответил Люк.

После этого обмена сообщениями прошло десять лет. Сейчас мы обручены и собираемся пожениться.

Если вы стремитесь выработать в себе какое-либо положительное качество, то наверняка сможете назвать по крайней мере одного человека, который обладает этим качеством и мотивирует вас к тому же. Честолюбивый предприниматель может напоминать себе о других предпринимателях, которые работали по 18 часов в сутки, питались дошираком и устроили производственный цех у себя в гараже. Когда предпринимательница падает духом, она вспоминает эти примеры, и они вдохновляют ее на дальнейшие усилия. Родитель, желающий быть терпеливым с детьми, припоминает своих собственных родителей, бабушек и дедушек, учителей или других взрослых, изумительно терпеливых по отношению к нему маленькому.

То же самое относится и к мировоззрению разведчика. Люди, которые лучше других владеют им, часто в разговорах благодарят за это ролевую модель — человека, о котором помнят и с которого брали пример. В сущности, когда я выбирала истории для книги, то преследовала и такую цель: старалась не только показать, чем может быть полезно мировоззрение разведчика, но и объяснить, почему люди считают его замечательным, осмысленным и вдохновляющим.

Разных людей вдохновляют разные вещи. Советую вам сосредоточиться на людях, воплощающих один из аспектов мировоззрения разведчика, наиболее привлекательный для вас. Может быть, это умение держать свою идентичность под контролем, не позволяя ей раздуваться, и ориентироваться исключительно на результативность своих действий, как ученые-любители во время кризиса, связанного со СПИДом. Их историю я узнала от Дэвида Комана-Хайди, главы Гуманной лиги. Дэвид пересказывает ее другим сотрудникам лиги, чтобы у них была ролевая модель, чтобы они знали, как именно должен выглядеть активизм. «Для меня это вдохновляющий, идеальный пример, — сказал мне Коман-Хайди. — Я считаю, что именно в таком духе должны действовать активисты: мы будем сталкиваться с препятствиями, мы будем оказываться не правы, будем терпеть поражения… Но нам надо постоянно держать в голове трезвую оценку: что именно принесет больше всего пользы».

Возможно, вас вдохновит умение разведчика спокойно существовать в условиях неопределенности. Джулиан Санчес — писатель и старший научный сотрудник Института Катона в Вашингтоне. Еще в университете он взял интервью у знаменитого философа-политолога Роберта Нозика, которое оказалось для Нозика последним: в 2002 году он умер. Эта беседа произвела глубокое впечатление на Санчеса.

Большинство философов, чьи труды Санчесу довелось читать, агрессивно отстаивали свое мнение. Они стремились заставить читателя согласиться с их выводами, для чего сами выдвигали все потенциальные возражения и не оставляли от них камня на камне. У Нозика подход был другим. «Прорабатывая какой-нибудь вопрос, он звал слушателя с собой в путь, — вспоминал Санчес. — Он не пытался скрывать сомнительные или неясные моменты. Часто он уходил куда-то вбок, по касательной, или поднимал вопросы лишь для того, чтобы признаться: он не может ответить на них полностью»[245]. Нозик как будто говорил: «Мне не нужно казаться уверенным — потому что, если я точно не знаю ответа, его не знает никто».

Это уверенное отношение к неопределенности Санчес теперь держит в голове в качестве ориентира, когда сам пишет о технологии, конфиденциальности и политике. «Нозик подпитывает мое эстетическое чутье — ощущение, что с интеллектуальной точки зрения человек, подлинно уверенный в себе, может обойтись без полной уверенности в окружающем мире», — сказал мне Санчес.

Возможно, больше всего вас вдохновит перспектива набраться мужества и взглянуть в лицо действительности как она есть. В седьмой главе я рассказала про Стивена Каллахана, который много недель провел на плоту после кораблекрушения: самообладание помогло ему строить планы на случай, если дела примут неудачный оборот, и принимать оптимальные решения при выборе из нескольких равно неприятных возможностей. Сохранять самообладание Каллахану помогла в том числе и ролевая модель: он брал пример с другого потерпевшего кораблекрушение, с Дугала Робертсона, который смог выжить сам и сохранить жизнь своей семье, когда в 1972 году их корабль перевернулся в открытом море.